так же тому, что ты быстро развелся. Там же вроде тоже процесс, требующий определенного времени, всякие сроки на примирение даются. Я подробно не узнавала, но двоюродная сестра разводилась, жаловалась как–то мимоходом.
– Фамилию я решила взять, потому что у детей будет Димина фамилия. Я не люблю, когда мама словно чужой человек, – отвечаю на первый вопрос.
– Какое доверие, однако, детей нельзя было оставить под твоими данными? – подозрительно прищуривается Света.
А я чувствую себя крайне неловко. Конечно, она права, конечно, я и сама об этом думала. Но, видимо, мое собственное детство без отца и его фамилии оставили на мне куда больший душевный след, чем я думала. Кажется, он проявился только сейчас, с появлением собственных детей.
– А разводятся при наличии определенных связей так же быстро, как и женятся. Не волнуйся, в нашей стране второй раз не распишут, если уже есть одна супруга, – усмехается Дима.
Между нами с ребятами повисает напряженное молчание. Кажется, дружба семьями – пока не наш уровень. К счастью, внимание на себя отвлекают детки.
– Мои хорошие, чего хотите? – присаживаюсь к ним. – Может, фруктовое пюре возьмем, перекусим, а? Будете?
Роюсь в рюкзаке в поисках озвученного, совершенно не замечая, какими взглядами обмениваются Дима со Светой.
– Ладно, давай поедим, отец семейства, – мрачно произносит в итоге подруга, – раз приглашаешь.
– Я не только приглашаю, свидетельница ты наша многоуважаемая, – отвечает псевдоелейным тоном Дима, – я еще и угощаю.
– Не надо, мы и сами в состоянии заплатить за себя, – вмешивается жених Светы, Павел, – счет поделим пополам.
Ресторан оказывается совсем рядом, буквально за углом от ЗАГСа, и раньше я здесь никогда не была. Впрочем, можно по пальцам пересчитать, где я была.
По привычке тушуюсь, когда мои комплексы поднимаются наружу на фоне контраста богатой обстановки и моего внешнего вида, но Димина рука на моей спине быстро возвращает уверенность и присутствие духа. Удивительно, как это у него так получается. Я ведь все сама, да сама, а тут совсем немного адекватно общаемся, и он уже оказывает на меня определенное влияние.
Снова.
Главное, чтобы итог в этот раз был не такой, как в прошлый. А то я всерьез усомнюсь в собственном уме и рассудительности, если опять увижу две полоски на тесте, а Диму больше не увижу.
Все же скромный опыт общения с парнями дает о себе знать. Фактически отношения–то у меня были только с Димой. В пору работы официанткой, конечно, было много предложений и не только культурных, но там я лишь научилась доходчиво говорить «нет. Так, чтобы самый приставучий и непонимающий самец понял, что он не по адресу. Получалось, кстати.
Зато с другим самцом не получилось. Украдкой поглядываю на Диму и не могу расслабиться от тяжелых мыслей. Еще и Света своими неозвученными вслух подозрениями портит настроение. Но ее я не виню, она переживает за нас с детьми.
– Предлагаю поднять бокал этого наивкуснейшего апельсинового сока за совершеннейшую девушку на свете! За тебя, Катюш, – произносит тост Дима, когда приносят угощения.
– Гхм, – смущаюсь, – спасибо.
Что–то сегодня наши с ним отношения выбиваются из деловых и даже на приятельские не тянут. Стоит озадачиться? Или просто списать настроение моего теперь уже «мужа» на эйфорию от ЗАГСа. Мало ли, вдруг ему понравилось туда ходить еще в прошлый раз, вот он и радостный такой.
– Поддерживаю, – говорит Света, – за Катерину! Она сама со всем справлялась, не сломалась, когда тот, кто должен был быть рядом, отсутствовал, но, думаю, это к лучшему.
Да, подруга точно закусила удила на Диму.
– Конечно, к лучшему, сейчас я смотрю на все по–другому, – спокойно парирует Дима, как будто ничуть не задетый Светиными словами, – но тем не менее очень плохо, что она справлялась со всем одна. Но теперь у нее есть надежное мужское плечо, которому не по силам исправить прошлое, зато вполне по силам изменить будущее.
– И где же оно, надежное? В каком месте? – ляпает Света без стеснения. – Я только мужское вижу. В любом случае, у нее есть я и куча моих родственников. Мы, может, и не столь богаты, но определенные связи тоже имеем.
– Я учту, если нам с Катей, – Дима прижимает меня к себе, – что–то понадобится. Хотя вряд ли. Я волне способен все решить, зато ты сможешь быть просто крестной для детей, – договаривает с приторной улыбкой на губах.
Меня уже начинает порядком напрягать их перепалка, только аппетит портят, меряясь непонятно чем. Эдак, сейчас кто–то что–то ляпнет особо оскорбительное, как день спасать будем?
– Не волнуйся, я с любой ролью прекрасно справляюсь, а вот что насчет тебя? Неужели папочка до сих пор не прикрыл кормушку? – ляпает Света.
А мне хочется закрыть лицо ладонями и исчезнуть вместе с детьми. Поздно, день все-таки безнадежно испорчен.
Глава 46
Повисает неловкое молчание, Светин жених одергивает ее за рукав, но слова ведь уже не вернуть. И даже сейчас я не злюсь на подругу, хотя, наверное, следовало бы после такого.
Удивительно, но Дима не выглядит ни подавленным, ни расстроенным, словно не его касались последние слова Светы. Он спокойно делает глоток, подмигивает мне и произносит.
– А я новую кормушку нашел, не переживай, обузой Кате не стану. Не такой я ужасный, чтобы сидеть на шее у девушки, хотя, полагаю, что вы именно такого обо мне мнения.
– Дима, – неловко произношу, вспоминая, как сама смеялась от его откровенности, что отец буквально выгонит его, поняв, что снова связался со мной, – все не совсем так, – договариваю жалобно.
– Ладно, не наше это дело, да, Света? – произносит с нажимом ее Павел. – Давайте лучше за вас, ребята. За нестандартное начало и за не менее нестандартное продолжение ваших отношений!
– Спасибо, – киваю, покрываясь румянцем.
– Да все нормально, правда, – пожимает плечами Дима, – вы меня, наоборот, в тонусе держите. Не даете самомнению взлететь на пьедестал, – добавляет он со смехом.
– Ничего, совсем опустить твою самооценку нам не удастся при всем желании, слишком ты неотразим, – вторю ему, улыбаясь.
– Ого, кто–то заметил, какой я красавчик, – поигрывает бровями Дима.
И тут до меня доходит, что я флиртую. Сама. Первая. Ведь это именно я проявила инициативу, а не он.
Утыкаюсь в тарелку с едой, а потом и вовсе поворачиваюсь к Маше и Мише. Им ничего не надо, вполне себе неплохо развлекаются салфетками со стола, но сделать вид мне срочно надо. И не одной мне, Света поступает так же.
– Прости, – шепчет она сдавленно.
– Не надо, – хмурюсь, качая головой, – все нормально. Я и сама с трудом
