Комментарий Игоря ее сначала позабавил, а потом глубоко заинтриговал. Игорь, сбиваясь и волнуясь, принялся рассказывать о новом поветрии – сообществах, которые образовались для подготовки к концу света. Эти сообщества активно обменивались опытом в Интернете. Одна группа на Украине, к примеру, выкапывала бункер, другая, с Урала, – напротив, закапывала продукты. Бывшие студенты Тамары тоже решили не отставать, но пока, судя по всему, не располагали зрелой концепцией встречи конца времен. Предчувствуя развлечение, Тамара вальяжно устроилась в кресле. К этому моменту практически все сотрудники, находившиеся в кабинете, побросали работу и вывернули уши в ее сторону. Мобильник Тамары жил своей жизнью и часто помимо ее воли работал, как громкоговоритель.
– Хорошо, – остановила Тамара Игоря. – А что делает ваша группа?
– Мы сейчас список составляем, что купить к концу света. Хотели посоветоваться.
Тамара сдержала приступ смеха. Смеяться было нельзя.
– Читайте.
– Первое. Антибиотики, – серьезно начал Игорь.
– Стоп. Люди бункер роют, продукты прячут, а вы с лекарств начинаете. Болеете, что ли, часто?
– Нет, мы просто рассудили, что бункер может засыпать, продукты пропадут. В конце концов, если будет очень голодно, всегда можно съесть соседа… Какие проблемы? А лекарства просто так из соседа не добудешь, – деловито сообщил Игорь. Сразу видно – они продумали все детали.
Коллега Тамары за соседним столом повалился в конвульсиях беззвучного хохота.
– Игорь, с таким подходом вам надо уже сейчас подбирать кандидатов. Возможно, кого-то начинать откармливать…
Игорь, наконец, понял, что над ним издеваются.
– Ну, Тамара… – обиженно протянул он. – Мы же серьезно. Мы сейчас серьезные проблемы решаем. Жениться – не жениться, рожать – не рожать. Вот квартиру покупать надо… А вдруг конец света?
– Ипотеку пусть берут! И-по-те-ку! – не выдержал кто-то, давясь от смеха.
Тамара погрозила кулаком в сторону юмориста.
– Конечно, рожать! – драма ситуации дошла до нее. – Конец света – удумали! Вы нам так всю демографию завалите. Идите и немедленно займитесь сексом. О результатах доложите. Понятно?
Игорь был явно сконфужен отпором. Он долго мямлил что-то в свое оправдание, пытался объясниться. Продержавшись минут пять, этот успешный начальник департамента маркетинга сдался.
– Понятно, – вздохнул он. С облегчением? Или так показалось? – Тамара, а что будете делать вы, если конец света все-таки наступит?
Тамара никогда об этом не задумывалась. Она ни капли не боялась прихода конца света. Скорее, это даже развеселило бы ее. Такой щелчок по носу напыщенному, утратившему чувство юмора человечеству! Все равно когда-нибудь все накроется, почему бы не прямо сейчас? В основном, людей пугает не конец мира, а собственная кончина. Мир – кто о нем заплачет? А вот я, пуп Вселенной – совершенно другое дело. У меня прекрасное лицо, длинные ноги и большой мозг. Я не могу умереть, как не может погаснуть солнце. Впрочем, солнце как раз может, а вот я обязан быть вечным светилом… Именно так думает большинство. Тамара относилась к тому меньшинству, которое восприняло бы Апокалипсис как стандартный развлекательный тур на выходные по Золотому кольцу – и помолиться дадут, и в баньке попариться, и медовухой накачают, и на тройке прокатят, а если ударят где головой, душа отлетит, улыбаясь, ни на кого не пеняя.
Значит, их интересует, как она встретит конец света?
– Знаете, я просроченную тушенку и гнилую картошку кушать не собираюсь. Потом – крики, паника. А я люблю тишину. Надеюсь, что меня первой волной сразу накроет – и все, – беспечный тон вернулся к Тамаре.
– Нет! Ой, нет! Мы так не хотим! – искренне забеспокоился Игорь. – Мы вас спасем! Вы с нами будете!
