Человек-волк улыбнулся.
— Ёбаное правило.
— Что за правило? — спросила я, переключая внимание между двумя парнями, которые оживленно закатывали глаза.
Натянутая улыбка Сойера казалась почти жалкой.
— У него всегда было такое правило: он должен быть уверен, что любая девушка знает о его намерениях, прежде чем между ними что-то произойдёт, независимо от того, серьёзно у них или нет. Он говорит, что придумал правило потому, что у него есть младшая сестра, и он не хотел бы, чтобы с ней кто-то был нечестен.
Господи, совсем не то, чего я ожидала. Я видела, как девушки пялились ему вслед — например, женщины в нескольких кабинках от нас, — так что я подумала, что он воспользуется этим с большей пользой.
— По сути, наш идиот не пойдёт домой с девушкой, не сказав ей заранее, что он хочет либо просто трахнуть её, либо жениться на ней, — посмеиваясь, вмешался Майлз. — Как ты можешь себе представить, всё не всегда проходит гладко, и означает, что у Холли Слейд будет меньше конкуренток.
Сойер, подмигнув, наклонил свой бокал в сторону Человека-волка.
— Но нам, зато, достанется больше девушек.
И они называли Уайатта идиотом.
Я развернулась и облокотилась о стол, кружа свой бокал и снова наблюдая за Уайаттом и Холли.
Нет, я такого не потерплю.
Я допила остатки своего напитка, с грохотом поставив стакан на стол, отчего парни подпрыгнули. Я уже дошла до того уровня опьянения, когда мне было всё равно, что подумают люди. Если, конечно, речь не о Холли Слейд. И во мне проснулось какое-то странное желание защитить Уайатта от неё, и я хотела положить всему конец.
Потому что Уайатт — мой друг… то, что я сделала бы для любого из своих друзей дома.
— Ну, интересно, Холли слышала, что Уайатт подцепил себе горячую британскую подружку?
— Хм, — рот Сойера скривился в усмешке, — знаешь, я так не думаю. Может, кто-нибудь должен пойти и сказать ей.
— Отличная идея, — Человек-волк, ухмыляясь, протянул мне свою бутылку.
— Пожелайте мне удачи, — сказала я, выбравшись из кабинки и направившись к Уайатту. По пути я быстро поправила платье, одёрнув его ещё ниже, чтобы лучше была видна небольшая ложбинка между грудями, и пригладила непослушные локоны. Когда я подошла ближе, весь Уайатт казался потускневшим — в его тёмных глазах не было блеска, его дерзкой ухмылки, которая заставляла таять, исходящего от него тепла, которое напоминало мне о вечернем костре.
На мгновение я осознала, как глубоко он укоренился в моих новых воспоминаниях о ранчо, в моём новом доме. Присутствие Холли здесь угрожало этому.
Гораздо проще было наброситься на него, как только я добралась до них, не дав ему шанса среагировать. Мои руки обвились вокруг его шеи, притянув его к себе, а губы устремились к его губам. Наши губы соприкоснулись, его скрещённые руки прижались к моей груди, и он застыл в понятном шоке. Я почти ожидала, что он оттолкнёт меня, когда запустила пальцы в его волосы…
Но Уайатт не оттолкнул.
Его руки разжались, ладони случайно коснулись моей груди, отчего у меня между ног начал пульсировать жар, а затем они скользнули по моей талии. От того, что я снова оказалась в его объятиях, по моей коже пробежали искры, и его губы ответили на поцелуй. Уайатт притянул меня ближе к себе, и моя голова откинулась назад, открыв рот для его языка. Щетина царапала мои щёки, послав дрожь вниз по мне.
Боже, у него вкус виски, дыма и ванили, и этого было достаточно, чтобы заставить меня слегка застонать. Ещё сильнее, когда он взял меня за бёдра, прижав их к своим, где, клянусь, у него был стояк. Теперь в том, как он обнимал меня, не было нежности, и привело меня в бешенство.
Я была потрясена тем, как сильно мне понравилось. Кажется, моё тело наконец-то кричало от ощущения правильности. Несмотря на то, что я отрицала, я всегда знала, что находила Уайатта привлекательным, но тут нечто гораздо большее.
Не просто возбуждающе.
А казалось правильным быть в его объятиях.
