Из кармана вновь раздался настойчивый звук мобильного. И я поняла, что безумно рада звонившему. Откуда-то и силы нашлись, чтобы оттолкнуть Сашу. К счастью, он не стал сопротивляться. Улыбнулся, продолжая, рассматривая каждый уголок моего лица.
— Але, — ответила я, не обращая внимание на номер входящего вызова.
— Возвращайся домой, Дашь. — Ноги пошатнулись, земля вдруг показалась неустойчивой. Его голос, как разрывающая небо вспышка — столь же резкий и неожиданный. Я прикусила губу, стараясь не выдать эмоций, которые готовы были разорвать грудную клетку. Ненормально вот так реагировать на парня, на того, кто никогда не будет твоим.
Саша смотрел на меня, такой высокий, широкоплечий, такой взрослый и до ужаса обаятельный мальчик. Я и мечтать не могла, что смогу понравиться кому-то вроде него. Такие, как он не смотрят на таких, как я — простых девушек, не с обложки глянцевых журналов. Любая на моем месте упала бы к его ногам, и я почти упала. Но стоило только услышать голос Ильи, как мир замер, и сердце замерло вместе с ним.
— Скоро вернусь, — кое-как выдавила из себя, смущаясь собственных чувств. Потому что мне искренне хотелось видеть перед собой сейчас Царева, а не Сашу.
Неужели я влюбилась? Этот ураган в душе — и есть любовь?
Глава 20
Саша Беляев
Чтобы продлить спор, вернее отведенное для него время, Саше пришлось часа два уламывать Семена. Выслушать тонну лестных шуток в свой адрес, три раза закатить глаза, а еще добавить денег. В итоге, уговор с тысячи рублей подняли до пяти. Рожков ржал, как конь, но довольно потирал ручки. Он был уверен в своей победе, а вот Сашка уже ни в чем не был уверен.
С каждым днем Даша виделась ему в другом свете, более симпатичной, улыбчивой, и главное — наивной. Вот, как два плюс два. Смотрела на него своими большими добрыми глазами, верила искренне, и за пазухой темноты не чуяла. Странная, конечно. Хотя не странней любой другой девчонки. Все они странными, казались Беляеву. Не понимал он, как могут вешаться настолько нагло, как на первом свидании раздвигать ноги, бить друг другу морды за внимание парня, который на них после секса и не взглянет. Однако Дашка превзошла всех. У нее была своя уникальная странность. Может быть поэтому, в редкие минутки у Саши екало сердечко.
В воскресенье он планировал сходить на свидание с Жанной. Очередная Мальвина с их школы, из десятого класса. На днях сама подсела к нему за столик, улыбнулась и протянула телефончик. Красивая ли была Жанна? Не особо. Разве что… грудь неплохая, но таких у каждой второй. Однако Сашка решил взять выходной от вечных думок о Лисицыной. Сколько можно проседать дома, потребности сами собой не удовлетворяться.
Все утро Беляев марафетился: побрился, ногти подстриг на руках и ногах, даже боксеры выбрал красные для пущего эффекта. Волосы уложил, майку новую накинул, джинсы потертые выбрал. В целом, упаковался на твердую пятерку.
Около двенадцати дня встретил Жанну возле входа в парк. Она пришла на высоких шпильках, в коротком платье, и легком жакете. Скрючилась вся от холода, но виду не подавала. В очередной раз Сашка подумал, какие бабы дуры. Лучше бы о своем здоровье пеклась так, как о внешности. Жанна чмокнула в щеку Беляева, первая, между прочим, не стала дожидаться решительных действий от парня. Потом и под руку подхватила, и сама потащила вниз, по улочкам. Болтала без умолку, то про новый видос в тиктотке, то про Олечку Бузову, то про подруг своих заливала. В какой-то момент, Сашка остановился. Посмотрел на спутницу и понял, что не хочет никуда с ней идти: не в кафе, не в койку.
— Извини, дальше ты сама. У меня планы поменялись, — спокойно заявил Беляев. Он никогда не искал оправданий своему эгоизму: хочет приходит, хочет уходит. Обещания не для него. Сегодня скажет люблю, а завтра кинет в чс.
— Саша, почему? Я… я что-то сделала не так? — залепетала блондинка. Ее искусственные ресницы то взлетали вверх, то опускались, но никак не могли скрыть волну грусти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Так бывает, — пожал он плечами. Потом развернулся и без всяких объяснений пошел в другую сторону. Жанна что-то еще кричала в след, но ответной реакции не получила.
