Читаем без скачивания Эвермит: Остров Эльфов (ЛП) - Каннингем Элейн

В этих центрах обучения процветало искусство Высшей Магии. Были созданы Круги - небольшие группы могущественных Высших Магов, которые вместе могли творить заклинания, недоступные воображению любого эльфа-одиночки. Каждый Круг располагался в башне, которая быстро становилась центром любого эльфийского сообщества. Одной из наиболее полезных функций башен была способность быстро передавать сообщения от одного эльфийского анклава к другому, предотвращая изоляцию общин. Несмотря на растущие проблемы с Илитиири на юге, казалось, что народ Фаэруна достигнет удивительного единства.

Но само богатство и могущество привлекли к эльфам множество новых опасностей. Темноэльфийские налетчики с юга пробирались на север, нападая на торговые пути и фермерские деревни. Некоторые из этих налетчиков обосновались на крайнем севере, прячась в пещерах днем и выходя на охоту под покровом темноты.

Нападения драконов продолжались, хотя благодаря Высшей магии и драконьим всадникам эльфы надеялись вытеснить драконов как доминирующую расу Фаэруна. Но больше всего эльфы боялись не могущественной магии юга и не драконов: их самым опасным врагом стали орки.

В течение многих лет орки нападали, как волки-изгои, которые время от времени крали козу с отдаленного пастбища. Орки нападали на эльфов всякий раз, когда те попадались им на глаза. Большинство эльфийских общин, даже крошечные фермерские поселения, были более чем обеспечены оружием и магией, а также навыками в том и другом, чтобы отразить эти случайные нападения.

Но орки были не иначе как плодовитыми. Время от времени их численность возрастала настолько, что их кланы выходили из своих горных логовищ и образовывали орду, которая, как саранча, проносилась над землей, пожирая все на своем пути.

Осенью Года Поющих Сирен орки выступили в поход в таком количестве, какого эльфы никогда не видели. Они захватили равнины северных земель и углубились в леса. Город Оксидиан - великий центр эльфийской музыки и танца - был захвачен, и орки подошли к самым воротам древнего города Шарлариона.

В то время в замке Дуротила властвовал архимаг Кетрилия. Этот маг-воин был также известен как Амариллис, высокоэльфийское слово, означающее "Пламенный цветок" - отчасти за свою рыжеволосую красоту, а отчасти за пылающий гнев, который она выплескивала в бою.

Как и многие эльфы, Кетрилия за свою долгую жизнь изучила множество искусств, но сосредоточила свои навыки на одном великом деле. Десятилетиями она ковала и зачаровывала великий меч. Всего две ночи назад, во время обряда, собравшего звездный свет и магию на горном плато, известном как Прыжок Драконьих Всадников, она завершила свою задачу. Мистики годами предсказывали, что этот меч, Дараша - "судьба" - сыграет важную роль в истории Народа.

Что может быть лучше этой задачи, чем защита их города?

В своей башне Кетрилия слышала отчаянный ропот своего народа и его бешеную подготовку к войне. Их умение владеть оружием было их последней защитой, ибо Башня Магов стояла пустая и безмолвная. Круг соединился со своими далекими братом и сестрой магами из Башни Оксидиана, чтобы помочь и поддержать их в защите этого города. Но орки и их неизвестные союзники необъяснимым образом прорвались сквозь магические заслоны, и Башня Оксидиана была разрушена. В результате магической вспышки погибли и Высшие Маги Шарлариона. Таким образом, эльфам оставалось полагаться на свое оружие и боевую магию, а также на тех, чьи навыки в этих делах были доказаны и известны. Кетрилия Амариллис была главной среди них - песни и легенды о ее подвигах следовали за ней, как тени.

За свою многовековую жизнь лунная эльфийка-воин помогала отступать ордам орков, сражалась с бандами темно-эльфийских налетчиков, помогала своему народу выследить и уничтожить зеленого дракона, который не давал покоя путешественникам в их лесном городе. Она даже противостояла темному колдовству - тому, что могло воскресить мертвых в бездумных, почти неостановимых воинов. Кетрилия потеряла свою сестру и едва не лишилась жизни под неутомимыми мечами зомби. Ответом на все это зло стала сила чар, которые она наложила на Дарашу. Пришло время испытать силу оружия.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но уже много лет Кетрилия не участвовала в сражениях. В последнее время она думала о том, что, возможно, пришло время остепениться, собрать клан, пока зов Арвандора не стал слишком сильным, чтобы она могла его игнорировать.

