положив ее руку на свое предплечье, повел ее в зал.
Глава 14
– Мисс Эверсби, все в порядке? – с участием в голосе поинтересовался Эдвардс. Они потанцевали и уже пару минут стояли вместе с Амелией в том самом углу, оклеенном желтыми обоями, рядом с роялем. В комнате царил все такой же шум, и им приходилось его перекрикивать.
Шафран не сразу нашлась что ответить на вопрос, почему она нахмурилась, оглядывая комнату в поисках Ли.
– Я просто залюбовалась домом. Не сочтете ли за бестактность с моей стороны, если я спрошу, кому он принадлежит?
Эдвардс, который и так уже раскраснелся от жары в помещении, при ее вопросе стал пунцовым.
– Прошу великодушно меня простить. Куда подевались мои манеры? Это дом моего хорошего друга, лорда Вейла.
К сожалению, имя лорда Вейла ей ни о чем не говорило, однако в любом случае Салли Эверсби не могла знать всех пэров в стране.
– Его зовут Джеральд Харрингтон. Меньше года назад он стал виконтом, – подала голос Амелия. – Однако только своим кругом он не ограничивается, в отличие от большинства лордов. Он увлекается политикой. Ему нравится современный дизайн. У него в Лондоне особняк в таком же стиле. Очень светлый и просторный.
– Понятно, – сказала Шафран, только чтобы заполнить внезапно возникшую между Амелией и Эдвардсом неловкость. Эдвардс нахмурился и задумчиво посмотрел на Амелию, которая, ничего не замечая, с праздным любопытством разглядывала гостей.
Внезапно девушка расправила плечи, и ее лицо озарила улыбка. Эдвардс заметил перемену в ее поведении и обернулся на мужчину, который только что отделился от компании людей, расступившихся перед ним, как море перед Моисеем.
– О, – хмуро прокомментировал он. – Легок на помине.
Лорд Вейл оказался обладателем черных как смоль волос и оливковой кожи. Одет он был в смокинг, как влитой сидящий на его крепкой фигуре. Несмотря на то, что он был на несколько дюймов ниже Эдвардса, его манера держаться добавляла ему роста и важности, которой не обладало большинство присутствующих. Его солидность не соответствовала характеру его собственной вечеринки, где в одном углу женщина на вытянутой руке держит пустую бутылку из-под вина, а мужчина пытается деревянными шарами для боулинга ее сбить, а в другом горланят непристойную французскую песенку.
Лорд Вейл подошел к ним, широко улыбаясь и внимательно окидывая их настороженным взглядом. Он пожал руку Эдвардсу, но первые слова были обращены к Шафран и Амелии.
– Новые и старые друзья, – пророкотал он, его глубокий голос слышно было даже сквозь гвалт. – Добро пожаловать.
Амелия шагнула к нему, протянув руку, которую он поцеловал. С порозовевшими щеками она стала очень хорошенькой.
– Салли Эверсби, лорд Вейл, – сказала она, кивнув на Шафран.
Это было не слишком подобающее представление, особенно для виконта, и Шафран постаралась сделать как будто слегка взволнованный вид. Ей доводилось встречаться со многими лордами и леди, но присутствующие не могли об этом знать.
– Как поживаете?
После его ответа Амелия добавила:
– Салли наша новая подруга. – Фраза получилась гораздо фамильярнее, чем ожидала Шафран.
Эдвард подошел на полшага к Амелии.
– Мы познакомились в «Голубой комнате» буквально на той неделе.
– И правда, вы быстро подружились. – Лорд Вейл уставился на Шафран. Красивым его нельзя было назвать – с этими его массивными надбровными дугами и немного смещенной вперед нижней челюстью, однако глаза притягивали как омут смешением оттенков голубого, зеленого и коричневого. – Коли вы друг мистера Эдвардса и Амелии, стало быть, и мой друг тоже. Добро пожаловать.
– Благодарю вас, милорд. Простите, что я без приглашения…
Лорд Вейл хмыкнул.
– Пришлось бы избавиться от половины присутствующих в этой комнате, если бы мне было дело до таких условностей. Я повторюсь – друзья моих друзей и мои друзья.
– Спасибо. У вас великолепный дом. – Шафран поддержала разговор и не покривила душой.
– Вы мне льстите. Мой отец одним из первых распрощался со старинной усадьбой в Мейфере и построил дом здесь, чтобы подарить семье глоток свежего воздуха вдали от городского смога.
– Как это мило.
Ее тут же перебил Эдвардс, рассыпавшийся в комплиментах, а вслед за ним и Амелия, добавившая пару тихих слов. Вейл обратился к Амелии:
– Жаль, что в тот день не застал тебя.
Ее щеки немного порозовели.
– Мне тоже жаль, что мы разминулись. Но я обещала мистеру Эдвардсу, что съезжу вместе с ним в Сассекс. Он пополнил свою коллекцию еще одним экземпляром Бенца, и я хотела посмотреть на него.
– Я не знал, что ты так же, как мистер Эдвардс, увлекаешься такими вещами, – заметил Вейл.
Амелия обворожительно улыбнулась.
– Я умею ценить все, что сделано искусно.
Шафран переводила взгляд с одного на другую, пытаясь понять, насколько близко это к флирту. Эдвардс, глядя на них, тоже хмурился, уперев руки в бока. Он или что-то подозревал, или уже понял, и ему эти выводы были не по душе.
К лорду Вейлу со спины подошел мужчина и что-то шепнул на ухо.
Мгновением позже лорд Вейл заявил:
– Прошу меня простить, дела не терпят отлагательств. Мисс Эверсби, был рад знакомству. Наслаждайтесь вечеринкой. Амелия. – Он коснулся губами ее руки. Напоследок коротко кивнув Эдвардсу, он ушел.
Эдвардс почти сразу удалился в ту же сторону, куда и Вейл, а Шафран с Амелией остались наедине.
Чтобы завести разговор, Шафран спросила:
– Вы давно знаете лорда Вейла?
– О, мы знакомы с ним с детства. – Ее улыбка немного увяла. – А с Перси познакомилась, когда приехала после войны в Лондон. То есть с мистером Эдвардсом. Он предпочитает официоз.
Шафран заметила, что разговор Амелии наскучил, по тому, как та начала вертеть головой по сторонам, как будто надеялась под благовидным предлогом завершить эту беседу.
В который раз Шафран посетовала про себя на то, что она не может задавать щекотливые вопросы, если на то нет веских оснований. В университете, по крайней мере, ее вопросы коллегам можно было оправдать поиском причины отравления миссис Генри. А если здесь начать спрашивать в лоб о мисс Уильямс и о том, употребляла ли она наркотики, о ее друге, или того хуже – о ее связи с двумя другими убитыми женщинами, то подозрения неминуемы. Сейчас кроме праздного любопытства это никак не объяснить, но так точно нельзя.
Набравшись смелости, Шафран сказала:
– Вы или ваши друзья случайно не занимаетесь благотворительностью? Знаете, в Лондоне много нуждающихся, и мне так хотелось бы помогать людям.
Амелия обернулась и удивленно посмотрела на нее.
– Я думала, вы слишком заняты учебой. Но, видимо, неправильно вас поняла. Я могла бы познакомить вас с
