который можно было отоварить в бутике бренда. Театральным жестом она берет пальто, одолженное ей пресс-службой Gucci для модного репортажа, и бросает его на кровать: «Ему нужны деньги? Этот придурок может просто взять пальто: эта штука стоит 18 000 евро».
Площадь квартиры, которую делят Хайме и Мия, составляет 46 квадратных метров. Небольшая барная стойка отделяет кухню от гостиной. На ней — пустая бутылочка из-под йогурта и браслет Prada с цветами из винила и стразов. Его подарил Мие Анджело в честь начала ее сотрудничества с агентством Wiew[84]. В полупустом холодильнике к остаткам роскошных пирожных и брокколи из супермаркета Franprix подбирается плесень. На полу рядом с парой обуви, грязным бельем, пакетом с покупками и полураспакованным чемоданом лежат груды дорогой одежды для новой фотосъемки; через несколько недель эти вещи появятся на страницах женских журналов, превратившись в объект желания для многих тысяч женщин.
Мия — яркий пример парадоксального сочетания солидного объема символического капитала с крайне стесненным материальным положением, что в целом характерно для работников мира моды. Я познакомилась с Мией через Хайме еще до того, как начала писать диссертацию. Мия и Хайме тогда вместе снимали уютную и просторную трехкомнатную квартиру в Х округе Парижа. Для Мии это был идеальный вариант, поскольку она только перебралась в Париж из Милана, никого здесь не знала и еще толком не работала, а хозяйка квартиры не требовала ни справок о доходе, ни поручителей, ни залога. Помню, Хайме с восхищением рассказывал мне о своей эксцентричной соседке-итальянке из мира моды, которая по утрам спускается выпить кофе в местный бар в больших черных очках, с сигаретой во рту и в длинном пальто прямо поверх пижамы. Со смесью сочувствия и недоумения он рассказывал мне о ее неудачах, сложностях с работой, о том, как ей важно обрасти профессиональными контактами, чтобы начать зарабатывать.
В Милане Мия много работала с Анджело, очень влиятельным и богатым стилистом мирового уровня. Именно он посоветовал Мие переехать в Париж, сказав, что во Франции он сможет чаще приглашать ее в свои проекты. Мия рассчитывала на эти профессиональные отношения, чтобы подзаработать, получить опыт и обрасти собственными контактами во французской столице. Но отношения с Анджело оказались сложными: он вел себя слишком авторитарно, грубо, задерживал выплаты (когда они ей полагались), хорошо зная, что она находится в трудном экономическом положении. Несмотря на это, Мия была признательна Анджело и считала его своим покровителем, потому что он приглашал ее поработать для рекламных кампаний престижных брендов. Благодаря ему она открыла для себя мир роскоши: никогда заранее не зная, сколько, когда и как (деньгами или одеждой) ей заплатят, Мия останавливалась в пятизвездочных отелях, и все ее расходы покрывал Анджело. Их отношения были очень эмоциональными: работа и чувства в них слились и перемешались. Оказавшись в день своего тридцатилетия на мели, поскольку он не платил ей уже несколько месяцев, Мия получила от Анджело букет из тридцати огромных красных роз с запиской, в которой он с оттенком влюбленности выражал ей свое уважение, восхищался ею и желал ей всяческих успехов. После нескольких лет совместной работы Мия решила прекратить сотрудничество с Анджело. Это решение далось ей нелегко, но с тех пор благодаря наработанным связям и репутации она работала фрилансером для различных международных журналов, что принесло ей известность, а также принимала участие в коммерческих проектах, что позволяло сводить концы с концами. Как мы уже видели, когда такие проекты слишком компрометируют ее имидж и карьеру, Мия использует псевдоним[85].
Однажды она позвонила мне, очень взволнованная, и сообщила, что с ней связался крупный рекрутер и предложил пройти собеседование в одном из двух самых престижных мировых агентств в сфере моды — Wiew[86]. Интервью должно было проходить в Нью-Йорке в головном офисе агентства, имевшего филиалы во всех столицах моды. Не имея возможности самостоятельно оплатить поездку, Мия приурочила свое собеседование к фотосъемке для каталога, которая должна была проходить в Нью-Йорке по заказу одного французского бренда среднего класса. Поскольку это был коммерческий проект, бренд оплатил ей перелет бизнес-классом и проживание в роскошном отеле в дополнение к гонорару в несколько тысяч евро. Собеседование прошло удачно, и Мия была принята в парижский филиал Wiew, с которым подписала эксклюзивный контракт. Контракт предусматривал, что Wiew будет забирать 30 % от всех ее заработков, независимо от того, был ли этот заказ получен ею через агентство или нет. Подписав контракт, Мия стала смотреть в будущее с энтузиазмом и надеждой на обретение хоть какой-то стабильности. Когда Анджело узнал, что ее приняли во Wiew, он послал ей браслет Prada с поздравлением. Шесть месяцев спустя Мия позвала меня на кофе, и мы встретились в модном баре в квартале Маре. В винтажном пальто небесно-голубого цвета, в мокасинах Prada Мия «выкладывает мне все»:
Я хочу уехать из Парижа, не могу больше это выносить и не знаю, что я вообще тут делаю. Я здесь уже четыре года. Придя в это агентство, я достигла вершины того, что вообще можно достичь в моей профессии. Но за эти полгода ничего не изменилось. Я по-прежнему без гроша в кармане. Это я приношу им работу, а не наоборот, и к тому же приплачиваю им, потому что они берут свою долю с моих заработков. Благодаря им я поработала на несколько хороших журналов, но это было бесплатно. Чего я добиваюсь? Чего жду? Куда меня это приведет?
Что касается жилья, то в той милой трехкомнатной квартирке им с Хайме удалось пожить недолго, поскольку владелец через пару лет попросил их съехать. Мия и Хайме продолжили делить жилье и стали искать новую квартиру. Очень быстро они столкнулись с рядом проблем из‑за нестабильного финансового положения Мии. Поскольку Мия была иностранкой, не имела постоянного трудового контракта или поручителя, не состояла ни в браке, ни в гражданских отношения (ПАКС[87]), она не подходила большинству арендодателей, несмотря на то что зарабатывала около 5000 евро брутто в месяц[88]. В итоге им пришлось принять предложение арендодателя, который был готов «закрыть на это глаза» в обмен на арендную плату, превышающую среднерыночную: 1300 евро в месяц за квартиру с одной спальней в районе Ла-Шапель, что далеко не соответствовало ожиданиям Мии. Она жалуется на нехватку приватности и личного пространства, поскольку только ширма отделяет ее кровать от гостиной-кухни. Эта квартира постоянно напоминает ей о неустроенности и нестабильности ее собственной жизни. Это не то место, которое
