Сельская улочка заметно оживилась, как только наш «Малыш» сверкнул чёрно-красным нарядом на радость зевак. Улюлюканье жителей и бегущие следом дети давно стали привычным делом. Надпись на борте кареты — «Ловцы безумия» привлекала внимание людей, порождала слухи и сплетни. Однажды услышала в трактире легенду о Ловчих. Это была не старинная история о тех, чьи имена давно поросли мхом на надгробьях — менестрель развлекал народ рассказом о нас. Ловцы ещё не успели провернуть ни одного стоящего дела, а слава, словно чума, расползлась по югу земель Ханерды. Рассказчик явно приукрашивал, если не сказать — откровенно врал, но сам факт весьма польстил.
— Хорошие новости, — Торе забрал свою сумку из дилижанса, — если выдвинемся на рассвете, то к следующей ночи прибудем в Илиси, — он кивнул трактирному конюху, чтобы тот распрягал лошадей.
— Это прекрасная новость! Конец мучениям, — с блаженной улыбкой выдохнула наша карманная фурия.
— Не спешите с выводами, — ухмыльнулся командир. — По прибытию Ловчие немедленно приступят к работе. Можете не сомневаться, Мими, приключений хватит и на вашу попу в штанах.
— Раз так, предлагаю сегодня расслабиться и выпить последнюю флягу вина, — синьор Ландольфи потряс саквояжем, в котором припрятал драгоценный напиток.
Перевести дух после запойной дороги — необходимость. Хмель поможет успокоить нервы и заснуть безмятежным сном в холодной комнате. Дрова на юге дорогое удовольствие, а в кошельке Ловцов безумия почти не осталось наличности.
Небольшой зал трактира пустовал. Лишь в углу на лавке спал кверху пузом лысый усатый синьор. Судя по несвежему фартуку, повязанному на животе, мужчина — хозяин этого заведения. Очаг лениво дожёвывал чуть красноватые угли, а запахи еды если и были, то так надёжно прятались в зловонии нечистот, что аппетит испарился за секунды. Мраморное личико синьорины Мими приобрело лёгкий зеленоватый оттенок. Прижав к носу кружевной платок, она вылетела на улицу. Синьор Ландольфи окрас не изменил, но поспешил следом за наблюдательницей.
Словно привязанная невидимыми канатами к Сальваторе, я замерла в зале таверны. Голова немного кружилась от недостатка свежего воздуха, к горлу подкатил комок отвращения, но любопытство побороло брезгливость. Мне нестерпимо хотелось знать, зачем Торе решил задержаться в этом свинарнике. Командир прошёлся взглядом по бардаку и отправился будить трактирщика. Раскидывая нечищеными сапогами объедки на полу, Торе даже не морщился, а я и шага не решалась ступить по ковру из гниющих остатков чьих-то пиршеств.
— Славный вечер, любезный, — Тор выкрикнул приветствие в ухо спавшего синьора.
Мужчина подорвался на ноги, едва не заехав макушкой по лицу Тора, и вытаращил глаза. Пухлые щёки командира разошлись в добродушной улыбке, трактирщика попустило: он с облегчением выдохнул и, держась за сердце, осел на лавку.
— Свободных комнат нет, — выдал синьор, поняв, что перед ним путники.
— Как же так? — нахмурился Торе. — Не вижу толп посетителей в вашем заведении.
Если Сальваторе всерьёз решил поселиться здесь, то я не с ним. Лучше провести ночь в хлеву, чем в этом отвратительном месте. Смрад, от которого разрывало не только нос, но и глаза, наверняка шёл в довесок к клопам и вшам в комнатах.
— Стая Охотников на ведьм, — мужчина почесал затылок, — неделю уже живут.
— Ведьма в селении? — не выдержав рвущего ноздри аромата, сжала нос пальцами.
— Да какая она ведьма, — отмахнулся трактирщик. — Альда — моя помощница. Девочка родом из Илиси, вроде даже благородных кровей. Пару месяцев назад, когда в город пришла эпидемия, её родители погибли, а брат лишил наследства и выставил из дома. Волей Великого Брата Альда оказалась в нашем селе, я пожалел бедняжку, взял на работу. Пара золотых в месяц и крыша над головой — что ещё нужно в такой ситуации?
