эфира, в котором были лишь чуть-чуть разбавлена сентенция. Именно поэтому так много одержимых вещей. Ифриты просто жиреют при таком положении дел. Проклятье… Как? Как люди этого мира умудрились создать такие условия? Наверняка не намеренно. Но я должен знать, что тут произошло. Страшно было даже подумать, чем обернутся поля для человечества, когда Пожиратель вторгнется в Параллель.
— А что, — я показал вдаль, но черное пятно, что развернулось за рекой, — вон там?
— Черное? — Саш сложила ладонь козырьком, — это место попадания. Там упала бомба.
— Какая бомба? — нахмурился я, — расскажи подробнее.
— Внимание! — заорал кто-то, — р-о-о-о-о-о-вняйся! Смирно!
Мы с Валей обернулись. Я видел, как все солдаты, что были на этом участке стены, побросали свои дела и вытянулись по струнке.
— Равнение направо! — орал высокий офицер, в парадной форме и при аксельбантах, появившийся у лифта, — Его Величество Великий Князь Иван Михайлович Палеолог и дочь его, Ее Высочество Светлана Ивановна, прибывают.
— Дочь? — Валя приподняла бровь, — а дочь то он свою, зачем притащил?
— Да ладно, — я пожал плечами, — стоим смирно. Пусть топает по своим… — недоговорил я, потому что последний раз метнул на Поле взгляд. Замер.
Та самая одержимость-здание, что шагала по полю, замерла. Положило свое пузо-фундамент на зеленый ковер трав. Но мое внимание привлекла не она. Сверху, на небольшой овальной башенке, над плоской крышей я увидел человека…
Маленькая фигурка вытянулась на полукруглом куполе башни. Она замерла и мерцала ифритом внутри. Если раньше его свет сливался с остальными, то теперь его можно было выделить.
Ярко-желтый с красными вкраплениями, это был ифрит божественного. Конкретнее с такого расстояния понять я не мог.
— Ифритор, — прозвучал тихий шепот, словно шелест ветра.
— Что? Что за звук? — недоуменно проговорила Валя.
— Пожалуйста, проходите, — раздался за спиной энергичный мужской голос, какого-то высокого офицера, — Ваше Величество, проходите. Аккуратнее, Ваше Высочество, моя госпожа, тут щель, не провалитесь.
Высокородные входили на стену.
— Ифритор… я ждала тебя… — голос повторился.
Я не ответил ему, только смотрел вдаль. Внезапно фигурка подняла руку, вытянула ее над головой. “Море” эфира, как по команде, будто бы всколыхнулось, пошло волнами.
— Валя — шепнул я.
— Что? Тихо! Если увидят, что ты не по уставу стоишь, у нас будут проблемы, — тихо зашипела девушка.
— У нас будут проблемы, — сжал я зубы, открыл в часах портал.
Море эфира заволновалось. Скачкообразным образом выросло, расширилось до самой стены. Выплеснулось вверх. Я увидел, как все Ограждение наполнилось ифритами. Увидел, как эфир выплеснулся над стеной, задел длинные стволы линкорской башни, и тут же опустился до прежнего уровня.
Внутри башни тотчас же образовался ифрит. Большой и сильный, он мгновенно втянул в себя все ифриты, что были в ней до этого. Отожрался, вырос. Ифрит Сильной Жажды Чинить Разрушения, объял всю башню изнутри.
Затрещал металл. Броня стала деформироваться, заклепки отскакивать. Три большие пушки, внезапно зашевелились, начали извиваться, как шеи дракона. На их концах открылись зубастые пасти. Кто-то закричал, начался переполох.— Что? Что такое?! — крикнула Валя.
— Одержимость... — проговорил я, извлекая из портала в часах свой ифритовый плащ.
Глава 15. Пушка для пушки
— Противник на стене! Защищать Великого князя! — заорал офицер в аксельбантах.
А защищать-то высокородных было некому. На этом участке стены была лишь горстка солдат, большинство из которых -— безродными рядовыми с легким стрелковым оружием. Так что защитить их никто не смог бы никто. Кроме меня.
Солдаты в панике прижались к каменным бойницам стены и зубцам, высившимся с обоих краев. Офицеры выкрикивали какие-то команды. Некоторые стали в позу вытягивания магии. Валя тоже принялась кастовать какое-то кинетическое заклинание.
Великий Князь — высокий мужчина в синем, расшитом золотыми нитями мундире, заслонил свою, одетую в курсантскую форму, дочь. В руках князя загорелись сгустки световой магии.
Одержимость же никого не ждала. Она стала размахивать пушками-шеями. Пасти, в которые превратились дульные срезы, издавали жуткий вой. Башня тут же отрастила шесть мощных, человекоподобных рук. Схватилась за барбет. Серые, стальные мышцы напряглись, задрожали. Ифрит со скрежетом вытащил себя из посадочного гнезда. Шестерни его поворотного механизма стали бешено вращаться. Толстые кабели электропроводки оторвались от общей линии, стали хлестать все вокруг, как щупальца.
В этот момент я не думал о том, что меня могут раскрыть. Что военная полиция может арестовать человека со странными способностями контролировать одержимости. Я просто действовал.
Набросил плащ. Приказал ему стать броней. Когда ифритный материал потек, словно жидкость, я увидел, что “башенный дракон” собрался атаковать. Одна из его шей выгнулась назад. Надулась в своем основании, у самой башни. К Челюсти по стволу полез ком. Когда ком добрался до головы, хлопнуло так, что эхо отозвалось на той стороне Урупского. Большой желтый магический шар вырвался из ее пасти, с низким жужжанием помчался вниз, к постройкам. Протянув за собой дымный след, он ударил в казарму, разбросал фрагменты крыши.
— Огонь! — крикнул офицер при аксельбантах, — теснить его к краю! Свалим тварь вниз!
— Нет! Стоять! — заорал я, — вы его только разозлите!
В следующее мгновение, с нескольких сторон в башню полетели магические снаряды: огненные шары, морозные заклинания, шаровые молнии. Даже князь отличился тем, что запустил в нее световую волну.
Магия ударила в броню одержимости. Та затрещала, запеклась в местах попаданий. Цементированный сплав покрылся глубокими пробоинами. Осколки верхнего стального покрытия шарахнули в разные стороны. Шрапнелью посекли нескольких солдат и пару офицеров.
Ифрит же взвыл. Его вой, повысился, превратился в визг, потом чуть ли не в свист. Соседняя голова уставилась куда-то вверх. Я видел, как по ее стволу, будто по горлу, полезли многочисленные комья поменьше.
С хлопками, целой очередью, они высвободились из пасти. Навесом ударили вдаль, по протяженному участку Ограждения. Там раздались взрывы, начался пожар. В небо поднялись черные столбы дыма.
Последний шар одержимость зажала в пасти. Он, вращался между ее зубов, высекая из их металла желтые искры. Одержимость изогнула шею, направила снаряд прямиком на нас.
Все случилось настолько быстро, что я успел среагировать только сейчас. Пока ифритная броня обтекала мое тело, я сделал шаг, ифрит скорости тут же превратил его в рывок. Быстро, словно молния, я очутился перед офицерами. К этому моменту тело уже было покрыто защитой.
— Что за?!
—
