песочный привкус. Мишти начало подташнивать.
Она почти ничего не ела, и в затылке появилась тупая боль. Мишти покопалась в кухонных шкафчиках. Печенье. Хлеб. Чай в пакетиках. Сливочное масло. Сахар. Рисовые хлебцы. Мед. Там не было ничего, что вызвало бы у нее аппетит. В холодильнике лежали бананы, груши и манго в пленке. Все не то. Их вид заставил Мишти с горечью вспомнить, насколько слаще были фрукты у нее дома, когда мама покупала их у уличного торговца, толкавшего тележку, отгоняя от своего товара мух.
Боль в голове каким-то образом дошла до ее желудка. Мишти положила руки на живот, ощутив резкий приступ боли. Она прислонилась к кухонному столу. В момент, когда с ее губ слетел стон, кто-то постучал в дверь.
Если бы Мишти чувствовала себя лучше, то открыла бы, но в тот момент она просто не могла ни о чем думать. Боль рывками перемещалась вверх-вниз по ее бокам. Казалось, она брала начало где-то в промежности. Мишти на подгибающихся ногах добралась до двери.
– Здравствуй. Решила зайти поболтать. – Сиара сияла от радости, стоя на пороге и держа руку на животике. Но уже через несколько мгновений она перестала улыбаться, увидев лицо Мишти. – О, боже. Ты в порядке?
Спазмы стали невыносимыми, и Мишти отшатнулась назад. Сиара бросилась к ней, схватив за плечо.
Они вместе упали на пол. Одна – глубоко беременная, другая – с кровью, льющейся между ног.
– Что со мной происходит? Я не понимаю, что со мной происходит! – закричала Мишти.
Сиара обняла соседку, прижав ее голову к своей груди. Другой рукой она достала телефон. – Я сейчас позвоню в скорую, ладно? Все будет хорошо. Я все сделаю.
Мишти была благодарна Сиаре за то, что она не спросила, где ее муж.
Несколько часов спустя Сиара уже укладывала ее в постель.
Они вернулись из больницы, и Сиара включила отопление в доме. Она помогла Мишти переодеться в чистую одежду, сделала ей бутерброд с маслом и чашку чая.
Мишти понадобилось несколько часов, чтобы плод вышел. Когда акушерка пренебрежительно заявила ей, что она еще молодая и здоровая и у нее впереди еще много лет, чтобы родить, Сиара бросила на женщину испепеляющий взгляд.
Уже дома Сиара подвинула к кровати стул и села на него. Она прислонила к щеке чашку чая, которую держала в руках.
– Поспи немного. Я никуда не ухожу.
Вот такую Сиару она пыталась вспомнить, когда той ночью лежала рядом с Партом, но ей было жутко интересно, какую версию Сиары видел в своих снах он. Наступило утро после их ссоры, и примечательным оно было не только потому, что они редко ругались, но и потому, что Парт сам приготовил себе тост. Мишти ощутила запах теплого хлеба, зайдя в дом после того, как отвезла Майю в детский сад. Дом на мгновение показался гостеприимным. Похожее ощущение обычно возникает от попкорна с растопленным сливочным маслом, теплых батарей или светящихся гирлянд, висящих на стеллажах с книгами.
Парт уже собрался на работу. Это не совпадало с его привычным графиком. В последнее время он был полон сюрпризов.
– Что хочешь на завтрак? – спросила она, откладывая вещи.
– Я уже поел.
– Один тост?
– Да. Я не очень голодный. Попозже чем-нибудь перекушу в колледже. Я заглядывал в холодильник, хотел взять с собой остатки вчерашней еды.
– Ага, я их выбросила.
Если он и удивился, то не подал вида. А может, просто не услышал.
Мишти включила чайник, пока Парт был на кухне. Держа тост в руке, он повсюду ронял крошки.
– Помнишь, что я сказал тебе вчера вечером? – Она не ожидала, что он снова поднимет эту тему. Они редко растягивали ссору, если она у них и случалась: вместо этого они просто жили, как и раньше, занимаясь своими обычными делами.
– Кажется, да.
– Тебе надо держать себя в руках. Нельзя терять собственное «я» только потому, что у тебя появились новые подруги.
И все его образование, степени исследования нужны были, чтобы прийти вот к такому выводу? Что ей надо было стать менее дружелюбной с местными?
– Я сегодня пойду гулять с Сиарой.
– Я не запрещаю тебе с ней видеться.
– Окей.
– Мишти, ты вообще слышишь, что я тебе говорю?
– Да. Ты не хочешь, чтобы я превращалась в одну из этих женщин.
– Вроде того.
Ей хотелось над ним посмеяться: настолько нелепо он звучал. Парт боялся, что Сиара на нее повлияет, потому что хотел, чтобы жена продолжала прислуживать ему. Он женился на хорошей, одомашненной бенгальской женщине, которую выбрали его родители, и хотел, чтобы она такой и оставалась.
– Я это учту, – кивнула она.
Парт поднял брови и, казалось, уже собирался что-то ответить. Его нарастающая ярость прервалась – начал закипать чайник.
– Я дам тебе знать, если снова задержусь, – сказал он.
Мишти повернулась к раковине, чтобы взять тарелки, оставшиеся после завтрака Майи. Она никогда не пользовалась посудомоечной машиной и не собиралась делать этого сейчас: мытье посуды помогало ей занять руки.
Мишти услышала, как Парт проходит по дому, хлопая дверьми. Через несколько минут она снова окажется в одиночестве. И вновь начнет его ждать.
Когда Парт наконец ушел, она пошла в гостиную, чтобы вытереть пыль. В окно она увидела, как мимо проходит Лорен с детьми. Уиллоу, словно неотъемлемый элемент, была пристегнута к ее спине. Впереди бежали Гарри и Фрея. Она не рассказала Сиаре об их разговоре, произошедшем несколько дней назад, и о том, что Лорен позвала ее поужинать.
Мишти завидовала Лорен. Она никогда не переживала о зацепках на кардигане, о том, подходит ли сумка к туфлям, или о том, что Гарри поднял с земли камень и начал его сосать. Если бы Сиара исчезла, Лорен продолжила бы жить, как раньше. Она бы даже не заметила.
* * *
Спустя несколько недель после того разговора у автобусной остановки Мишти ждала, когда Нил снова ее найдет.
Каждый день по дороге из школы она выходила из автобуса и намеренно медленно шла в сторону дома. Иногда она останавливалась, чтобы поправить шнурки на ботинках, или копалась в сумке, а порой меняла кассету в своем плеере. Она давала ему шанс снова появиться, но он не встречался на ее пути.
Каждую ночь, когда почти вся ее семья уже ложилась спать, она ждала у балконной двери. Ее двоюродные сестры обычно уже спали к тому моменту, когда она наконец видела, как Нил проходит мимо их дома, возвращаясь непонятно откуда. Теперь она замечала в нем множество мелких деталей, которых
