– Где оружие? – Джим пнул лезвие в его сторону, и мужчина наклонился, чтобы поднять его. – В полицию звонили?
Все посмотрели на женщину, и когда она покачала головой, Вин понял, что не может отвести от нее глаз. Через весь клуб она заставила его сердце биться сильнее; в непосредственной близости гребаный орган внезапно замер: ее глаза были настолько голубыми, что напоминали ему о летнем небе.
– Думаю, с этих парней хватит, – сказал Трэз с одобрением. – Отличная работа.
– Куда их вынести?
– Давай через заднюю дверь.
Посмотри на меня, мысленно приказывал Вин женщине. Посмотри на меня опять. Пожалуйста.
– Заметано, – заключил Джим и потащил свой груз в сторону выхода.
Мгновенье спустя Вин последовал примеру, потащив своего оппонента за ними. Когда они добрались до двери, Трэз открыл ее как истинный джентльмен и отошел в сторону.
– Куда вам понравится, – сказал владелец клуба.
Джиму «понравилась» кирпичная стена слева, в то время как Вин предпочел противоположную сторону… и, швырнув парня на задницу, он застыл на месте.
Охранное освещение вокруг двери падало на головы парней, большим пятном света озаряя их до самых пят. И значит, теням место на асфальте. Их там не было. На кирпиче над головами обоих парней еле заметно покачивался черные ореолы, словно идентичные дымчато-серые короны.
– О… боги, – прошептал Вин.
Парень, с которым он дрался, взглянул на него глазами, которые были скорее усталыми, чем злыми.
– Почему ты на нас так смотришь?
Потому что вы умрете этой ночью, подумал он.
Голос Джима донесся издалека:
– Вин? В чем дело?
Он встряхнулся, молясь, чтобы проклятые тени исчезли. Не судьба. Он попытался протереть глаза, надеясь избавиться от теней… и обнаружил, что лицо было слишком повреждено для подобных манипуляций.
А тени одержали победу.
Трэз кивком через плечо указал на клуб.
– Если вы закончили, я бы хотел потолковать с парой этих бестолочей. Просто убедиться, что они осознают, в каком положении оказались.
– Ага. Без проблем. – Вин заставил себя сдвинуться с места, но подойдя к двери, он взглянул на парней. – Будьте осторожны… следите за собой.
– Иди к черту, – донеслось в ответ. Значит, они восприняли его слова не как совет, а как угрозу.
– Нет, я имею в виду…
– Пошли уже, – позвал Джим, запихивая его назад в здание. – Пошли.
Боже, может он ошибся. Может, ему просто нужно проверить глаза. Наверное, минут через двадцать к нему нагрянет мигрень. Но каким бы ни было объяснение, он не мог вернуться назад ко всему этому дерьму. Он не вынесет этого.
Очутившись в коридоре, Джим схватил его за руку.
– Тебя сильно ударили по голове?
– Нет. – Хотя, учитывая, как жжет его лицо, это была полуправда. – Я в норме.
– Проехали. Подождем пару минут, пока не вернется владелец клуба, и я отведу тебя в грузовик.
– Я не уйду, пока не увижу эту… – Женщину. Она стояла у двери в раздевалку.
Вин направился к ней, выключая в голове эти параноидально-радикальные мысли, и концентрируясь на ней.
– Ты в порядке?
Она накинула флисовую кофту на свою откровенную одежду, и шерсть укрыла ее до бедер, превращая в женщину, которую хотелось держать в руках и не выпускать всю ночь.
– Ты в порядке? – повторил он вопрос, когда она не ответила.
Ее глаза, эти изумительные голубые глаза, наконец-то поднялись к его лицу… и он снова почувствовал притяжение, высоковольтный заряд прошелся по его телу, придавая силы.
Она слегка улыбнулась.
– Скорее, вопрос в том… в порядке ли ты. – Когда Вин нахмурился, она показала жестом на его лицо. – У тебя идет кровь.
– Ничего не болит.
– Думаю, рана…
Две женщины выпорхнули из раздевалки как две собачонки, они что-то энергично тараторили, размахивая руками, словно хвостиками, золотые цепи вокруг их талий покачивались и звенели как ярлыки на ошейниках. К счастью, они сосредоточились на Джиме, но с другой стороны, они могли задрать юбки, выставляя напоказ голые задницы, и Вин вряд ли бы это заметил.
– Извини за тех парней, – сказал он темноволосой женщине.
– Все нормально.
Господи, у нее восхитительный голос.
– Как тебя зовут?
Задняя дверь в клуб открылась, и в нее вошел Трэз.
– Еще раз спасибо за то, что обо всем позаботились.
Завязался разговор, но Вина не интересовал никто, кроме женщины перед ним. Он ждал, пока она ответит ему. Надеялся, что ответит.
– Пожалуйста, – мягко попросил он. – Скажи мне свое имя.
Мгновенье спустя, женщина обернулась к своему шефу.
– Не против, если я умою его в раздевалке?
– Вперед.
Вин оглянулся на своего товарища по несчастью.
– Задержимся здесь подольше, Джим?
Парень кивнул.
– Особенно, если это будет значит, что ты не зальешь кровью мой грузовик.
– Мы не займем много времени, – сказала женщина.
Без проблем, подумал Вин. Что до него, так она могла занять его хоть на вечность… он остановил себя. Девина умчалась в бешенстве, но в эту минуту она ждала в его доме, в его кровати. Он задолжал ей больше, чем то, что он испытывал к этой женщине.
По крайней мере, ты думаешь, что знаешь, где сейчас Девина, прошептал внутренний голос.
– Давай, – позвала женщина, открывая дверь в раздевалку.
Непонятно почему Вин снова посмотрел на Джима… на чьем лице застыло выражение «следи за собой, приятель».
Вин открыл рот, приготовившись Трэзво взглянуть на вещи и взять себя в руки.
– Джим, я скоро вернусь, – все, что вылетело из его рта.
***
Потаскуха. Шлюха. Проститутка.
Он не мог в это поверить. Она трахалась за деньги. Она продавала свое тело мужчинам, которые использовали ее для секса. Реальность казалось непостижима.
Поначалу он не мог осознать происходящее. Плохо, если она работала барменшей, официанткой или, не дай боже, танцовщицей в клетке в подобном клубе… но потом он увидел, как она прохаживается с грудью напоказ и ягодицами, обнаженными для мужских взглядов.
И она получила по заслугам: эти два паренька преследовали ее как добычу, обращались с ней так, как полагается обращаться с подобной женщиной.
Когда двое парней последовали за ней в коридор, он двинулся за ними, и стал свидетелем разразившейся драки. Он не мог сдвинуться с места, так велико было его потрясение. Среди всех занятий, которыми, как он предполагал, она занималась, среди всех предположений о ее жизни в Колдвелле, такого он вообразить не мог.
Этого не может происходить.