Губы Кетрилии изогнулись в улыбке, когда она подумала об Анараллате, легкомысленном клирике Лабеласа Энорета, с которым ее связывали узы более крепкие, чем дружба или страсть, хотя, безусловно, между ними было и это. Настало время их свадьбы. Она была уже не молода, даже если эльфы считают молодость юностью, хотя все еще была такой же стройной и огненноволосой, как в девичестве. Настало время и прошло время, когда они официально оформили свою любовь.

Готовясь к битве, Кетрилия не задумывалась о том, что в этот день их любовные узы могут быть разорваны, а клан, который она надеялась основать, может погибнуть, так и не родившись.

Эльфийка быстро облачилась в мягкие кожаные доспехи, поверх которых надела длинный жилет из крошечных бронзовых и серебряных пластин - чудесные доспехи, почти такие же гибкие, как кожа, и отдающие дань уважения бронзовым и серебряным драконам, служившим стражами города. Но драконьи всадники, вторая по силе защита Шарлариона, находились далеко на юге, где пара спарившихся черных драконов опустошала сельскую местность, чтобы создать новую территорию для своего взрослеющего выводка.

Высшие маги были мертвы, драконьи всадники погибли. Этот бой принадлежал Кетрилии, и она обнаружила, что жаждет его. Она вложила меч в новые ножны и засунула ножи в ножны, вделанные в сапоги и пристегнутые к предплечьям. Поддавшись импульсу, она взяла древний кинжал - чудесное украшенное драгоценными камнями оружие, которое она недавно обнаружила завернутым, зачехленным и хранящимся в сундуке в дальнем углу Крепости Дуротиль. Легенда гласила, что когда-то он принадлежал одному из основателей их города. Теперь она будет носить его, защищая город и наследие, оставленное Шарларио Лунноцветущим. Подготовившись, она заправила свои огненные косы под крылатый шлем и вышла во двор.

В городе царила странная тишина, хотя почти каждый эльф, живший в нем, был готов к битве и стоял на своих местах. Они стояли в дисциплинированном строю. Сначала огромный щит-стена эльфов образовал барьер за периметром города - у Шарлариона не было каменных или деревянных стен, ибо он сливался с лесом. За первой защитой стояли лучники. Земля перед ними ощетинилась готовыми стрелами, а их колчаны были так же велики и полны, как корзина фермера во время сбора урожая. Сразу же за лучниками шли эльфы, вооруженные мечами и копьями. Эта группа быстро расправится с орками, которым удастся прорваться. Следующее кольцо защитников составляли владеющие магией - не высшие маги, но тем не менее грозные. Клирики стояли наготове, чтобы ухаживать за ранеными, и даже дети двигались с тихой эффективностью: приносили ведра с водой, измельчали травы для припарки, скатывали бинты.

Кетрилия кивнула, оглядывая готовых к бою эльфов. Она заняла свое место среди бойцов и вместе с ними прислушалась к грохоту, зловещему крещендо приближения орды орков.

Когда первые орки появились в поле зрения, по эльфам прокатился ропот страха. Орки смело маршировали по торговому пути в точном и упорядоченном порядке. Рядом с ними шли другие эскадроны, которые держались настолько плотным строем, насколько позволяла густая листва.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Для орков такое поведение было необычным. Кетрилии, не понаслышке знавшей о тактике орды, было очевидно, что их движением руководит некий высший разум. А поскольку орки уважали грубую силу гораздо больше, чем ум, то, скорее всего, их неизвестные командиры обладали и тем, и другим.

Впервые уверенность Кетрилии в исходе битвы начала колебаться.

Орки внезапно остановились. В их рядах началось какое-то движение, но никто из эльфов не мог определить его причину. Внезапно среди деревьев раздался резкий стук. С воем и шипением огромная огненная стрела взлетела над головами орков и по дуге опустилась в сторону города.