– Э, нет, – весело насторожилась Тамара. – Я знаю, зачем я вам нужна. Меня и откармливать не надо. Вот что поражает, – сказала Тамара, закончив разговор с Игорем. – Они все нормальные ребята, с чувством юмора, в сущности, не звери. Они – последние, кого я могла заподозрить в каннибализме.
Рассказ о выпускниках MBA, готовящихся к концу света, несколько дней курсировал по офису, неизменно вызывая прилив гомерического энтузиазма. Потом тема заглохла.
Игорь перезвонил через пару недель, чтобы извиниться за малодушие и детские фантазии.
В тот день Тамара отправилась в ресторан на юбилей подруги. Той стукнуло сорок пять – не самая приятная дата для женщины. Впрочем, подруга не выглядела грустной. Это трезвое существо работало в банке, недавно выбило из начальства льготный кредит на квартиру и в преддверии новых перспектив даже не пыталась унывать. Рядом с подругой за столом восседал высокий, нормальной конституции господин лет пятидесяти. Его череп украшали интеллектуальные залысины, помятое временем лицо освещал отблеск тайны. Он был сдержан в напитках и явно думал о чем-то постороннем.
– Кто это? – не выдержала Тамара, когда раскрасневшаяся подруга вернулась с очередного тура ламбады.
– Это? Мой начальник. – Подруга недобро хохотнула. – Он у нас с ума сошел. Раньше всю дорогу кровь нам пил, а теперь подобрел, все бросил – он миссию обрел. Круглыми сутками готовится к концу света. Как его на работе терпят? Хочешь, познакомлю?
Тамара не успела отказаться. Подвыпившая подруга коварно махнула рукой загадочному господину и, перекрикивая оркестрик латиносов, подозрительно похожих на выходцев из азиатской части бывшего СССР, громко позвала:
– Виктор Андреевич! Идите сюда! Я вас с подругой познакомлю. Она очень интересуется концом света. Вам понравится.
Виктор Андреевич неохотно расшаркался и пригласил Тамару потанцевать. Танцевать с ним оказалось накладно. Быстро увлекшись ритмом, начальник подруги неожиданно разошелся и принялся излагать Тамаре видение собственной роли в неизбежном конце света. Оказалось, Виктор Андреевич наметил себе непростую, но великую миссию. Он был уверен, что конец света обязательно состоится, выживут в нем почему-то только молодежь и собственно он, зрелый банковский руководитель среднего звена. Главное, в чем молодые люди будут нуждаться, – это знания сокровищницы мировой культуры и истории. Это соображение так потрясло банковского функционера, что он взялся заучивать наизусть соответствующие учебники и наиболее выдающиеся источники. В настоящее время Виктор Андреевич добивал «Илиаду» и «Одиссею», а также трамбовал в памяти основные события Столетней войны. Само занятие вызывало уважение, но мотивация настораживала. Виктор Андреевич рассчитывал стать для постапокалипсического поколения кем-то вроде гуру, передающего выжившим оболтусам духовный свет погибшей цивилизации. «Чтобы не порвалась нить», «чтобы духовно не оскудели и начинали не с нуля», – он так это объяснил. Почему он себя считал более надежным носителем, чем книга или цифровые устройства, которые безапелляционно приговорил к пожару, Тамара так и не поняла. Виктор Андреевич как раз фантазировал, как на развалинах мира, сидя у костра, он в ночи будет читать суровым юношам и девам нового мира «Евгения Онегина» или «Песнь о нибелунгах», а они внимать да нахваливать. Тамара хотела пошутить, что уже сейчас, заранее готова познакомить Виктора Андреевича с группой таких юношей и дев, чтобы они присмотрелись друг к другу, но передумала. Незнакомое беспокойство вдруг охватило ее, словно горячие искры того костра долетели до подола брендового платья, грозя прожечь дырку. При первой возможности Тамара сбежала к другому концу стола, где веселился сотоварищи приятно нетрезвый супруг юбилярши. Виктор Андреевич, даже не заметив потери публики, еще долго бормотал себе что-то под нос и грозил висевшей на стене лампе в виде тыквы-головы с праздника кануна Дня всех святых.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
