Читаем без скачивания Роза и червь - Роберт Уралович Ибатуллин

«То есть на подготовку штурма?» — подумал, вероятно, Араун, судя по тому, как помрачнело его лицо. Сказать это вслух он не мог. Его выбор был небогат: либо принимать мое условие, либо настаивать на своем, угрожая убийством заложников. Но ему так же не хотелось кровопролития, как и мне. Шантаж был обоюдным. Араун сидел в собственной ловушке и прекрасно это понимал.

— Хорошо, даю вам двадцать часов, — угрюмо согласился он и отключил связь. Что ему еще оставалось?

Я выиграла разговор, но чувствовала себя совершенно вымотанной. В этих мемуарах я уже не раз писала, насколько чужда политическим играм. Строить комбинации, планировать свои действия и предсказывать чужие с учетом всего хитросплетения взаимосвязанных интересов — для кого-то это так же естественно как дышать, но не для меня. И вот сейчас я оказалась единственной ответственной за будущее Рианнон, и не могла позволить себе бежать с поля боя. Я немедленно вызвала по спецсвязи контрольный тьюринг Колонии — «Бюрократа», как мы его неофициально звали.

— Поменять очередность наследования прайм-админской сигиллы, — распорядилась я. — После меня пусть идет Либертина Эстевес, за ней Веспер Прасад. Исключить из очереди всех Араунов, Эйнонов, Мейригов и прочую оппозицию.

— Невозможно, — к моему величайшему удивлению ответил Бюрократ. — Очередь можно изменить только по решению Совета — статья 29, пункт 2 Устава Колонии.

— Какая нелепость! — в сердцах воскликнула я. — Ведь это мятежники, как можно оставлять их в списке!

— Я машина. Я не правомочен квалифицировать действия людей как мятеж. — Тон тьюринга показался мне каким-то злорадным, но это, конечно, была иллюзия. — Пока Совет не признал Кадваллона Арауна мятежником, он остается полномочным праймом домена и 14-м в очереди после вас.

— Совет… — Меня охватил мгновенный ужас. — Весь Совет без сознания, кроме людей Арауна! Конечно, они проголосуют как им надо!

— У них нет кворума, — успокоил меня Бюрократ. — Они не смогут провести никакого решения.

— И на том спасибо. Но кто додумался до такого правила?! Совет… Именно сейчас мне нужна вся полнота власти, а я ничего не могу сделать без Совета!

— Вы можете объявить военное положение, — подсказал Бюрократ, и я обозлилась на себя — нельзя быть такой невеждой в собственной конституции!

— Если я объявлю военное положение, я смогу изменить очередь наследования?

— Да, но только на полсуток. Если через 12 часов Совет не утвердит военное положение, оно будет автоматически отменено.

Кто-то из древних сказал: лишь в моменты кризиса выясняется, кто по-настоящему держит власть. Слишком долго я была убеждена, что Совет — бесполезное сборище ничтожеств. Только сейчас мне стало ясно его подлинное значение — только тогда, когда Совет фактически перестал существовать! Но некогда было предаваться размышлениям.

— Так и сделаем, — решила я. — Бюрократ! Я объявляю военное положение и приказываю поменять очередь наследования сигиллы. После меня Эстевес, за ней Прасад.

— Сделано, — послушался на этот раз тьюринг. — Военное положение введено, очередь изменена. Но напоминаю, что ваш приказ должен быть подтвержден Советом до 10 часов 15 минут завтрашнего дня.

— Совет лежит без сознания и в плену. Это не основание для того, чтобы увеличить срок?

— Устав Колонии не делает исключений.

«10–15. Постараемся управиться раньше», — сказала я себе. И снова вызвала Либертину Эстевес.

Решительная и бодрая, она доложила обо всем, что успела сделать. Компьютерщики интрагарда частично восстановили сеть. Информации стало больше — «туман войны» рассеивался. Было видно, что все силы оппозиции стянулись к Ллису. Я сохраняла в своих руках управление жизнеобеспечением Колонии. Я легко могла бы отключить мятежникам воду, свет, электричество и связь. Но это имело бы смысл только при полной блокаде, а эту блокаду еще нужно было установить — поставить патрули на все входы и выходы из мятежной зоны.

— Мы можем организовать эти патрули?

— Более-менее, — вздохнула Эстевес.

Большинство людей и ботов в Рианнон не подчинялись мятежникам, но, увы, не подчинялись и нам. Все лояльные домены были обезглавлены — их праймы лежали бесчувственными телами в медбоксах Арауна. Нужно было назначать временных праймов, прописывать им сигиллы в системе учета Бюрократа, оповещать растерянных колониалов — короче, заново формировать все цепочки командования. Я поручила это дело Эстевес, а сама переключилась на Прасада. Полковник вызывал меня уже давно и упорно.

— Пришла передача с «Нефера», — доложил Прасад. — Результаты нашей инспекции.

Я с трудом подавила в себе раздражение. «Нефер»! Как будто в такое время не было вещей важнее госпитального циклера в месяце полета от нас!

— Ваш вывод, полковник? В двух словах.

— Они действительно везут инвалидов, — неохотно признал Прасад. — Мы не нашли там никакого оружия. И все-таки я не сомневаюсь, что «Нефер» как-то связан с мятежом. Я за то, чтобы его уничтожить.

— Это на каком еще основании?

Он раздраженно скривил рот.

— Вы политики — вам и придумывать основания. А мне хватает того, что идет война!

— Война?! — я не удержалась и повысила голос. — Полковник, мы воюем с Луной. Пока — только с Луной. А если атакуем «Нефер», начнем и с Марсом. Да еще и выставим себя убийцами инвалидов. Вам это надо? Зачем? Не наигрались в войну на симуляторах?

— А если не атакуем, они нас просто захватят, — огрызнулся Прасад. — При поддержке мятежников, без боя.

Я вздохнула, ощущая бесконечную усталость от всего происходящего.

— Подумайте головой, Прасад! Марс еще не вступил в войну. Марс не атакует. Почему? Потому что выжидает, на чью сторону склонится удача. Через месяц «Нефер» максимально сблизится с нами, и в то же самое время «Хольцман» сблизится с Венерой. Если там, на Венере, наши возьмут верх — никто нас и пальцем не тронет. «Нефер» сдаст своих инвалидов на лечение и сделает вид, что ничего другого и не хотел. А вот если Венера проиграет… Вот тогда посмотрим. Но не будем начинать раньше времени, вам понятно?

— Понятно. — Тон полковника выражал плохо сдержанное неодобрение.

— Вот и хорошо. Запрещаю атаковать «Нефер», — подвела я итог. — Пусть летит. Времени много. Переключитесь на внутренние дела, сейчас это главное. Задание вам — разработать операцию по освобождению заложников. — На одну Либертину я все-таки не могла положиться. — Представьте план через шесть часов.

— Есть.

— Приступайте. А мне надо отдохнуть.

Но отдохнуть снова не удалось. На этот раз требовал связи Тангейзер Варгас, капитан «Азатота». С тяжелым вздохом я предоставила ему канал.

— Что происходит? — Варгас сразу взял обвиняющий тон. — Как вы допустили мятеж? Почему не обеспечили безопасность делегата Эрикса? Вы хоть представляете, что на это скажет овер-коммандер?

Я, конечно, не собиралась перед ним оправдываться.

— Вам есть что сказать по