эвакоцентр! — крикнул пэпээсник, едва добежал до Черова, топтавшегося возле байка.
— У меня другой приказ! — придав голосу решительность, заявил Денис, — От подполковника Хлуцевича. Вы двое ко мне!
Местные милиционеры недоверчиво переглянулись, но приказ выполнили.
— Видите геометки? — спросил лейтенант, показывая экран смартфона.
— Так точно! — ответил тот, что пониже, — Это на Тенистой улице. Она идёт от центра до Кривого лога.
— На месте показать сможешь?
Милиционер замялся.
— Могу... но у меня другой приказ...
Мысленно обматюкав бюрократическую машину МВД и поняв, что личной харизмы, вразумить рядового не хватит, Черов набрал Хлуцевича:
— Товарищ подполковник! — без заискивания в голосе, дабы произвести впечатление на пэпса, начал Денис, — Нашёл человека, хорошо знающего посёлок. Только ему нужна команда сверху.
— Кто такой?
— Фамилия? — рявкнул Черов, подражая Данилычу, которого всегда копировал и, включив громкую связь, поднёс телефон к губам милиционера.
— Рядовой патрульно-постовой службы Долгов. Номер жетона 064217.
— Начальник криминальной милиции Отрадного, подполковник Хлуцевич. В рамках совместной операции переводишься в мою группу. Сейчас дежурный тебе скинет уведомление. Поступаешь в распоряжение лейтенанта Черова.
— Есть, товарищ подполковник! — с готовностью отчеканил Долгов, но не двинулся с места, — Жду уведомления!
Денис вернул на экран карту Михалей. Зелёные точки не двигались. Выходило, что аппараты Гизмо и Сафоновой либо брошены хозяевами, либо они нашли место, где спрятаться и затаились.
— Фирсов, — убивая время, необходимое подполковнику на решение организационных вопросов, обратился Черов, — Как же вы с Моховым облажались?
— Я... — смутившись и потупившись, промямлил постовой, растягивая слова, — Находился в приёмной, а Ваня прошёл в палату, чтобы проконтролировать Золотарёва. Кто же знал?
Судя по ответу, Хлуцевич уже проинструктировал парня, как правильно отвечать на вопросы.
Проснулся планшет Долгова и патрульный, прочитав пришедшее на него сообщение, приложил к экрану палец, подтверждая получение.
— Поступаю в ваше распоряжение, товарищ лейтенант! — доложил патрульный, механически козырнув по всем правилам устава.
— Как звать, боец! — пафосным покровительственным тоном, подражая известно кому, спросил Черов.
— Семён! — бодро ответил патрульный, будто находил перед генералом, которого следует пожирать глазами, имея вид лихой и придурковатый.
— Поедешь со мной на мотоцикле, будешь направлять. А ты, Олег, — обратился Черов к Мохову, — Официально доложи обо всём местному шерифу. Глупо будет, если его ребята подстрелят нас, перепутав с террористами.
Патрулей в посёлке заметно прибавилось. На каждом перекрёстке дежурила не только машина ДПС, но и парочка Росгвардейцев.
Кстати, вынужден дать небольшую ремарку, дабы пояснить привлечение к операции бойцов дополнительной структуры. Официально Росгвардия являлась федеральной структурой, объединяющей под единым началом все подразделения национальной гвардии. МЧС, военную полицию, медиков и даже горноспасателей. Её костяк располагался на региональных базах и состоял из контрактников. Большая же часть находилась в, так называемом, резерве. Имели гражданские специальности и в повседневной жизни числились кем угодно. От физрука в школе до курьера «Вкусно и точка». Раз в год проводили месяц на военных сборах, получая щедрое вознаграждение и социальные бонусы.
В случае объявления режима ЧС, получали обмундирование и оружие, поступая в распоряжения местных шерифов. Они, как правило, являлись военизированной альтернативой милиции и федеральной полиции.
Черов проскочил два таких поста, прежде чем Долгов похлопал его по плечу, призывая остановиться.
— Это здесь, — заявил абориген, указывая на уютный коттедж в тени акаций.
Денис снял шлем и взглянул на карту.
— Тебе ничего не показалось странным? — спросил он Семёна.
Со вчерашнего дня абсолютно всё казалось в диковинку и слово «странно» стало любимым в его лексиконе.
— Нет, — пожал плечами постовой.
— Запроси информацию по этому дому, — распорядился Черов, припарковывая байк на обочине, — Всю! Кто владелец, кому принадлежал прежде, судимость, штрафы... Ну, ты понял.
Долгов занялся планшетом, а Черов, достав датчик с тепловизором, попытался просканировать дом с улицы.
— Нормально всё, товарищ лейтенант, — доложил постовой, протягивая гаджет с открытой страницей на некоего Ломова Дмитрия Дмитриевича, пятидесяти шести лет, военного пенсионера, активного участника ДНД и общества охраны природы.
— Что вас так напрягло, товарищ лейтенант? За гражданином не числится ни одного штрафа или просроченного платежа по кредитам.
— Меня напрягло расстояние, — признался Черов, — Два с половиной километра от бункера ГО до этого непритязательного жилища. Слишком далеко, чтобы выбор убежища выглядел случайным.
— Да мало ли... — сказал Долгов, продолжая пребывать в непонимании от опасений нового командира, — Если бы по мне с трёх стволов мочили, я бы и десять отмахал, прежде чем свалился под кустом, чтобы отдышаться. Сами говорили, что пацаны ранены. Бежали пока сил хватало, а потом выдохлись. Глядь домик... Кстати, этот Ломов военный пенсионер. Состоит волонтёром в местной правоохранительной организации. Вполне мог, услышав выстрелы и вой сирен, сам выйти навстречу и предложить помощь.
— Если так, то логично, — согласился Денис, доставая табельный, — Идём в дом. Своим сообщи, чтобы сюда не совались. Мне лишние уши не нужны. За два дня, три утечки. Кто-то либо плотно прослушивает меня, либо у нас в управлении крыса завелась.
Глава 12
С точки зрения городского жителя, коттедж выглядел запущенным. Если же говорить о провинциальных вкусах, то можно назвать это, местом проживания отшельника. Дом окружали густые заросли акаций, отчего строение напоминало жилище сказочного лесовика или гнома.
То, что участок не заброшен, а кусты не являются признаком запущенности, Денис сообразил, заметив определённую тенденцию в зарослях. Акации посажены в шахматном порядке, ветви обрезаны таким образом, чтобы создавать эффект укрытия, но не мешать расти друг другу.
Палисадник огорожен низкой изгородью из проволоки с гнутыми финтифлюшками и острыми пиками. Днём трезвый человек легко перешагнёт конструкцию, а вот ночью попытка проникнуть к окнам может закончиться плачевно. Учитывая прежнюю профессию хозяина, можно предположить, что и в густой траве прячутся скрытые сюрпризы, наподобие армейских растяжек с сигнальными ракетницами.
Возможно, это был прекрасный образец девиза «мой дом
