В комнате, где я провел два месяца, ничего не изменилось. Даже постельное белье тоже самое, только выглядит новее, чем было. Пройдясь по комнате, я плюхаюсь на кровать.
Семья внизу, а я открываю ноут. Невольно смотрю на дверь и только потом открываю страницу Ани.
Это уже как ритуал, вернуться домой и посмотреть, что она опубликовала сегодня.
Ее больше нигде нет. Хотя раньше, еще до первого похищения она постоянно вела соц сети, у нее было куча поклонников, и я был одним из них. Правда ненавидеть ее мне это не мешало. А теперь осталась лишь глухая, болезненная обида. Правда я и сам не понимаю на что? На то, что не оправдала ожиданий. Не оказалась той истеричной, капризной сукой, какой я видел ее в постах инсты?
А может быть потому что ни разу не написала? Ведь свои соц сети я веду регулярно, выставляю себя в самых выгодных местах. Всегда важного, всегда с крутой тачкой, чтобы пополнять свои сообщения от телок, которые я никогда не открою. Наверное, потому что никто из них даже не догадывается, что эту машину я собрал по частям. Ту самую, от которой мы с Аней сходили с ума.
Это было хобби, которое помогало не свихнуться от постоянной учебы и работы. Я бы хотел, чтобы она на нее посмотрела, точно такую же желтую, как и ту, что ей подарили на шестнадцатилетние. Чтобы она сидела на моих коленях, пока я буду набирать скорость, чтобы кричала во время оргазма, заглушая рев двигателя.
Последний пост Ани, сделанный сегодня. Буквально пол часа назад.
Витрина магазина, где отражается лишь блеклый силуэт. Я сглатываю, потому что большего мне не надо.
Фантазия, воображение, все это уже работает на всю катушку.
Руки покалывает. Они помнят до сих пор стройность этого силуэта, помнят хрупкость, податливость и конечно шелк кожи, которая краснела от многочисленных поцелуев.
Стояк уже чуть ли не по лбу бьет, и я, как пацан, бегу проверять, закрыта ли дверь. Тут же сразу сдергиваю брюки и боксеры. Листать ленту, снятую с ее телефона и дрочить то еще извращение. Но мне легко представить любое из этих мест и ее там. Обнаженную с плоским животиком, стройными бедрами и упругой грудью с торчащими розовыми сосками. Легко представить, как между ногами прячется мягкий пушок, а бёдра покрыты веснушками, как брызгами шампанского. Я открываю глаза шире, но вижу не витрину и силуэт, а ее глаза в тот момент, когда член проникал между ног. Глаза в тот момент, когда она кончала.
Ладонь на члене сжимается крепче, движения руки резкие, порывистые, яйца готовы взорваться. Плоть набухает, мыслей в голове не остается. Только образ, только желание трахать не кулак, а ее. Пизду, рот, зад. Просто чувствовать вместо своей руки ее. Всегда только её.
Одно лишь имя всегда помогает кончить быстро.
– Аня… Рыжая ведьма.
Чем приворожила до сих пор понять не могу, одно лишь знаю, что хоть раз увидеть должен. Даже если это будет грозить лишением жизни. Один раз увидеть Аню и умереть. Почти поэзия. Эйфория-я.
Кончаю на экран с глухим стоном, облизываю пересохшие губы и кидаю телефон на кровать и падаю на подушке, погружаясь в экстаз на несколько мгновений.
Потом иду к сумке за салфетками. Протираю экран и уже хочу пойти в душ, стягивая футболку, как вдруг в голову закрадывается мысль. Даже скорее подозрение.
Я тут же возвращаюсь к телефону и еще раз внимательно смотрю на фото.
Витрина магазина, где отражается Аня, а за стеклом витрины… Это что, блять? Свадебные платья? Да не. Аня замуж не пойдет. Мне кажется наша фиктивная свадьба навсегда отбила у нее желание делать эту глупость снова, доверять. У меня точно отбила. Я даже Харитону с трудом доверяю. Ясно ведь, что он темнит насчет Самсоновых, и очень хочется узнать, что именно скрывает.
Провожу пальцем от картинки к тексту поста, а там такое глупое, девчачье, но со смыслом.
«Наверное прошло достаточно времени, чтобы совершить эту глупость снова.»
Прошло…Достаточно времени. Три года? Достаточно? Она реально собралась замуж?
Меня, как подбрасывает. Сердце колотится где – то в горле. Становится невыносимо жарко, невыносимо больно. И раны, что были затянуты, кто – то усиленно ковыряет пропитанным солью ножом.
Замуж, надо же.
Быстро принимаю душ, пытаясь не думать о ней в свадебном платье, не думать о том, что кто – то другой уже давненько заставляет ее стонать так же, как это делал я.
А может тот выстрел и был решающим. Дверь, которую она закрыла без оглядки.
Переодеваюсь в свежее, думая о том, как буду выглядеть, когда она меня увидит. Это должно быть, что – то дорогое и стильное, чтобы у нее как и у меня дыхание перехватило. Чтобы на колени бросилась, умоляя простить за выстрел.
Мечты, мечты. Но рубашку черную и джинсы я все равно надеваю.
Спускаюсь на обед и вся семья уже в сборе.
– Освежился? – улыбается Ева и ставит тарелку запеченной свинины. Слюни уже текут, она готовит шикарно, но жрать не хочется совсем. Мне нужно спросить? Или не стоит?
– Аня замуж выходит?
Харитон даже вилку роняет, но потом в себя приходит и вздыхает.
– Мы не будем обсуждать свадьбу Ани и вообще Аню.
– И за кого?
– Ты вряд ли его знаешь. И закончим на этом.
– А если ее снова хотят наебать.
– Богдан, ты где находишься? За столом, или в гараже?
– Простите. Но я серьезно? Как вообще ее отец позволил ей начать с кем – то встречаться.
– А почему бы и нет, в конце концов. Аня не монахиня, себя на алтарь бога Ломоносова не отдавала. И мы
