Все так запуганно.
«Думаю, в тебе просыпается стремление к независимости, Рэйвен».
Девушка узнала этот спокойный, рассудительный голос в своей голове – Вадия, кладезь опыта и мудрости.
«Может, и так».
«Это неизбежный спутник процесса взросления», – добавила Вадия.
Рэйвен обдумала услышанное. Ей миновало почти двадцать зим, и она давно уже считала себя взрослой. Возможно, ошибочно.
«Все это… так трудно» – вздохнула она.
«Взрослеть всегда нелегко».
Хотя Вадия любезно уступила контроль над телом новой соседке, само тело сохранило свою физическую память в целости и сохранности. Оно двигалось с природной грацией без всякого вмешательства со стороны Рэйвен.
За последнее время она многое узнала о таких вещах, как осанка, походка и цвет лица. Девушка умудрялась сохранять приличный внешний вид даже несмотря на трудности жизни в полевых условиях. При той роскошной внешности, которую подарила ей судьба, достаточно было прилагать минимальные усилия по части гигиены, чтобы выглядеть поистине потрясающе.
Раньше она никогда не придавала большого значения чистоте тела. Когда-то ее мать питала надежды, что дочь со временем вырастет в писаную красавицу. Увы, ее постигло жестокое разочарование… Девочка, которую она родила, просто не была создана для подобной судьбы – хотя бы в силу своих внешних данных. Теперь, однако, Рэйвен превзошла все ожидания, которые ее мать могла лелеять в своей тщеславной душе.
Быть может, когда-нибудь она вернется в родную деревню, чтобы продемонстрировать и матери, и всем недоброжелателям, в кого она превратилась.
Но нет… Обратной дороги не было. Да там бы ее и не узнали. Никто, включая родную мать, не поверил бы, что это та самая, прежняя Рэйвен.
Строго говоря, она больше и не была той Рэйвен. Жизнь поменялась коренным образом. Теперь она – великолепная блондинка, занимающая очень важный пост в структуре Фелькской Империи. А еще она угодила в сложную интригу, разворачивающуюся между двумя самыми могущественными государственными мужами – Матокином и Вайзелем.
Один из них был ее отцом. Другой – любовником. Интересный расклад, не правда ли?
В душе се вдруг шевельнулось острое чувство вины, и Рэйвен поняла, что это связано с ее докладом лорду Матокину. Она раскрыла ему глаза на планы генерала Вайзеля… но ведь в том и заключается ее работа, разве нет? Ее для этого сюда и прислали, а она обязана повиноваться.
Прекрасно… но как же ее верность генералу? Уж он бы, наверное, не обрадовался, если б узнал, что Рэйвен шпионит за ним по просьбе лорда Матокина. Но, возможно, он уже все знает? О боги, оба они такие умные и проницательные! Порой Рэйвен чувствовала себя ничтожной фишкой в игре, которую ведут между собой мужчины.
Девушка покачала головой. Даже если и так, у нее достанет воли и решимости, чтобы построить собственную игру.
Она вернулась в отдельную палатку, которую теперь занимала на правах офицера. Встретилась еще с несколькими командирами различных подразделений и объяснила, как должна работать ее система сбора информации. Все они готовы были попробовать, некоторые даже пылали энтузиазмом.
Затем Рэйвен провела ту же работу с армейскими магами. Попутно обратила внимание, что они – при всей своей инстинктивной осторожности и подозрительности – выглядели гораздо свободнее и раскованнее, чем в первую их встречу. Должно быть, сказывалась проводимая Вайзелем политика на уравнивание их в правах с остальными офицерами.
Вот уже и ночь спустилась на лагерь. Готовясь к встрече с генералом Вайзелем, Рэйвен весь день занималась делами Службы военной безопасности. Однако ее так и не призвали для доклада.
Подавив глубокий вздох, девушка села за письменный рапорт. Генерал сможет просмотреть его, когда освободится.
«Ты разочарована, что не встретилась с Вайзелем?» – спросила Вадия.
«С чего это ты взяла?» – нахмурилась Рэйвен.
«Просто такое ощущение…»
«Мне казалось, что нам не полагается контролировать ощущения друг друга, по крайней мере, если они не бьют через край», – возразила Рэйвен, но сама вдруг задумалась. А действительно: неужели она огорчена, что генерал не позвал ее? Возможно, после той случайной ночи она позволила своим чувствам перерасти в нечто большее?
