бы я обратилась в судебную экспертизу! Ему мало бы не показалось! Хотя… за деньги он бы отмазался, как пить дать. Я поэтому ничего и не стала затевать. Знаю ведь, что все это окончилось бы ничем. Вот только поэтому я и молчу. И Джембровский пусть молчит. Я даже Кириллу ничего не стала говорить. Кирюха парень необузданный, может и под суд пойти, если наедет на этого ублюдка. А вообще, такого, как Джембровский, только могила исправит! Туда ему и дорога, этому Джембровскому! – с чувством произнесла Маргарита.
– Ваше желание сбылось, Маргарита. Позавчера Джембровский был застрелен у себя в квартире, – сказала я.
– Вы серьезно? Нет, это правда? Скажите это еще раз! А то я подумаю, что у меня слуховые галлюцинации!
– Подождите, Маргарита, – я решила прекратить эту затянувшуюся «пляску на костях», – вот вы сказали, что Кирилл позавчера вам позвонил и сообщил, что… Почему вы с ним не можете встретиться? Какие такие дела у него срочно возникли? – спросила я.
– Ну, я не знаю, он мне толком ничего не объяснил… подождите, вы что же думаете, что это Кирюха застрелил Джембровского?! Вы серьезно так думаете? Да перестаньте! Кирилл любит подебоширить, но на убийство он не способен.
– Ладно, тогда давайте его адрес. Где он проживает? И как его отчество и фамилия.
– А зачем он вам? Я же сказала, что он не способен на убийство. Я его давно знаю. И папа его тоже хорошо знает. Они же вместе на заводе работают. Точнее сказать, работали раньше. Папа и сейчас там работает, а Кирюха уволился. Не понравилось ему там, сказал, что он еще не нашел себя. Но он не убийца.
– Маргарита, вы будете говорить адрес вашего Кирилла? Или придется вызывать вас в отделение полиции на допрос?
– А чего сразу на допрос-то? Скажу я, конечно, где он живет. Пишите. Но запомните: Кирилл не убивал. Вот, чем угодно могу поклясться! А убийце Джембровского нужно в ножки поклониться! Такое дело сделал, мир очистил.
Напоследок я решила спросить Маргариту о Владиславе Деревянщикове.
– Маргарита, а что вы можете сказать о Владиславе Геннадьевиче Деревянщикове?
– Он очень хороший человек, вот что я могу о нем сказать. И воспитанный, и доброжелательный, одним словом, интеллигентный. Ой, он мне позавчера звонил, вот, я вспомнила.
– Звонил? А по какому поводу? – спросила я.
– Он спрашивал меня, не знаю ли я о какой-то встрече, которую назначил этот Джембровский, эта мразь! Тьфу! Владислав Геннадьевич же не знал, что я уже уволилась и больше там не работаю.
– Так, а припомните, что же именно говорил по этому поводу Деревянщиков?
– Вот не смогу сказать ничего определенного. Вроде бы этот гад Джембровский должен был отложить или перенести встречу с кем-то.
– А с кем именно, Маргарита? – продолжала я допытываться. – Вспомните. Это очень важно.
– Нет, не могу вспомнить. Да, Владислав Геннадьевич называл какие-то фамилии, какие-то имена, но я настолько озверела, когда услышала ненавистную фамилию бывшего шефа, что просто уже ничего не соображала. Где уж тут что-то запомнить!
Я вышла от Маргариты и, сев в машину, набрала Кирьянова. Надо попросить, чтобы он нашел сведения на этого Кирилла. Кто знает, куда может привести эта ниточка? Вполне возможно, что это пустышка. Ну а если нет?
– Алло, Киря, это я, Татьяна. Слушай, я сейчас ездила к одной из секретарш Джембровского, Маргарите Стенюшиной. Она работала у него на «выезде», ну, ты понимаешь, что я имею в виду, но неделю назад уволилась. Джембровский оказался любителем БДСМ. Маргарита поняла, во что вляпалась, и смотала удочки. Но тут она проговорилась, что ее ухажер, некто Кирилл, звонил ей как раз позавчера, в день убийства Джембровского. Он сказал, что у него что-то такое случилось, что несколько дней они не смогут видеться. Она клянется и божится, что ее Кирюха никак не мог убить Джембровского, да и вообще никого. Но чем черт не шутит? Надо попробовать раскрутить эту версию. Вдруг она к чему-нибудь да приведет. Короче, Киря, запиши: Кирилл Андреевич Сосновцев. Поройся там в вашей базе данных и пришли мне на электронку.
– Ладно, – пообещал Кирьянов.
Я приехала домой, быстро поужинала творогом с мелко нарезанным укропом и запила чашкой кефира. Потом приняла душ и открыла почту.
Володька уже отправил мне небольшое досье на этого самого Кирилла. Так, родился… пошел в школу, оставался на второй год, окончил девять классов с тройками, поступил в колледж. Там он тоже учился ни шатко ни валко, но диплом все-таки получил. Так… дальше Сосновцев работал на ТЭПО – на одном из оставшихся после развала Союза производстве. И вот он уволился оттуда, чтобы заняться «поисками себя». Однако происходило это по большей части посредством распития алкоголя и дебоша в общественных местах типа кафе. Драки и хулиганские выходки тоже имели место быть, за что Кирилл несколько раз привлекался по статье за хулиганство.
Однако с такими данными, как у Сосновцева, в киллеры не идут. Убийца тут даже не вырисовывался. Второгодник и очень средний выпускник колледжа, а впоследствии – нарушитель общественного порядка никак не смог бы провернуть такое дело. Даже если и допустить очень смелое, практически фантастическое предположение, что Сосновцев согласился убить Джембровского – чтобы отомстить за надругательство над Маргаритой, – то как он мог проникнуть в квартиру Джембровского? Может быть, через пожарную лестницу? Скорее всего, нет. До этого он вряд ли мог додуматься. И опять же открыть квартиру Иннокентия простой отмычкой или даже сложной – такое не представляется возможным. Нет, дверь Джембровский должен был открыть сам. А с какого перепугу он стал бы это делать?
Но как бы то ни было, совсем сбрасывать со счетов Кирилла Сосновцева было нельзя. По крайней мере, надо будет встретиться с ним и выяснить, есть ли у него алиби на момент убийства Джембровского. Но этим я займусь завтра. А сейчас – спать.
Глава 3
Утром я проснулась, но встала с постели не сразу, а полежала еще какое-то время. Мне было необходимо обдумать те факты в отношении убийства Джембровского, которыми я уже располагаю. Ведь информация собрана, и немалая. Теперь пришла
