она хотела остаться дома и помочь папе. Но Нонна в ответ на слова дочери лишь покачала головой.
– Нет, дорогая, давай-ка все-таки останемся мы с папой. Я давно хотела попросить его сделать несколько вещей, которыми может заняться только он. А вы идите, развлекайтесь. Тебе самой отдых не помешает, трудишься, не поднимая головы.
Несмотря на все протесты Камиллы, ей пришлось пойти на уступки. И вот, ранним летним утром, разномастная компания отправилась к пруду. Камилла позвала с собой Николу, и только потом поняла, что не стоило этого делать, ведь его неприязнь к графу могла омрачить весь отдых. Но парень и сам не мог – он обещал своей матери подправить ворота.
– Но, если ты чувствуешь, что мне нужно пойти с тобой… – сказал он, подумав.
– Нет-нет, делай, что обещал.
Никола пристально посмотрел на нее, но ничего не сказал, лишь махнул рукой на прощанье.
Заря была чудесной. Облаков на небе было немного, но восходящее солнце так окрасило их, что они образовали настоящий узорчатый ковер. Задорно заливались птицы, пшеница колосилась, обещая богатый урожай. Камилла поняла, что уж давно так не гуляла – просто идя вперед, никуда не торопясь, ничего не желая. Повинуясь порыву, она разулась, как раньше, с удовольствием ощущая босыми ногами мягкую, прохладную и еще мокрую от росы траву. Ганс, взглянув на нее с улыбкой, тоже разулся, за ним поскидывали обувь малыши. Граф усмехнулся.
– И что, это действительно так приятно?
– А вы попробуйте, – посоветовала Камилла.
Себастьян, послушавшись, аккуратно ступил босыми ступнями на траву. И тут же довольно заулыбался.
– Почему я раньше так не делал? Может, стоит вообще от обуви отказаться?
Камилла сдержанно улыбнулась, Стелла и Сатал залились звонким смехом и побежали по тропинке, вспугивая воробьев. Наконец, они дошли до пруда. Местечко было живописное – с одной стороны небольшой водоем плотной стеной окружали деревья, под ними-то и спрятались рыбаки. С другой же к нему трепетно прижимались полевые травы и цветы – целые россыпи ромашек, колокольчиков, клевера, сиреневые соцветия душицы. Смешиваясь с запахом воды, их аромат навевал свежесть.
– Жарко сегодня будет, – сказал Ганс, готовя удочки.
Камилла достала из корзинки сеть и подмигнула Стелле.
– А давайте устроим соревнование? Кто больше наловит рыбы – девчонки или мальчишки?
– Это будет нечестно, вас ведь меньше, – запротестовал граф.
– Это неважно, – надменно задрав подбородок, ответила Стелла. – Девочкам все по плечу.
Громкий смех снова вспугнул беспокойных пташек. Затем Ганс, знаком показывая серьезность мероприятия, велел всем замолчать. Каждый нашел для себя удобное место и приготовился рыбачить.
Первый клев пошел у Себастьяна. От неожиданности он чуть не выронил удочку, но с помощью Ганса вовремя перехватил ее и достал огромного карпа. Ганс торжествующе посмотрел на сестру, но та ответила ему спокойной улыбкой.
– Мы чуть попозже достанем нашу сеть, – шепнула она Стелле, и девочка радостно закивала.
Через час две большие корзины были наполнены сверкающей, резвящейся рыбой. И, к огорчению обеих команд, дело закончилось ничьей – добычи оказалось поровну. Пока малыши с важностью пожимали друг другу руки, Камилла, Ганс и Себастьян с улыбкой переглянулись – во время подсчета граф незаметно перекинул несколько рыбешек из одной корзины в другую.
Позавтракав на свежем воздухе, они решили немного отдохнуть. Правда, близнецам быстро надоело это скучное занятие, и они с визгом унеслись в поле, но тут же вернулись, схватили Ганса и утащили с собой, умоляя поймать им кузнечика. Камилла внезапно поняла, что осталась с Себастьяном наедине, хотя пыталась всеми силами этого избежать. Но он молчал, и девушка постепенно расслабилась, отвлекшись на близнецов – солнце начинало припекать, и их нужно было заставить повязать платочки на голову. Сделав, что она просит, и уговорив сестру дать им еще немного поиграть, они снова начали охоту, теперь уже на бабочек.
– Они замечательные, – тихо и задумчиво сказал вдруг Себастьян, как будто самому себе.
Камилла не ответила и закрыла глаза, стараясь не смотреть на него, не вслушиваться в этот голос. Может, ей стоит уехать из Бриады? Зачем мучить себя понапрасну, если он останется здесь жить? Или выйти замуж за Николу и постараться забыть все, что с ней произошло? И уехать вместе с ним? Но как же она будет без родителей, без Ганса и близнецов? Снова потерять их? В отчаянии девушка замотала головой, решив больше не думать об этом.
– Что случилось? У вас что-то болит? – раздался встревоженный голос графа. Она и забыла, что он здесь, рядом.
– Нет, все хорошо, просто мошкара мешает, – нашлась Камилла.
– Да, количество насекомых здесь невероятное, – задумчиво ответил Себастьян. И неожиданно сменил тему, продолжая наблюдать за Стеллой и Саталом: – Вы прекрасная старшая сестра. Наверно, и матерью будете отличной.
– Надеюсь, – откликнулась Камилла. – Если буду.
– А почему нет? У вас что, мало поклонников? Один Никола чего стоит.
– Вы опять об этом? – возмутилась девушка. – Тоже собираетесь меня с ним свести? Мама попросила?
– Нет, что вы, – рассмеялся граф. – Даже если бы она меня попросила, я бы за такое не взялся. Я считаю, что каждый человек волен самостоятельно выбирать свою судьбу.
– Как это верно, – прошептала она.
– Так почему же вы считаете, что можете не стать матерью?
– Потому что… – запнулась Камилла. – Потому что не знаю, выйду ли я за кого-нибудь замуж.
– Значит, Никола не вариант? – скрывая усмешку, спросил Себастьян. Ему захотелось немного раззадорить ее, вырвать из задумчивого оцепенения.
– Дался вам этот Никола! – рассердилась Камилла. – Он мне как брат. И почему вы спрашиваете?
– Сам не знаю, – признался граф.
На миг их глаза встретились. Камилла вздрогнула, вспомнив его бессмысленный взгляд той ужасной ночью. Она снова ощутила всю горечь потери и отвернулась, чтобы он не увидел перемены. Но граф как будто ничего не заметил, он продолжал смотреть, но теперь уже куда-то мимо нее.
– Скажите, Камилла, а мы не могли встречаться раньше? – вдруг спросил он. – Я как будто видел вас, но где и когда – не могу припомнить.
– Вам кажется, – пожалуй, слишком торопливо откликнулась девушка.
Она сама не знала, чего испугалась. Ведь возвращение памяти к Себастьяну было ее самым заветным желанием, почему же она не помогает ему вспомнить? Но граф больше не задавал вопросов, он будто ушел в себя. Молчал он и всю дорогу до дома Веллера. А когда они уже шли по саду, он слегка придержал девушку за руку.
– Камилла, ведь это были вы! Когда я очнулся на полу замка, я видел вас!
– Нет, – дрожащим голосом ответила она. – Вы ошиблись.
– Да нет же, это точно были
