Орда полузверей обнаружила следы людей и повозок.
- Господин! - воскликнул Дольтар.
Там, где они стояли, тянувшийся с юга на север лес резко изгибался; его стена уходила прямо на северо-запад. Среди деревьев виднелись просветы, и Дольтар указывал рукой именно в ту сторону. Оттуда приближались несколько десятков наездников на вехфетах...
События в степи развивались стремительно. Тяжело дыша от возбуждения, солдаты смотрели то на золотую стаю, вынюхивающую следы, то на трех тварей, бегущих за Эльвиной, то опять на серебряных воинов и, наконец, вдаль, где появился еще один крупный отряд! Заметив серебряную стаю, может, золотые откажутся от преследования юной лучницы. И, может быть...
Но нет, ибо Агатра вдруг прошептала:
- Это... это наши.
Рават схватил ее за плечо:
- Что ты сказа... Алькава?!
Лучница покачала головой:
- Нет, не Алькава. Наши, господин! Верхом на каштановых.
Коней для застав подбирали по масти. В частности, и для того, чтобы конные отряды легко могли узнать друг друга издалека. Но в Алькаве кони были гнедыми, и с такого расстояния их легко спутать с каштановыми!
Агатра, словно услышав мысли Равата, развеяла последние сомнения:
- Гривы у них не черные... Смотри, господин, они приближаются, разве ты сам не видишь?
Да, сомнений быть не могло.
Следом за серебряной стаей мчалась полусотня конных лучников из Эрвы!
- О Шернь, нет... - пробормотал Рават.
Серебряная стая только теперь заметила, что ее преследуют. Воины развернули вехфетов, и Эльвина лишилась последнего шанса на спасение. Не осталось надежды и на то, что серебряные нападут на золотую стаю. Какая бы из сторон ни проиграла, людям это пошло бы только на пользу. Ведь победители тоже понесли бы потери. Где двое дерутся...
Но похоже, выиграло в данном случае именно Золотое Племя...
Рават с болью в сердце наблюдал, как его конники демонстрируют все, на что способны. Он знал, кто ими командует. Стиль Терезы. Даже он, верхом на мчащемся во весь опор коне, не смог бы столь точно рассчитать расстояние, скорость - свою и противника, выбрать место столкновения... Алерцы неслись сломя голову, желая подавить противника быстротой и вдвойне превосходящей численностью. Равату показалось, что он услышал далекий, резкий звук свистка... Двигаясь быстрой рысью, армектанская конница распалась на две равные группы и плавно разошлась в стороны, вынуждая стаю резко изменить направление. Среди алерцев, которые были не в силах управиться с быстро бегущими вехфетами, возникло некоторое замешательство.
Снова завибрировал отрывистый, высокий свист, и окружавшие алерцев отряды снова разделились: половина всадников продолжала обходить стаю, но уже галопом, в то время как вторая половина, все той же рысью, возвращалась на середину поля, навстречу другому такому же отряду... Отряды плавно соединились. Серебряное Племя во второй раз увидело перед собой атакующих всадников, а с флангов стаю обходили конные лучники, натягивая на полном скаку луки! Куда бы алерцы ни направили свой удар, за их спиной обязательно окажется какой-нибудь отряд. Стая разделилась, вернее, бросилась врассыпную. Сложные маневры конницы были делом невероятно трудным, перед лицом врага это могли позволить себе лишь прекрасные командиры, имеющие под своим началом превосходно обученных солдат!..
В распавшийся строй противника армектанцы врезались, словно огромный железный кулак. Отряды с флангов стремительно налетели, потом отскочили в степь, увлекая за собой одиночных наездников, снова развернулись, смели часть алерцев и соединились с основной группой, которая, напав на алерцев спереди, прошла сквозь стаю, словно через груду перьев.
Поглощенный картиной молниеносного, мастерски разыгранного сражения, Рават почти забыл о золотых. Он посмотрел в другую сторону и увидел огромную свору, идущую по следу повозок.
- Выходим из леса! - крикнул он. - К нашим! Им нужна помощь! Астат! Бегом!
Лучник помчался к северному краю леса. Сотник еще раз бросил взгляд на Золотое Племя, потом на горизонт, куда убегала от неминуемой смерти маленькая Эльвина...
И бросился за Астатом.
Разбитая серебряная стая разбегалась во все стороны. Часть воинов вынырнули из-за деревьев и увидели золотых. С неразборчивыми воплями наездники на вехфетах помчались прямо на восток. Вскоре к ним присоединились другие беглецы. Равату вспомнилось собственное сражение, когда он разделался с передовой стражей, не зная о скрывавшемся за лесом противнике. Теперь тот же самый сюрприз ожидал Терезу! Богиня Арилора, развлекаясь, очертила круги, по которым теперь бегают ее несчастные жертвы... Два сражения... Сначала Дорлот, а потом Эльвина - ее он тоже послал на верную смерть...
Золотые твари сбились в большую плотную стаю. За серебряными погоню не послали, но и по следу людей не пошли. Рават догнал Астата, бежавшего вдоль северного края леса. Размахивая руками, лучник пытался привлечь внимание конников из Эрвы, которые маленькими группками преследовали одиночных алерцев. Рават сорвал с шеи небольшой роговой свисток и подал высокий, отрывистый сигнал: "Ко мне!"
Натасканные на тренировках конники разом прекратили погоню за недобитыми серебряными и дружно помчались к краю леса, прежде чем успели понять, кто их зовет. Когда же легионеры увидели Равата, отовсюду раздались радостные, изумленные крики. Один за другим солдаты подъезжали к нему, чтобы поприветствовать.
Сотник лихорадочно высматривал Терезу и наконец увидел ее рядом со всадником на курьерской лошади. В атаке гонец не участвовал - лишь теперь появился на поле боя, ведя собственную битву с целым табуном вьючных и запасных коней. Направлявшаяся к гонцу подсотница остановилась на полпути, словно не веря, что и в самом деле услышала звук офицерского свистка. Пришпорив коня, она галопом поскакала туда же, куда и все.
Услышав свисток, Тереза почувствовала, как застучала кровь в висках. Она сразу поняла, кто свистит, и теперь не знала, что делать. Тереза ощутила прилив странной, необоснованной, ненужной злости. Однако злость тут же сменилась неподдельной радостью, столь искренней, что подсотница даже испугалась. Этот прилив чувств был чем-то большим, чем просто радостью по поводу того, что пропавший отряд все-таки нашелся... Тереза попыталась задавить ненужные эмоции на корню, но сделать это ей не удалось, что лишь прибавило изначальной злости.
На краю леса Тереза появилась и разозленной, и обрадованной одновременно. Осадив коня, она соскочила с седла. Тереза не знала, что и сказать, почему-то ей вдруг захотелось от всего сердца обнять сотника, и вместе с тем нарастало желание дать ему по морде... Пожав плечами, она отчасти сердито, но все же по-дружески протянула ему руку. С языка ее готовы были сорваться и грубые, и теплые слова сразу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