Чтобы не пропадать выходному, Беляев позвонил друзьям. Они сначала думали потусить в кальянной, но потом пошли в торговый центр. Игорь хотел присмотреть подарок матери, ну а мальчишки просто за компанию. Тут-то и случилась неожиданная встреча. Сашка и не понял, как настроение понялось, как улыбка на лицо прикатила. Просто вдруг мрачный выходной день перестал быть мрачным.
На радостях мальчишки увязались за девочками в раздевалку. Беляев даже глаза закрыл, все представлял, что там за платье у Дашки. Но стоило только парням ввалиться в кабинку к Лисицыной, как ноги у Сашки, чуть не подкосило. Нет не потому, что было плохо, наоборот — очень красиво. По фигуре, подчеркивало тоненькую талию, а вырез — ох, уж этот вырез. Он так и манил, словно пальчиком подзывал. Семен отреагировал первым. Слюной едва не подавился. О чем только думал, когда нагло блуждал своими похотливыми глазишками. Сашка так взбесился, так разнервничался, что на автомате приложил друга.
И тут его посетила ужасная мысль: если Лисицына купит это платье, если пойдет куда-то в нем, то это ж и другие парни слюну пустят. На Дашку, его Дашку… нет! Такого расклада допустить нельзя. Вот если бы она только при Саше дефилировала, тогда ладно. Хотя он бы точно сорвал с нее этот кусок тряпки, уж больно сексуально и притягательно выглядела Лисицына. Хотелось накинуться на нее, хотелось прижать к стенке и пройтись по самым выпуклым местам тела.
В итоге, Беляев выдал, может и обидную фразу, но другого на ум не пришлось. Дашка, правда, как-то странно отреагировала. Будто Саша просто масла в огонь подлил, а не первым забраковал этот наряд. Однако покупку все равно совершила. С одной стороны, это, конечно, опечалило Сашку, с другой, появилась мотивация приложить больше усилий для достижения девичьего сердца.
Вот он и увязался за ней следом, а потом все как-то само случилось. Обхватил ладошками лицо девчонки и понял — безумно хочет ее губы. Просто крышу снесло, внизу живота сладко заныло, да что уж там, все тело отзывалось на Дашку. Вот с Жанной такого не было, да и с предыдущей аля Мальвиной. Только от Лисицыной настолько шпарит, аж дым из ушей.
И они бы поцеловались, точно поцеловались. Но проклятый телефон все испортил. Сашка мысленно проклял три раза звонившего. Кем бы он ни был, неужели не мог набрать на минуту позже? Им бы хватило, а там и не до разговоров уже было бы.
— Скоро вернусь, — почти прошептала Лисицына. Она вроде и смотрела на Беляева, вроде и щеки ее покрывал легкий румянец, а казалось, что все внимание Дашки принадлежит кому-то другому.
— Пойдем, провожу, — попытался схватить за руку девчонку Саша, но она попятилась. Опустила смущенно ресницы, такая вся невинная и скромная, но безумно притягательная. И если раньше вопрос был лишь в споре, то сейчас, Беляеву просто хотелось попробовать на вкус эту простушку. Нужно было доказать себе, что она такая же, как и все. Ничего в ней особенного. Только почему-то в сердце саднило, тянуло холодом.
— Не стоит, я на автобусе, — сказала Дашка, и глазом не моргнула. Развернулась на сто восемьдесят и побежала прочь, оставляя после себя непонятное послевкусие. Сашка вскинул голову к небу, посмотрел на свинцовые тучи, вдохнул полной грудью осенний воздух, и задумался — когда с ним вообще последний раз такое было. Что такого в этой Лисицыной, почему он на других смотреть не может, почему уже две или сколько там недель без секса ходит. Отвратное чувство. Будто удавку на шею нацепили.
Через пару минут Беляев вернулся к их компании. Вытащил сигарету, затянулся, хотя в последнее время он почти не курил. Бросил вроде, а вроде иногда охота.
— Вы идите в свой мак, а я Нату проводить хочу, — сообщил он внезапно. Романова удивленно вскинула брови, едва рот открыла, хотела высказать свои пять копеек, но не успела. Саша подхватил ее под локоть и почти силой потащил вперед. Маринка что-то крикнула или пискнула, но за ними не последовала. Она вообще в этом плане была трусливой девчонкой.
