– Как только мы выберемся отсюда, я отведу тебя на кухню. Ты, наверное, жутко голоден. Уверен, там есть свежий хлеб, ежевичные пирожные, а может даже двойной сливочный торт с глазурью.
– А мы, – голос Паскаля был спокойным, взгляд сосредоточен на Баше, – выйдем отсюда?
Сводные братья Баша с легкостью верили во все, что он им говорил. Он мог сказать, что в лесу живут людоеды, или придумать истории о волшебных лошадях, которые летали в Англию и назад. Но он знал, что Паскаль был другим. Он не был обычным мальчиком. Он через многое прошел и выжил, даже через битву с Тьмой. Меньшее, что Баш мог сделать – сказать ему правду.
– Не уверен, – признал Баш. – Я надеюсь и молюсь об этом. Но я не знаю.
Паскаль кивнул. Он так сжал руки, что его пальцы побелели:
– Тебе страшно?
Баш вспомнил свое детство, как его пугало, когда боялись родители. Однажды он потерялся в лесу с Генрихом после того, как их провожатый на охоте заболел, и они часами водили лошадь по кругу, пытаясь найти выход. Отец пытался оставаться спокойным, но чем темнее становилось, тем он больше волновался и терял уверенность. Ничто тогда так не пугало Баша.
Баш наклонился вперед, притворяясь, что обнюхивает Паскаля.
– Я больше боюсь того, как ты будешь пахнуть через несколько дней, – подразнил он. – Тебе, правда, нужно помыться.
Он надеялся, что Паскаль засмеется или улыбнется, но он просто смотрел на него серьезными глазами.
– Бояться нормально, – сказал он Башу. – Это ничего. Я боялся, когда был с Тьмой в Вишгарде. Когда он держал меня в том доме.
Паскаль почти ничего не рассказывал о тех временах, когда был в плену. Кенна говорила, что даже она не может поднять этот вопрос, он немедленно менял тему, оказывался очень голодным или спешил играть на улицу. Он немного рассказал Нострадамусу, когда тот ухаживал за ним, но недостаточно, чтобы кто-то понял, через что он прошел.
Баш смотрел в огромные темные глаза мальчика. Он боялся сказать лишнее или давить на Паскаля.
– А почему ты испытывал страх в Вишгарде? – спросил он, стараясь сохранить обычный тон, чтобы Паскаль не чувствовал, что его спрашивают о слишком многом. – Что там случилось?
– Тьма причинял людям боль… – Паскаль смотрел на свои руки. Он сжал пальцы вместе. – Я слышал их. Слышал, как они кричали.
Он порывисто вдохнул, затем выдохнул:
– Хотя мне он не делал больно. Я думал, что он и со мной так поступит, но однажды ночью он пришел и сказал, что хочет, чтобы я делал то же самое. Он хотел, чтобы я причинял людям боль, – мальчик взглянул на Баша, его глаза блестели от слез. – Но я не хотел. Я не хотел, чтобы они кричали из-за меня. Я не хотел прикасаться к ножу. Везде было столько крови…
– Ох, Паскаль, – сказал Баш, обнимая мальчика за плечи. – Конечно, нет. Не думаю, что ты можешь причинить вред. Ты не такой.
Паскаль смотрел в пол, больше не встречаясь с ним взглядом. Через мгновение Баш продолжил:
– Но ты никому не навредил. Ты сбежал.
Паскаль кивнул:
– Я сбежал. Но когда я был там, я думал, что никогда не выберусь. Я думал, что умру… Так и случится с нами? Об этом ты переживаешь?
– Нет-нет, мы здесь не умрем, – сказал Баш, веря в это как никогда. – Я полон надежды. В конце концов, прошло несколько часов, а у нас нет признаков чумы. У одного из нас уже точно была бы сыпь. Мы бы начали плохо себя чувствовать. Так что, возможно, мы выберемся и с нами все будет хорошо.
– Надеюсь, – сказал Паскаль.
– И, слушай, раз уж мне пришлось здесь с кем-то застрять, то я рад, что это ты.
На губах Паскаля появилась улыбка, затем снова исчезла.
– Ты голоден? – спросил Баш, взяв поднос у двери. – Это не торт, но хлеб не плох. Правда, жаркое холодное.
Паскаль покачал головой. Он все еще смотрел в пол, погрузившись в мысли. Казалось, он недоговорил или хотел спросить о чем-то. Баш хотел дотронуться до него, но Паскаль, вздохнув, выпалил:
– Кто такие принцы?
– О чем ты? – удивился Баш. – Какие принцы?
Паскаль пожал плечами:
– Не знаю. Я услышал о них от девушки в туннелях под дворцом. Она говорила о них. Она хотела знать, не один ли я из принцев. Я назвал ей свое имя и, кажется, сбил ее с толку.
Волосы на голове Баша зашевелились. Туннели под дворцом? Девушка, прячущаяся там, ищущая принцев? Да о чем говорит Паскаль?
– Может, расскажешь с самого начала? – сказал он, стараясь сохранять спокойствие.
– Я нашел проход и бежал по туннелям, потому что испугался, – сказал Паскаль.
– Прости, что напугали… что смутили. Мы с Кенной очень любим друг друга. Ты же знаешь, что я никогда не сделаю ей больно? Что никогда не сделаю больно тебе?
Паскаль смотрел вниз на свои руки:
– Думаю, да…
– Никаких «думаю», – поправил Баш. – Я не стану.
Паскаль глубоко вздохнул:
– Я бежал по туннелям и заблудился, а затем я увидел девушку. Она хотела, чтобы я с ней поиграл.
– Как она выглядела? – спросил Баш. Он смотрел на мальчика, пытаясь понять, говорит ли тот правду. Он через многое прошел, учитывая это, можно предположить, что он фантазирует.
Паскаль с честным выражением лица смотрел ему в глаза.
– На ней была маска, – сказал он, – сделанная из мешковины. Там были прорези для глаз, но я не видел, как она выглядела. Но я знаю, что это девушка, потому что на ней было платье.
Он замолчал, а потом спросил:
– Можно мне теперь хлеба?
Баш протянул мальчику кусок, в который тот впился, явно не понимая, как необычно то, что он сказал. Лишь немного людей знали об этих туннелях, и никто не подходил под описание. Девушка с мешком на голове? Девушка, которая бродит одна под дворцом?
– И она спрашивала тебя о принцах?
Паскаль вытер рот рукой, стряхивая крошки.
– Она спросила о моей матери. И удивилась, когда я сказал, что она умерла. Она повторяла, что узнала бы, если б королева умерла. Я сказал, что моя мать не королева. И тогда она сказала что-то о принцах, о том, что хочет их найти.
Паскаль смотрел на Баша, желая, чтобы тот объяснил, но тот был так же сбит с толку. Он понятия не имел, о чем говорил мальчик. Но он был уверен, что это не плод воображения. История была слишком детализированной, слишком специфической, и Паскаль ничего не знал о сводных братьях Баша, они держали его от них подальше, пока он восстанавливался, не желая травмировать новыми знакомствами.
Это настораживало. Принцы в опасности? Убийца каким-то образом пробралась во дворец? Почему она бродила по туннелям, скрывая лицо? Каков ее план?
– Я не знаю, о чем ты говоришь, – сказал Баш, качая головой. – Она назвала себя? Сказала еще что-нибудь?
