— Есть какие-нибудь признаки диверсии? — спросил Рами.
— Никаких тревожных сигналов, но я попросил службу безопасности тщательно проанализировать ситуацию и выявить любые подозрительные моменты.
— А что подсказывает твой внутренний голос? — генерал полностью доверял интуиции Маккензи.
Джо помедлил с ответом.
— Катастрофическая ситуация возникла совершенно неожиданно. Мы пока еще не знаем точно, в чем дело: только в наводке или что-то с самолетом в целом. Но ясно одно — это или базовый сбой всей системы, или результат чьего-то намеренного вмешательства. Шансы примерно пятьдесят на пятьдесят, поэтому, конечно, я не могу игнорировать возможность диверсии. Я буду знать больше, когда получу компьютерные данные.
— Немедленно сообщите мне, как только узнаете что-нибудь.
— Да, сэр, безусловно.
Джо откинулся на спинку кресла и глубоко задумался… Диверсия… Никто никогда не хотел даже думать об этом, но он руководитель испытаний, не может сбрасывать со счетов и эту возможность. Служба безопасности делает все, чтобы сохранить проект в глубокой секретности, именно поэтому все входы в здание, и двери, и окна, снабжены датчиками, которые подключены к центральной системе сигнализации. Ангары охранялись день и ночь, никто не мог приблизиться к самолетам без тщательного выяснения личности. Но если это действительно диверсия, то тот, кто ее организовал, несомненно, имеет доступ ко всем объектам.
В лучшем случае лазерная команда найдет причину и это будет что-нибудь техническое, что-нибудь устранимое… Ну а если нет, пусть служба безопасности перероет и перетряхнет все и всех.
Проклятые! Если это не выяснится немедленно, он и сегодня вечером не увидит Кэролайн. Черт, еще одна ночь без нее — невыносимая пытка. Он слишком быстро привязался к ней, как силен теперь голод… голод по ее восхитительному телу.
Ни одну женщину он никогда не хотел так, как Кэролайн. Это был какой-то непрерывный пожар, который он не в силах был усмирить. Ни одна женщина не дарила ему такого наслаждения — безграничного и беспредельного. Кэролайн была наэлектризована страстью, она предавалась любви с той же искренностью и исступлением, которыми отличались все его мысли и поступки…
Сколько они не возились, им так и не удалось выяснить, как мог лазер активизироваться без вмешательства пилота.
Специальностью Кэролайн были лазерные установки, а не механизм наводки на цель, что как раз относилось к компетенции Эдриена. Если выяснится, что инцидент произошел по его вине, ему грозило немедленное отстранение от работы или даже увольнение. Естественно, что он тут же попытался сорвать свое раздражение на Кэролайн.
— Это ты принесла несчастье, — хмуро бормотал он, в панике перепроверяя каждую деталь наводки. — Все было отлично до твоего появления в группе, ну, может быть, пара мелких неполадок… Как только ты появилась — все пошло кувырком!
— Но я не работала над этой системой, — сухо заметила Кэролайн.
Она не хотела затевать склоку, поэтому не сказала ничего больше, но Эдриен тем не менее принял ее замечание как указание на то, что во всем виноват он один.
— Прекратите препираться! — прикрикнул на них Йетс. — Кэл, ну что показывают датчики?
Кэл выглядел совершенно измученным, глаза его покраснели от беспрерывного многочасового сидения перед экраном.
Он покачал головой:
— То же самое, что на бумаге.
Они стояли возле лазерной пушки под брюхом самолета Уэйда. Кэролайн сосредоточенно обдумывала только что пришедшую ей на ум мысль. Проверка не показала ровным счетом ничего, лазер работал отлично, то же самое можно было сказать и о спусковом механизме. Однако все они знали, что сегодня произошло: каким-то совершенно невероятным образом оружие нацелилось на самолет Дила и выстрелило. Но что привело смертоносный механизм в действие? Показания приборов совершенно однозначно указывали на то, что Уэйд не прикасался к гашетке, следовательно, прицел и запуск включились автоматически… чего просто не могло быть. Лазер не мог активизироваться сам по себе.
Итак, что мы имеем? Трагическая цепь состояла из трех последовательных этапов: активизация лазера, его автоматическое нацеливание на самолет Дила и последующий выстрел. Теоретически ни один из элементов этой цепи не должен был произойти, но то, что случилось все сразу и одновременно, было совершенно невероятно. Этого не могло быть, потому, что этого не могло быть никогда.
Кэролайн чувствовала, что здесь может быть только одно, единственное объяснение — и это объяснение было весьма неприятным. Раз катастрофа не могла произойти случайно, значит, она была кем-то спланирована.
Активизировать лазер можно было, послав несколько строго определенных команд при помощи компьютера. Если не считать службу безопасности, такая возможность была только у членов лазерной группы… Значит, все это было делом рук одного из них.
Кэролайн не верила во внезапные озарения. Не всегда отличала взвешенная точность и аккуратность выводов. Прежде чем поверить в то, что сегодняшняя катастрофа была делом рук одного из ее коллег, она должна на сто процентов исключить все остальные варианты.
В век вычислительной техники существуют специальные системы защиты программ и прочие меры предосторожности. Да, есть вещи очень сложные, практически невозможные, но нет ничего невозможного абсолютно. Поэтому кто-то посторонний мог найти доступ к программам, войти в них и использовать в своих целях. А после этого остаются сущие пустяки — просто добавить дополнительные команды в программу и с их помощью, минуя пилота, привести вооружение в полную боеготовность, когда другой самолет окажется на нужном расстоянии.
Кэролайн не замечала, что Корлески вот уже несколько минут внимательно смотрит на нее. Не двигаясь, она отсутствующе смотрела на лазерную пушку, полностью погрузившись в свои размышления. Йетс уже получил результаты, значительно сузившие возможности обнаружения причины инцидента.
— Ну что? — наконец не выдержал он. — Сколько можно томиться в неизвестности? Есть идеи?
Рассеянно поморгав, Кэролайн повернулась к Йетсу.
— Мне кажется, нужно проверить программу, — предложила она. — Если дело не в электронике значит — в программе.
Кэл выглядел совершенно изможденным:
— Да ты знаешь, сколько времени потребуется на полную проверку?! — выдохнул он. — Это просто немыслимо! Да ведь это вообще самая сложная программа, с которой я когда-нибудь работал!
— А что если попробовать? — пробормотала Кэролайн.
— Затребовать главный компьютер, — переспросил Корлески, мысленно представив все связанные с этим сложности. — Чертовски дорого!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