Мне казалось, я слышала аплодисменты на заднем плане, но звуки вокруг нас, кажется, затихли, все мои чувства были слишком сосредоточены на электричестве, пробегающем по моему телу. Глубоко внутри меня. Достаточно, чтобы позволить себе потеряться в ощущениях…
Но я не могла.
Уайатт…
Всего лишь игра… даже если казалось, что нечто большее.
Я оторвалась от него. Уайатт просто смотрел на меня, усиленно моргая, щёки и шея у него раскраснелись. Я опустила взгляд на его припухшие красные губы, наблюдая, как его язык скользил по ним, и меня пронзило воспоминание о том, как чертовски хорошо они ощущались. Думала, как хорошо было бы ощущать их на всём остальном теле…
Не-а. Не могу думать о таком.
Господи, я, должно быть, ещё пьянее, чем думала.
Я быстро повернулась к Холли и её жениху, которые стояли, уставившись на нас, и выдавила из себя самый шикарный британский акцент, какой только возможно.
— О боже, простите, что прерываю, я просто не могу оторваться от него ни на секунду, — я обняла Уайатта за талию и прижавшись к нему лицом. Он был твёрд, как скала. — Я Рори Джонс, девушка Уайатта.
Уайатт издал сдавленный звук.
Поскольку я чувствовала себя настоящей стервой, я протянула им обоим руку, но так, чтобы она была повернута, как будто я ожидала, что они поцелуют её тыльную сторону. Их лица были всё ещё искажены, когда они смотрели на нас с Уайаттом, и я заметила, как у Холли исчезла улыбка. Мой план работал.
Жених неловко пожал мне руку, но по-прежнему мягко улыбался.
— Истон Брукс.
Лицо Холли совершенно помрачнело, отчего мне захотелось повернуться и показать Сойеру и Человеку-волку большие пальцы, но она попыталась выдавить из себя улыбку.
— Холли… Я и не знала, что у тебя есть девушка, Уайатт.
Прежде чем он успел ответить, я вмешалась, фальшиво смеясь:
— О, наверное, моя вина. С тех пор, как мы познакомились, он почти не выходит на улицу, всегда в спальне, погруженный в стадию медового месяца, понимаешь? — Уайатт напрягся ещё больше, когда я протянула руку, чтобы погладить его по лицу. — Я уверена, у вас с Истоном было то же самое, верно, Полли?
Чёрт, я такая злая. И мне нравилось.
— Холли. — Она поджала губы, отчего я почувствовала, прилив адреналина.
— О, виновата. — Я снова прижалась к Уайатту, провела рукой по его груди, позволив себе насладиться ощущением его мускулов. — А теперь, мне ужасно жаль, но мне нужно увести Уайатта, потому что я превращаюсь в маленькую похотливую ковбойшу, когда выпью немного, и я больше не могу ждать своего большого мальчика.
Затем я шлёпнула Уайатта по заднице и увела его, оставив Истона давиться своим напитком, а Холли хмуриться.
ГЛАВА 18
Уайатт
— Что, чёрт возьми, ты сделала? — спросил я срывающимся голосом, как только оказался в грузовике. Мои ноги словно превратились в желе. Я выпил всего один стакан виски, но не уверен, что сейчас смог бы вести машину.
— Что? — Аврора пристегнулась, закинув ногу на ногу, с сияющим от алкоголя лицом. Как будто совершенно не замечала того, что только что произошло. Как она только что поцеловала меня. На глазах у Холли Слейд.
И проблема в том, что это, возможно, — лучший поцелуй в моей жизни. Возможно, полностью перевернул мой мир с ног на голову, возможно, заставил меня усомниться в каждом решении, которое я когда-либо принимал в своей жизни, удивляясь, почему, чёрт возьми, я никогда раньше не целовал Аврору, когда её оказался таким чертовски правильным.
Я и раньше чувствовал фейерверки. Знал, на что похож хороший поцелуй. Но её поцелуй был чем-то другим. Как тысячи падающих звёзд, проносящихся по моему телу, освещая каждый сантиметр моего тела. Всё моё тело было в огне.
Если бы она не отстранилась, я бы позволил этому продолжаться, смакуя как можно больше её клубничного блеска для губ. Я бы позволил теплу её прикосновений поглотить меня. Я бы развернул нас и прижал её к барной стойке, наплевав на то, что за нами наблюдали, потому что ощущение её тела погрузило меня в забытье.