Глупости! Она решительно помотала головой.
«Вадия, я тебя очень уважаю… но прошу: не забивай мне голову подобной ерундой».
«Как скажешь, милая».
Рэйвен тем временем окончила свой рапорт. Кликнула гонца, чтобы отнести его к Вайзелю. Это оказался совсем молодой человек, почти ребенок, с мягким взглядом и такими же светлыми, как у нее самой, волосами. Он с обожанием смотрел на новоявленного руководителя Службы безопасности.
На губах у Рэйвен мелькнула легкая усмешка.
– Ты находишь меня привлекательной, солдат?
Парень молча сопел, не зная, что ответить. В конце концов молодость взяла верх.
– Э-э, да… вы очень красивы, – промямлил он. И поперхнулся, испугавшись, что слишком далеко зашел.
– Подозреваю, тебе бы хотелось прикоснуться к этому телу, узнать вкус моих губ, не так ли? – Рэйвен придвинулась на шаг, наблюдая, как краска заливает лицо солдатика.
Ох, как же ему было тяжело бороться со своим возбуждением!
– Д-да… очень хотел бы…
Лицо девушки мгновенно окаменело, и она презрительно сплюнула.
– Отлично! Вам известно, что отношения между офицерами и их подчиненными строго-настрого запрещены. Так вот, рядовой, отнесете письмо генералу и отправитесь получать дисциплинарное взыскание. – И она снова сплюнула, проводив взглядом незадачливого посыльного.
Про себя Рэйвен улыбалась.
«Получила удовольствие?» – поинтересовалась Вадия.
«А что?»
«Да ничего. Лично я не вижу причины, почему бы тебе не воспользоваться властью, которую дает это тело. Уж я-то знаю его возможности».
Ощутив внезапную усталость, Рэйвен опустилась на стул. Сегодняшний день был очень длинным и насыщенным.
«Скажи мне кое-что, Вадия», – попросила девушка.
«Ты хочешь знать, скольких мужчин я знала за свою жизнь?» – спросила та.
«Нет, – отмахнулась Рэйвен. – Меня интересует, почему ты согласилась принять меня в свое тело».
Девушка с нетерпением ждала ответа. Она уже задавала этот вопрос, и тогда Вадия отказалась отвечать. После некоторого раздумья куртизанка сказала:
«Думаю, теперь уже можно тебе открыться».
Рэйвен буквально подалась вперед.
«Как мне удалось выяснить, ты обладала значительной – властью балансировала между императором и генералом. Занимая внешне незначительное положение, ты имела возможность оказывать воздействие на них обоих. А теперь скажи мне, Рэйвен: известно ли тебе, что нет ничего хуже, чем работать на свой страх и риск? Приходится отвечать за собственные ошибки. И чем большей властью ты обладаешь, тем страшнее получаются эти ошибки. Совсем другое дело, когда ты играешь роль этакого молчаливого советчика… так сказать, неофициального консультанта».
Рэйвен в удивлении моргнула.
– Тогда ты сможешь действовать, не боясь быть обнаруженной? – вслух закончила она логическую цепочку.
«Причем этого не видит даже тот человек, которым ты манипулируешь», – с удовлетворением подтвердила Вадия.
Ничего себе признание!
«Так, значит, твое отношение к лорду Матокину…»
«Самое верноподданническое, – твердо заявила Вадия. – Я искренне сочувствую его желанию объединить весь Перешеек под единым правлением. Но он тоже не застрахован от ошибок… как и все мужчины. Поверь, я не раз видела, как это происходит. Они путаются и промахиваются».
«А ты все знаешь лучше?» – недоверчиво спросила Рэйвен.
«Скажем так – по-другому. Видишь ли, Рэйвен, я принадлежу к особому сорту женщин. А через меня – и ты. Благодаря моей профессии мне известны тайны многих мужчин. Я знаю, как они мыслят. Знаю, как они соперничают друг с другом даже тогда, когда сотрудничество было бы гораздо выгодней. Мне известны их жадность, их глупость. Я знаю, что Матокин не доверяет генералу Вайзелю, а тот опасается своего повелителя. Именно так и должно быть… ведь они оба мужчины».
