доведи до ума этот анти-аватар. С СУПЕР или без нее. Это часть нашего плана.
— Эмм… тут ещё пытаются кое-какую информацию выудить у нас…
— Кто? Кто именно? Юстицион? Или Политпроспект? Госконтроль?
— Не знаю точно.
— Я постараюсь тебя прикрыть, работай спокойно. До форума в Канторовиче нам надо все успеть!
— Вы поедете туда?
— Естественно. Как же иначе?
— Говорят, там будет личный СУПЕРаватар от системы. Тот самый, для которого мы разрабатывали коммуникационный костыль.
— Возможно. Но ты не отвлекайся от основного. Час «икс» не за горами.
* * *
Леся Колокольникова после возвращения в Екатеринбург, конечно же ничего не собиралась спускать на тормозах. Хотя делать произошедшее с ней достоянием общественности она пока тоже не решилась. Во-первых, сдерживало обещание, данное ею хоть и молодому, но уже такому нудному и скучному службисту Юстициона. Как там его звали, Владислав, кажется? А обещания, несмотря ни на что, Леся старалась всегда выполнять. Но, главное было даже не это. Главное было, как раз то, что «во-вторых». А во-вторых, ей надо было самой разобраться в причинах похищения. Сам факт, безусловно, был вопиющим, но если эту историю потом преподнести с уже расставленными точками над «и», это вызовет больший резонанс.
С правоохранительными органами у нее были непростые отношения. Она сознательно не пошла на самый логичный в данной ситуации шаг, а именно передать всю информацию профессионалам (к которым относился и инспектор Исаев, вызвавший у нее эмоциональное отторжение). Это нежелание отдавать инициативу было скорее иррациональным, чем сознательным. К тому же, при созидательной технократии результаты полицейских расследований были вполне прозрачны, а ей было важно подать общественности историю с ее личной, журналистской и авторской точки зрения.
Поэтому следовало самой во всем разобраться. Такой шанс, может быть, даётся раз в жизни. Чтобы сразу же громко заявить о себе. Это же мечта любого уважающего себя журналиста! Кто знает, ведь благодаря такому громкому делу, о ней может узнать вся страна!
Но вместе с приятными мечтами о грядущей славе, у Леси не прекращался и присущий ей «расследовательский» зуд. Работа программистом приучила ее к структурированию своих задач, поэтому она подошла к делу во всеоружии.
В первую очередь ей необходимо было пространство для маневра. Если она большую часть своего времени будет заниматься кодированием процессов на «НОВА-Стройке», расследование затянется на неопределённое время, а это никак не входило в ее планы. Решение нашлось быстро, она выбила себе журналистскую командировку. Это не противоречило правилам — для официальных поликрафтов система СУПЕР допускала в трудовом расписании возможность по согласованию с руководством временно смещать акценты на одну из выбранных профессий. Таким образом, Колокольникова получила относительную свободу в своих действиях.
Далее у нее возникла еще одна «гениальная» идея. Как раз накануне у них окончательно распался временный любовный союз с Дим-Димкой. Но вместо того, чтобы рефлексировать и лить горючие крокодиловые слезы Леся решила цинично использовать этот факт для своих целей. Она распространила в свой среде «дезу», что они уехали в очередной романтический тур, заблокировала входящий трафик (как обычно делала в таких случаях) и тем самым получила, по ее мнению, еще одно преимущество — теперь о ее точном местонахождении не могли знать ни злоумышленники (она все же опасалась, что бандиты могут предпринять новое нападение), ни навязчивые сотрудники органов, вроде этого молодого нарцисса, который, наверняка, дай ему волю, начнет вставлять ей палки в колеса и всячески ограничивать в действиях.
Но, как любая девушка, она не могла остаться равнодушной к разрыву со своим молодым человеком. Дим-Димка, подающий надежды егерь-аспирант, был мужчиной в перспективным, но в последнее время, Леся, все чаще и чаще стала ловить себя на мысли, что они совершенно разные люди. Возможно, что у нее слегка поменялось мировоззрение, но отношения с Дмитрием Дмитриевичем все более стали напоминать отбывание какой-то повинности. Очень уж правильным был егерь-аспирант. В те моменты, когда Леся с содроганием вспоминала о случившимся с ней, она с некоторым удивлением отмечала, что даже в самые тяжелые моменты она не воспринимала Дим-Димку как защитника или спасителя. Она не обращалась мысленно к нему в эти секунды за поддержкой, как к родному человеку. Это было горько и больно, но это было правдой. О какой же любви тогда можно было говорить? Поэтому, Леся хоть и пошла на разрыв с тяжёлым сердцем (два года отношений из жизни не выкинешь!), но в конечном итоге расценила этот шаг как неизбежный, хотя по-человечески было безумно жаль и себя и Дим-Димку.
Приняв это волевое решение, Колокольникова полностью сосредоточилась на расследовании.
Плясать она начала она от «печки».
Все ее приключения начались со странных самоисцеляющихся блоков в сертифицированных матрицах.
Именно эта ниточка привела ее к Ростелю, вернее, должна была привести, если бы ее не похитили. Логично было предположить, что кто-то не хотел или боялся этой встречи. Но почему? Чего такого могла узнать рядовая журналистка, что ее пришлось нейтрализовать?
Сейчас она уже знала про скандал с фальсификациями объемов, где был замешен начальник сбыта «Кристалла», но пока все эти факты никак не складывалось в общую картину.
Леся то и дело запускала руку в свои кудри, почесывая макушку, но в данном случае проверенный ритуал не помогал.
Она была уверена, что ее похищение связано с одним из двух событий — либо блоки либо интервью. По большому счету эти события имели общую связь — именно с «Кристалла» блоки попали на «НОВА-Стройку». А Ростель был начальником сбыта, то есть формально именно по его распоряжению несертифицированные блоки оказались на предприятия, где трудилась Леся. Как оказались? Очевидно, были привезены. Транспортированы. Опять транспорт. Может быть, все дело в этом?
Для начала Леся решила установить принадлежность автомобиля, на котором ее вывезли в Сибирь. Раз подлый электрокар оказался на территории «Кристалла», значит, об этом должна была быть соответствующая отметка в транспортных реестрах.
Но все было не так просто, у Колокольниковой не было никаких подтвержденных полномочий для инспектирования технических материалов. На руках была всего лишь журналистская карта, поэтому добыть интересующую ее информацию оказалось нелегко. Не будь она еще и сотрудницей «Оргалита», скорее всего, ее расследование завершилось бы, так толком и не начавшись. Но наличие обоих этих факторов все же позволило девушке приоткрыть кое-какие двери. Конечно не обошлось без лёгкого кокетства с её стороны, личного обаяния и везения, но, тем не менее всё получилось.
В конце концов, ей удалось выяснить кое-что из того, что уже давно знал Влад.
То, что служебный электрокар с Е-номером 664-11 был приписан к ее родному предприятию.
То, что маршрут электрокара с Е-номером 664-11, в тот самый день (возможно и
