– Лес хранят в воде по нескольким причинам, Рейчел. Во-первых, чтобы предохранить его от жучков и плесени. Во-вторых, чтобы избежать возгорания. Если срубленные бревна загорятся, будет адский пожар.
Рейчел всплеснула руками.
– Обещаю больше не задавать глупых вопросов.
– Хочешь посмотреть деревообрабатывающую фабрику?
– Еще бы! А ты не возражаешь?
– Конечно, нет.
Фабрика представляла собой огромное здание, напоминавшее амбар, внутри которого, точно в пчелином улье, кипела работа. Рейчел с восторгом остановилась на пороге. Помещение вибрировало от жужжащего звука пилы, в воздухе пахло опилками.
Водяное колесо, вращаемое речным потоком, переносило бревно на конвейер, где два человека снимали с него кору длинными зубчатыми ножами. Потом оно спускалось по желобу к зубьям огромной пилы.
Несколько рабочих обтесывали и зачищали края уже распиленных бревен, потом выносили их на улицу и укладывали сушиться на солнце и ветру.
Все это делалось настолько быстро и слаженно, что Рейчел невольно залюбовалась.
Когда они обходили работников, девушка заметила, что Эндрю держится с ней гораздо холоднее. Если кто-либо из мужчин, увидев ее, останавливался поболтать, Эндрю недовольно хмурился, советуя поменьше говорить, побольше делать. Похоже, он уже жалел о том, что затеял для нее эту экскурсию и потерял несколько часов рабочего времени.
– Река здесь никогда не замерзает, но зимой она становится немного медлительнее, – говорил он позже, когда они снова поднимались на гору за ее туфлями. – Мы стараемся обработать бревна весной и летом, когда течение самое быстрое, а осенью и зимой валим лес.
Когда они забрались наверх, Рейчел снова надела свои туфли и остановилась, чтобы в последний раз окинуть взглядом великолепную панораму. Она обратила к Эндрю сияющее лицо.
– Твоя страна внушает благоговейный страх, Эндрю. Она такая необъятная и необузданно дерзкая! Размах ее начинаний поразителен. У нас в Англии нет ничего подобного.
– Просто Англия уже обжита, – снисходительно произнес он.
– Да, верно. Моя страна стала цивилизованной много веков назад.
Эндрю посмотрел на нее, насмешливо вздернув бровь.
– Здесь, в колониях, мы склонны думать, что эта ваша «цивилизация» немного отдает военным душком.
Рейчел обернулась к нему, подбоченившись и вызывающе склонив голову набок.
– Я не позволю тебе испортить такой замечательный день спорами о политике, Эндрю Киркленд.
– Ты права, – проговорил он, благодушно усмехаясь. – В самом деле, я должен признать, что горная Шотландия достойна восхищения.
– Я никогда ее не видела и теперь, наверное, никогда не увижу, – сказала Рейчел, печально вздохнув.
– Это звучит довольно категорично. Ты намекаешь на то, что решила здесь остаться?
Девушка не знала, надо ли воспринимать его слова как насмешку, но на всякий случай мгновенно выстроила вокруг себя невидимую защитную стену.
Едва ли можно было надеяться, что он изменил свое мнение о ней, и его вчерашнее поведение служило тому подтверждением. В глазах Эндрю она была просто шлюхой, с которой ему хотелось переспать. Как же так получилось, что сегодня она совершенно забыла об этом и ослабила бдительность? Было глупо и наивно с ее стороны довериться этому человеку. Мало того, она чуть не уступила его домогательствам!
Как же она сразу не догадалась, что его подарок и добрые слова были только уловкой? Подкупом и лаской он хотел добиться того, чего не смог добиться с помощью откровенного нахальства.
Рейчел швырнула мокасины ему в руки. Глаза ее оскорбленно сверкали.
– Спасибо за туфли, мистер Киркленд, но я как-нибудь обойдусь без них.
С этими словами она развернулась и пошла по тропинке прочь.
Эндрю стоял и растерянно смотрел ей вслед, не понимая, что происходит. Его темно-синие глаза помрачнели, а к сердцу подступило острое чувство незаслуженной обиды. Он перевел взгляд на мокасины, которые держал в руках, и мысленно обругал себя за глупость.
Его бронзовое от загара лицо сделалось суровым, а взгляд стал непроницаемым. Он скомкал мокасины, отшвырнул их в сторону и скрылся в густом лесу.
Глава 12
На другое утро Эндрю не показывался в столовой. Уилл и Эдвард пришли без него. Вечером его тоже не было, но Рейчел не стала расспрашивать о нем. Она говорила себе, что без Эндрю намного лучше, и все-таки ее мучило любопытство. Где же он мог быть? На следующее утро он опять не пришел, и к вечеру она потеряла терпение.
– Он у Найта Риза, в заведении напротив, – объяснил ей Эдвард. – Сейчас там Уилл, пытается увести его. – Юное лицо Эдварда встревоженно нахмурилось. – Уилл сказал, что он много пьет и пребывает в мрачном настроении. Когда Энди пьет, да еще в плохом настроении, лучше держаться от него подальше. Зря Уилл туда полез, ненормальный!
– И давно он там? – спросила Рейчел, ощущая легкий укол совести.
– Он отправился в гостиницу позавчера вечером и с тех пор оттуда не вылезал.
Ей стало совсем нехорошо. Интересно, его визит к Ризу связан с их ссорой в лесу или это просто совпадение? Следующие слова Эдварда послужили ответом на ее невысказанный вопрос:
– Уилл говорит, что на Энди это непохоже. Он не любит проводить время в гостинице и развлекаться со шлюхами. – Устыдясь чрезмерной откровенности, юноша сконфуженно покраснел.
– Он уже взрослый, Эдвард. Не понимаю, почему вы с Уиллом так всполошились.
– Он наш брат, Рейчел. Разве ты не всполошилась бы на нашем месте?
В столовую вошел Уилл и тяжело опустился на стул. Было видно, что он расстроен. Рейчел и Эдвард терпеливо ждали, что он скажет.
– Он вышвырнул меня за дверь. Этот проклятый болван не хочет ничего слушать! – сердито выкрикнул Уилл. – Все два дня он кутил с двумя девочками – mеnage а trois.[3]
– Mеnage а trois? – растерянно повторил Эдвард.
– Они спали втроем, – с горечью прорычал Уилл.
Рейчел потрясенно охнула, и Уилл виновато покосился на нее.
– Прости, Рейчел, я забыл о приличии.
Он запустил пальцы в свою густую черную шевелюру, и девушка поняла, как сильно он встревожен.
– Я видел его в таком состоянии всего один раз. Это было дома несколько лет назад. Энди было восемнадцать, и он по уши влюбился в одну юную блондинку, с которой познакомился в Уильямсберге. Он даже купил ей кольцо, потому что хотел на ней жениться. Но она посмеялась над ним и сказала, что никогда не выйдет замуж за полукровку. – Уилл грустно покачал головой. – Энди пил две недели. Отец нашел его в грязном кабаке Уильямсберга. Хозяин кабака уже собирался отправить пьяного Энди матросом в плавание, и отцу стоило немалых трудов вытащить его оттуда. Когда брат наконец протрезвел, он отправился к вампануа – соплеменникам своей матери, прожил с индейцами больше года и только потом вернулся домой.
