— Тес, тес, тес… — тут же рядом успокаивал другую верховую лошадь Парящая Птица.
Конь отступал вбок, даже приседал на зад, однако Парящая Птица ухватился рукой за его гриву и тоже вскочил на него.
Желтый Камень тоже тем временем справился с выбранным конем и, держа его на аркане, не спускал глаз со стоянки солдат. В табуне начался беспорядок, лошади косили вбок, фыркали и ржали, их дразнил незнакомый запах индейцев. Естественно, что кое-кто из солдат проснулся, раздались тревожные возгласы.
Желтый Камень вскочил на коня, поднял правой рукой вверх ружье и выстрелил в воздух. По этому знаку тишину раннего утра разорвали устрашающие, вибрирующие крики. Желтый Камень стегнул лошадь арканом и вахпекьюте криками и ударами арканов погнали табун.
В солдатском лагере тревожно прозвучала труба, загремели выстрелы из карабинов, однако табун несущихся лошадей уже исчезал в утренней дымке. Топот копыт и страшные крики индейцев постепенно затихали вдали.
IX. НА ВЕЛИКИХ РАВНИНАХ
Только на рассвете следующего дня Желтый Камень догнал убегающих вахпекутов. Всеобщая радость была огромна, прекращение погони означало возможность желанного отдыха. Правда, Желтый Камень не сумел пригнать весь табун, несколько лошадей пропало ночью в прерии, но и с оставшимися двигаться стало значительно легче.
Радость вахпекутов увеличивало и то обстоятельство, что лишившиеся лошадей кавалеристы оказались в условиях открытой прерии в весьма тяжелом положении. Измученным и голодным вахпекутам доставляло большое удовольствие представлять себе, как эти наглые кавалеристы бредут, таща седла на собственных плечах.
Однако веселье длилось недолго, все были голодны, а запасов продовольствия не оставалось никаких. Желтый Камень разослал разведчиков, чтобы найти подходящее для лагеря место. Разведчики вернулись к полудню. Немного подальше к северо-западу они обнаружили ручеек, очевидно, впадавший в Миссури. В округе они наткнулись только на тропинки, протоптанные антилопами, никаких следов пребывания людей не обнаружилось. Успокоенный их рассказом, Желтый Камень решил разбить лагерь на берегу ручейка. Еще до наступления сумерек разведчики привели всю процессию к выбранному ими месту.
Местность, и правда, очень подходила для более или менее длительной стоянки. Вода в ручье оказалась мутновата, зато по обоим берегам росли вербы, хлопковые деревья и кусты. В этом сухом краю, там, где обнаруживалась живительная вода, следовало надеяться и на присутствие животных. Было замечено, что здесь немало хищных птиц: орлов, ястребов, соколов-сарычей и сов.
Ободренные надеждой на отдых и утоление голода, индианки с охотой начали хлопотать по устройству стоянки. Вскоре уже повсюду громоздились груды самых разных вещей. Женщины возводили из жердей остовы для типи, потом накрывали их кожей или полотном. В то время многие вахпекуты уже не располагали кожаными типи, поскольку на окраинах Миннесоты, все активнее заселяемых белыми поселенцами, уже много лет не встречались стада бизонов. Приходилось поэтому накрывать типи парусиной, выдаваемой правительством Соединенных Штатов как часть ежегодных выплат.
Женщины прилагали героические усилия, чтобы как можно быстрей навести в лагере хоть какой-то порядок. Помогала им в этом и детвора. Вооруженные небольшими луками мальчишки разбежались по прерии в поисках курочек и зайцев, а девочки выискивали по берегам ручейка мышиные норы. Женщины тем временем набрали топлива, разожгли костры. Рядом с лагерем пасли лошадей мальчики постарше, мужчины же уселись у палаток, проводя время в разговорах и ожидании еды.
В тот вечер вахпекуты впервые за многие-многие дни не ложились спать на пустой желудок. Мальчикам удалось подстрелить несколько курочек и четырех зайцев, девочки же разыскали мышиные норы, из которых выкопали немного дикого гороха. Получилось настоящее пиршество.
Ночью не спали только сменяющие друг друга часовые. Однако, только чуть рассвело, Желтый Камень собрал воинов на совет. Местность не была так уж безопасна, хотя в ту минуту им не угрожали солдаты. Сюда часто заходили поохотиться враждебные вахпекутам пауни, те с недавнего времени отказались от борьбы с белыми и теперь служили в американской армии в качестве проводников и разведчиков. Санти дакоты воевали с пауни с незапамятных времен, поэтому сейчас небольшая группа санти дакотов должна была соблюдать величайшую осторожность. На совете воины постановили, что следует провести разведку, длительное пребывание у ручья могло привлечь внимание врага. Отослав разведчиков, Желтый Камень поручил опеку над лагерем Длинному Копью, а сам с пятеркой самых лучших охотников отправился на охоту. Добыча продовольствия была для вахпекутов вопросом жизни и смерти, необходимо было хоть немного восстановить силы перед дальнейшим путешествием, в частности, перед трудной, опасной переправой через реку Миссури. После таяния снега вода в реке, должно быть, прилично поднялась.
В это время года в северной части Великих равнин еще не появлялись стада бизонов. С неизменной регулярностью каждой осенью они откочевывали на юг в теплые края и каждую весну возвращались. Поэтому первые стада появятся в этих местах не раньше чем через месяц. Приняв все это во внимание, Желтый Камень решил пока охотиться на антилоп, протоптанные ими многочисленные тропинки разведчики обнаружили еще вчера.
Охота на антилоп никак не относилась к разряду развлечений, поскольку они были крайне пугливы. Великолепное зрение позволяло их «стражникам» высматривать опасность с приличного расстояния, встревоженные же, они неслись наперегонки с ветром. Индейцы устраивали обычно многочисленную облаву, и та гнала животных либо к спрятавшимся стрелкам, либо в засаду. Однако на этот раз слишком мало было людей, чтобы организовать большую облаву, поэтому Желтый Камень решил обойтись без нее, используя одну характерную особенность антилоп. Они были страшно любопытны и, если только их что-то заинтересовывало, могли подойти довольно близко.
Желтый Камень и охотники, вооруженные ружьями и луками, покинули лагерь. С лазурного неба уже пригревало солнце, быстро рассеивая ночную мглу. Утренний ветерок шелестел в серо-голубой траве, что доходила охотникам до колен. Под порывами ветра гибкие стебли трав колыхались, подобно волнам океана.
Охотники веселым взором оглядывали зеленый ковер с разбросанными по нему яркими цветами. Они находились сейчас в краю так называемой бизоньей травы, ее эти такие полезные для индейцев животные поедали охотнее всего. А раз их любимая трава снова возрождалась после суровой зимы, значит, вскоре появятся и сами бизоны.
