Уэйн ждет меня в мотеле. По-моему, он взбесится, если я опоздаю. — Она протянула руку для пожатия. — Увидимся в суде в понедельник.
— Да. — И тут Джулия сделала такой жест, какого от себя не ожидала. Положила руки на худые плечи Мариан и обняла ее. — Если вам нужна будет помощь…
На мгновение Мариан прижалась к ней, будто потерявшийся ребенок, затем отступила на шаг.
— Со мной все будет хорошо. Конечно, мы с Уэйном иногда можем и подраться, но потом всегда миримся.
Она наклонилась, чтобы в последний раз коснуться Майкла, но быстро попятилась, когда Клиффорд издал низкий рык.
— Будь счастлив, малыш, — произнесла она сдавленным голосом. — Ты и не знаешь, как тебе повезло.
— Пойдемте, — сдерживая слезы, Джулия взяла ее под руку, — я провожу вас до машины.
Сжав кулаки, Бен прятался в кухне и ждал.
Потом он услышал щелчок, это закрылись ворота, и выскочил в сад спасать Майкла.
Подумать только, он вырвался на два дня раньше, чтобы вернуться домой и быть с женой!
А его красивая жена занималась потворством и манипулированием. Она воспользовалась первой же возможностью, чтобы подорвать его усилия получить законную опеку над сыном! Он не слышал всего, что она говорила Мариан. Но до него дошло достаточно, чтобы понять главное направление разговора.
Ox, а уж какая прекрасная мать! Она так увлеклась своекорыстными советами, так хотела подать их повыгоднее, что и па йоту не побеспокоилась о ребенке. А ведь заявляла, что любит его!
Ее огромное лохматое чудовище, эта ужасная собака лежала прямо у головы Майкла. И мальчик ухитрился захватить в кулак пучок шелудивой шерсти и пытался засунуть его в рот.
— С дороги, собака, — прорычал Бен и схватил сына.
Едва он успел скрыться за дверями, как появилась Джулия. Она шла по боковой дорожке, бросила взгляд на собаку, на смятое одеяло, где должен был быть малыш, и у нее началась истерика.
— Что-то случилось, дорогая? — спросил Бен, выходя из комнаты для завтрака на солнечный свет.
Она повернулась к нему. На мгновение он почти пожалел ее: лицо побелело, грудь судорожно вздымалась. Увидев Майкла на руках у мужа, Джулия словно обмякла от облегчения. Он даже подумал, что она упадет в обморок.
Впрочем, она быстро пришла в себя. Прижав руки к сердцу, Джулия опустилась в кресло, стоявшее в патио.
— Святые небеса, как ты напугал меня, Бен!
— Прости, дорогая, — прошипел Бен. — Я думал, тебе будет приятно увидеть меня снова дома. Если бы я знал, дорогая, что мое появление вызовет у тебя такое отчаяние, я бы остался там подольше.
Она вроде бы начала понимать, что в раю не все в порядке. Несвойственное ему «дорогая», которое он бросал направо и налево. Сиропный тон. И он не покрывал ее поцелуями с головы до ног.
— Что случилось? Почему ты так смотришь на меня?
— А как, Джулия, ты хотела бы, чтобы я на тебя смотрел? — холодно ответил он вопросом на вопрос.
— Чтобы ты показывал, что так же рад видеть меня, — она медленно встала и прислонилась к столу в патио, — как я рада видеть тебя. А не так, будто ты встретился с чужим человеком.
— Но я встретился с чужим человеком, — чуть ли не прорычал он. — Ты не та, за кого я тебя принимал.
— Бен! — Она подошла к нему. Обманчивые, мягкие женские уловки. А сама начеку. — В твоих словах нет смысла. Я твоя жена, и я люблю тебя.
— Да, — бросил он, повернувшись к ней спиной и возвращаясь в дом. — Если и любишь, то по-своему, извращенно. Полагаю, ты считаешь справедливым воткнуть мне нож в спину.
— Никогда ничего подобного я не делала! — с жаром воскликнула Джулия.
Ее искреннего негодования оказалось достаточно, чтобы в нем закипела злость.
— Ох, Джулия, ты можешь играть на сцене! фыркнул он и обернулся к ней. — Я наблюдал, как ты разыгрывала небольшой спектакль с Мариан.
Я знаю, па что ты способна.
— Тогда объясни мне, — парировала она его удар. — По-видимому, я что-то упустила! Что ты конкретно видел и слышал?
— Хватит. Я не тупица, Джулия. Я начинаю думать, что ты, должно быть, не просто так оставила ребенка без присмотра рядом с огромной слюнявой собакой.
— Ох, малыш, что случилось? — На лице отразилась достойная похвалы озабоченность. Она подошла, чтобы взять у него Майкла. — Старина Клиффорд напугал тебя?
— Если не напугал, то не благодаря тебе! рявкнул Бел. — Майклу с тобой не лучше, чем ему было с Мариан!
— Это несправедливо, Бен, и по отношению ко мне, и по отношению к Мариан!
— Правда? — саркастически удивился он. — Когда это вы стали такими закадычными приятельницами?
Джулия посмотрела на мужа так, как ее мать обычно смотрела на отца, когда тот нуждался в человеке, который возьмет его за руку и поведет по жизни.
— Не понимаю, почему ты спрашиваешь у меня. Ведь ты вроде бы знаешь ответы на все вопросы. Или думаешь, что знаешь. Но ты прав в одном. Любое объяснение, которое, по-твоему, ты должен получить, может подождать. Сейчас я позабочусь о Майкле. Не держи его так. Я не собираюсь красть его. Позволь мне подняться в детскую и поменять ему памперсы.
— Нет. Он мой сын. И это сделаю я.
— Я думала, он и мой сын тоже.
— Да, все мы, Джулия, делаем ошибки.
— Иди позаботься о малыше, — произнесла она голосом праведницы и пожала плечами. — Потом нам лучше сесть и поговорить, как разумные взрослые.
— Черт побери, как разумные взрослые! рявкнул он. — Мы все выложим па стол, правильно? Но забудь о легкой светской беседе! Когда я имею дело с низким, грязным противником, я плачу ему тем же. А ты, моя дорогая, низкий и грязный противник!
Пятнадцать минут спустя он спустился вниз с Майклом на руках. Джулия сидела за столом в комнате для завтрака. Спина прямая, глаза устремлены па океан, лицо застыло в отчужденном спокойствии. Собака лежала у ее ног.
— Как Майкл? — вежливо спросила она, не удостоив мужа взглядом.
— Относительно хорошо.
— Относительно? Он был один не больше пары минут.
— За пару минут, Джулия, все и происходит.
Представить не могу, как тебе могло прийти в голову, будто можно оставить беспомощного маленького ребенка с большой собакой.
— Если ты полагаешь, что я невнимательная мать…
— Именно это я и полагаю, душа моя. Я думал, что могу тебе доверить заботу о моем сыне. Первый раз я оставил его под твою ответственность, и что случилось? Но это только половина беды.
Какого черта! Чего ты добивалась, подталкивая Мариан уйти от Уэйна и забрать Майкла? Я думал, Джулия, что ты на моей стороне.
— Откуда ты это взял? — воскликнула она с недоуменным видом.
— Слушал твои тошнотворно-сочувственные речи. Говорят, что подслушивающие никогда не слышат ничего хорошего. Но должен признать, что совершенно не подозревал о твоем предательстве.
