И мне кажется, что придёт ещё их время. А сейчас пришло время нашего храброго ксенодерма. Я покажу ему путь нагов, и он приведёт к нам Дениса.
Лиэн сделала несколько шагов от нас и развела руки в стороны. Она подняла голову и издала низкий и протяжный звук. Возле нас поднялся ветер, зашевелил ветки на ёлках, подхватил её призыв и понёс дальше. Мне показалось, что эхо его отозвалось в каменном городе. Она свела руки вместе и замолчала, утих и ветер. Она подождала немного и снова повторила призыв.
И вот маленькая чёрная змейка вынырнула из травы и ловко забралась к ней на руки. Лиэн подошла к нам, ласково гладя бугристую шкуру этого маленького дракончика. Он смирно сидел у неё на руках, и только кончик хвоста с серебряным кольцом слегка дёргался, словно он подавал ей тайные знаки.
— Пожалуйста, знакомьтесь, это господин Ти. — Лиэн слегка приподняла его — Господин Ти говорит, что нам надо спешить. Город перенёс сильную встряску, и он начал разрушаться. Они с мальчиком сидят во дворце, потому что уже больше половины города не существует. А в том месте, где исчезает город, там начинает дрожать и прогибаться поверхность. Демоны разрушают её снизу, посылая заклинание за заклинанием. Они, наверное, не знают про копии, и думают, что над ними запретный город, и рвутся туда. Заклинания прорастают, словно щупальца, и тянут вниз остатки города. Господин Ти беспокоится о мальчике, который сейчас один в городе. — Лиэн прикрыла его ладонью и что-то тихо зашептала, потом убрала ладонь и сказала ему — Ну что ж, господин Ти, мы ждём вашего возвращения.
Лиэн погладила его чёрную спинку, склонилась и выпустила его в траву. И опять мы не заметили, куда он ускользнул.
— Лиэн, Вы понимаете, что он говорит? — Спросил Илья.
— Конечно. Пусть на мне совсем нет признаков того, что я наг, но я всё равно истинный потомок их, и я умею разговаривать со змеями. Последние семьдесят лет на земле не было ни одного потомка с явными признаками истинных нагов. Первые потомки Литы жили в лесах, и не выходили к людям, потому что у них были змеиные языки и золотистые глаза с тонкими вертикальными зрачками. И хранителям приходилось колдовать, чтобы скрыть их истинный вид, когда всё-таки приходилось им встречаться с людьми. Они были сильнее и выносливее людей. И магия нагов витала среди них, помогая выживать в новых для них условиях. Они организовали целое поселение, так много их стало. Они выходили искать город большими отрядами, и ни один демон тогда не решился сражаться с ними. Но время шло, город они не могли отыскать, и с телами потомков начали происходить метаморфозы. С каждым следующим поколением они утрачивали свои явные признаки. Одно время рождались дети только со змеиными языками, потом несколько поколений никаких признаков нагов на детях не было, но век их был очень короток, они редко доживали до двадцати лет. Их становилось всё меньше и меньше. Потом начали рождаться дети с золотистыми глазами, и они жили долго, больше ста лет, потом на смену им опять пришли дети со змеиными языками. Природа словно пыталась искоренить непокорный народ, но сильное семя нагов опять напоминало о себе.
— Так потомки нагов только девочки? — Спросил Сакатов.
— У первых потомков Литы больше рождалось мальчиков. Но позже появилась некая закономерность в рождении мальчиков и девочек. Мальчик рождается после одиннадцати поколений девочек. И все мальчики всегда были со змеиными языками. И они, в отличие от девочек, всегда были ядовиты. Но, к сожалению, ни один мальчик не умер собственной смертью.
— А Ваш хранитель — Евгений Романович? — Спросила я.
— Нет, мой хранитель был убит три года назад. Евгений Романович его племянник. Он всегда был рядом с нами. И все летописи сейчас у него. Я думаю, что больше не нужны будут хранители. Мы же нашли город.
— Мне выпала великая честь сопровождать истинную в город. — Сказал Евгений Романович — Я там и останусь, буду летописцем. Жаль, конечно, что хранитель Лиэн не дожил до этого дня, но он до последнего своего дня верил, что именно Лиэн войдёт в запретный город.
— А если в городе никого нет? — Сакатов посмотрел на Лиэн — Если он пустой? Столько веков прошло!
— Да, может и так. Недаром Вам, Ольга, передали ключи от тайной комнаты. Но тень того, кто должен встретить истинных, всё равно находится в городе. Мы вместе с сестрой будем изучать тайные знания, если мы окажемся достойными этих знаний. И с нами будет великая книга мудреца Кашьяпы. Раз она нас ждёт, значит не всё потеряно. Девять тысяч лет назад, Кашьяпа появился перед великим Нагом Васуки из воздуха, ниоткуда, принеся свои знания ему и всему его народу. Он — прародитель всех нагов. Он сам не был нагом, он не был человеком, и он не каждому показывался. А кому он показывался, каждый видел его по-своему. Великий Наг Васуки видел его в виде огромного крылатого существа со слоновьим хоботом. Кашьяпа мог плыть на облаке над землёй, мог перетереть гору в песок, а из песка мог вырастить прекрасное дерево. Он вёл нагов пять тысяч лет. Именно благодаря ему, наги стали крепки, мудры. Он подружил их с людьми, и наги стали защитниками людей, помогли им приручить буйволов, научили их строить дома, ткать, лечить болезни. А потом Кашьяпа так же неожиданно исчез, оставив вместо себя книгу. Живую книгу. Он будто всегда сам постоянно находился рядом с ней. Когда напали демоны на город, книгу они не смогли взять. Они видели её горящей в огне. Но огонь был не тот, который горит у демонов в их тёмных пещерах, а другой, светлый, который не давал приблизиться к ней. Огонь от книги поднял в небо город с оставшимися в живых нагами, стряхнул демонов, и сразу после этого город исчез.
— А почему книга не защитила город? — Задал вопрос Сакатов, который, судя по всему, его давно занимал.
— Это было испытание для Нагов. Книга Кашьяпу не подарок, который дарят ребёнку на день рождения, и не наследство, которое переходит от отца к сыну. Книга должна быть рядом с достойными её. Богатая и роскошная жизнь меняет всех, даже божественных существ. И, наверное, тогда для всех пришло время испытаний. Испытания духа, верности, чести. Испытания закаляют, очищают нашу душу от всего лишнего. Кашьяпу всегда был другом нагов, и то, что произошло, было только на благо. Ни один наг