— Ваша доброта не знает границ, синьор, — Торе уселся на лавку рядом с мужчиной, — но при чём тут Охотники на ведьм?
— Альда не стала здесь своей. Она другая, не такая, как мы. Немного заносчива, слишком любознательна и читает не те книги. Девчонка раздобыла где-то древний трактат о некромантии. Поползли слухи, что она оживила курицу с отрубленной головой. Бред, конечно, но люди сбросились деньгами и вот — бедняжка в лапах Охотников.
Ничего себе Альда… Действительно — не в меру любознательная и невероятно удачливая синьорина. Некромантия покинула наш мир сотни лет назад вместе со старой магией, с тех пор никто не обладал даром возвращать к жизни мёртвых. Книги, свитки, да и любые другие колдовские писания старого света последователи Великого Брата уничтожили безжалостно и крайне скрупулёзно. Чтобы отыскать древний труд нужно носить гордое имя — Фортуна. Не многие в курсе, что в наше время фолиант по некромантии — безделушка. В мире больше нет сил, способных заставить ожить неживых, но зачем разбираться в тонкостях — «сжечь ведьму».
— Взгляните, что эти твари сделали с моим трактиром, — синьор окинул грустным взглядом зал. — Альду заперли в погребе, она пыталась бежать, но вышло ещё хуже. Охотники стали пытать девочку, им нужно признание…
— Старая схема, — Сальваторе похлопал мужчину по плечу, — берут деньги у селян и выбивают признание у невинной синьорины, чтобы получить сверху золото за её голову от инквизиции. Знаете, где сейчас стая?
— Точно не скажу, где-то в селе. У меня закончилась выпивка, они забрали Альду и отправились искать эль у местных.
— Отлично! — командир хлопнул пухлыми ладонями по коленям и встал с лавки. — Приберите здесь, синьор, и выкиньте вещи Охотников из комнат. Больше они здесь жить не будут.
— Как же так? — трактирщик растерянно смотрел то на меня, то на Тора. — Кто вы?
— Ловцы безумия, — Сальваторе склонил кудрявую голову, — но сегодня работаем не по профилю, — азартная улыбка озарила его лицо.
***
Планы провести этот вечер спокойно, попивая вино и отдыхая от дороги, рухнули. Тор собрал срочный совет Ловчих прямо перед входом в трактир. Синьор Ландольфи держал фонарь, пока мы искали зацепку в толстой пачке документов.
— Святейший должен был внести несколько пунктов, чтобы усложнить жизнь Охотникам, — Мими внимательно изучала текст. — Уверена, он не мог упустить такую возможность.
— Ищите, синьорина, ищите, — Торе на мгновение взялся щепотью за переносицу и продолжил копаться в огромной стопке.
Наша компания с виду приличных, хорошо одетых людей сквернословила, словно портовая пьянь. Даже безупречно воспитанная фурия не стеснялась в выражениях, высказывая негодование по поводу витиеватых, местами бессмысленных пунктов в документах. Мы нашли — положение о пытках дочерей бездны, требования к клеткам для перевозки ведьм, целый список обязанностей Ловчих и ни одного упоминания Охотников. Боялась, что пока мы старательно искали ключ к спасению Альды, стая уже добилась признания и отрезала бедняжке голову.
— Нашла! — я размахивала листом бумаги, словно флагом победы.
«Охотники на ведьм обязаны передать любую подозреваемую в колдовстве женщину, её имущество и обнаруженные улики, доказывающие факт использования магии, Ловцам безумия, по требованию командирского состава последних, при условии, что Ловцы действуют в интересах святейшей инквизиции». Строки документа заканчивались личной подписью жреца Польнео и жирной печатью с застывшей в ней золотой нитью — знак, который подделать почти невозможно.
Прочитав документ, командир обхватил моё лицо мягкими ладонями — был так близко, что я захлебнулась нежностью. Забытые чувства взорвали сердце — в груди грянул гром, мелькнула слепящая вспышка молнии, и глаза наполнились влагой. Вспомнила, с каким трепетом целовала Сальваторе, как теряла голову от запаха печёных яблок, как чудесно было просыпаться в его крепких, тёплых объятиях, как…
— Умничка, куко... — приглушённый кашель Ромео остановил командира. Огоньки в глазах погасли, он убрал руки от моих щёк и сделал шаг назад. — Молодец, Гвидиче. Кулак золота за внимательность.
