этом счастливой, как весенний цветок.
Пока я снимал грязную обувь, Джина улетела в кухню отдать еще пару распоряжений, а дворецкий приглушенно сообщил, что юный господи — мой сын — уже извёлся весь в ожидании моего приезда.
Что?? Сын? Родерик здесь???
Когда мне указали на дверь моего кабинета, я ворвался в него безумным вихрем. Естественно, не постучав.
Однако увиденное мною там тут же охладило мой пыл. На софе сидели двое юношей и… страстно целовались.
Я побледнел, потом покраснел, потом затрясся и только через несколько мгновений очнулся как раз для того, чтобы закрыть дверь перед любопытным дворецким и лишить его возможности наблюдать эту шокирующую сцену.
Мой Родерик? Неужели… неужели он и в этой жизни предпочитает мужчин??? О нет! Это же просто катастрофа!!!
Прокашлялся, чтобы привлечь к себе внимание и этим заставил парочку замереть, а потом и расцепить объятья.
Худощавый черноволосый подросток с забранными в хвост волосами увидел меня первым. Он соскочил с другого парня и рванул ко мне с радостным криком:
— Отец!!!
Обнял меня. Прижался к моей груди и… вызвал невыразимо щемящее чувство тоски и любви.
Значит, это и есть Родерик?
В голове начали всплывать обрывочные воспоминания больших зелёных глаз на женственном юном лице, а еще… еще какая-то удивительная тайна, связанная с этими глазами…
Родерик оторвался от моей груди и поднял на меня эти самые зеленые омуты глаз. Они поблескивали от слез.
— Я верила, что ты вернешься отец! — прошептал он, всхлипывая, как девчонка.
Стоп! ВерилА???
Я, наверное, слишком красноречиво изумился, поэтому Родерик немного смутился и отступил назад.
Незнакомый парень, все это время стоявший поодаль, резко сделал несколько шагов вперед и обнял Родерика за плечи.
— Я тоже рад видеть вас, отец! — проговорил он, а я от изумления открыл рот.
Почему он называет меня отцом??? Будь у меня дочь, я бы подумал, что это мой зять!!!
Вдруг Родерик отчего-то схватился за свой живот, и я с окончательным умопомрачительным шоком увидел, что он каких-то странных размеров — округлый, как у беременной женщины.
От сумасшествия меня спасла Джина, ворвавшаяся в кабинет словно ураган.
— Лавиан! — выкрикнула она и потащила меня на софу, усаживая, как больного.
— Селена! Он еще ничего не вспомнил, ты забыла??? — отчитала она Родерика, и я совершенно впал в ступор.
Посмотрел на «сына» и с болью шепнул:
— Ничего не понимаю! Где Родерик???
Девица присела рядом и схватила горячими руками мои пальцы, заглянула проникновенно в глаза и прошептала:
— Я — Родерик Шими — переродился женщиной, отец! Это ты нашел меня в Элевейзе и помог мне выжить. Ты просто забыл обо всем, но… ты вспомнишь, я верю, и всё будет хорошо! А это, — она указала на своего блондинистого друга, — мой муж Джонас. И у тебя скоро будет внук… — она указала на свой округлый животик.
У меня закружилась голова от обилия невероятной информации, и я закрыл глаза. Размеренно дышал до тех пор, пока не почувствовал чужие холодные руки на своих висках.
— Я владею целительской эльфийской магией, — послышался юношеский глубокий голос. — Я помогу вам…
И в моем разуме начался какой-то шторм. Воспоминания прорвало, и они понеслись лавиной, грозя меня потопить, но чужая магия укутала меня в защитный кокон, позволяя разуму остаться в трезвости.
Вот так я вспомнил всё: и мою поездку в Луарию, и встречу с Селеной — перерождением моего сына, и борьбу со своим противником у озера Семи Смертей, откуда мои воспоминания обрывались.
Открыв глаза, я посмотрел на окружающих с таким чувством, будто только сейчас по-настоящему возвратился домой.
— Спасибо… — шепнул я, заглядывая в дорогие лица. — Спасибо вам за всё…
* * *
Первый день зимы в королевстве вампиров стал настоящим праздником.
Народ веселился, получая бесплатные обеды и подарки в честь коронации нового монарха — короля Лавиана Шими и его избранной богами супруги Джины Шими, в девичестве Фанс. Ведунья прилюдно подтвердила божественное благословение над ними, и народ поверил в хорошее будущее под их правлением.
Министры успокоились не сразу, но Лавиан смог расположить их к себе, отменив несколько законов, препятствующих более свободной торговле с соседними государствами.
Джина и Альба неожиданно сдружились, и первая впервые нашла себе подругу, с которой ей было исключительно весело. Лавиан начал намекать на то, что хочет детей, и Джина, которая, еще будучи богиней, не очень-то ратовала за материнство, считая его обременительным и необязательным, на сей раз покорно и радостно согласилась.
Она слишком долго оплакивала своего возлюбленного, чтобы что-либо и дальше терять. Да, у них должны быть дети, и не один и не два! У них должна быть полноценная счастливая семья и много-много лет, проведенных вместе.
Через несколько месяцев Селена родила мальчика — светловолосого и голубоглазого, как и его отец. Его назвали Родериком — в честь прошлого воплощения матери, но уже через несколько недель у малыша слегка заострились ушки, выдавая в нем эльфа.
Вот и получилась гремучая смесь — внук вампирского герцога по имени Родерик, но при этом синеглазый блондин с острыми ушами!
Доучиться в Академии Светоча Селене и Джонасу все-таки удалось. Они отправились в Элевейз всего на пару недель, где сдали все экзамены, пройдя таким образом ускоренный курс занятий.
Получив магическое удостоверение об окончании Академии, они вернулись в Луарию и начали строить свою новую жизнь дальше, радуясь спокойному семейному счастью.
Лавиан быстро вжился в роль правителя вампиров, словно был создан для этого. Будучи абсолютно лишен амбиций, он старался принести максимальную пользу королевству, и даже министры в конце концов согласились, что он был лучшим королем за последние шестьсот лет.
Однажды Лавиану приснился сон, в котором его звали Люций, а его любимую жену — Эйрена, и они были самыми настоящими богами. Рассказав этот сон Джине, он решил, что супруга просто посмеется над ним, но она странно улыбнулась, нежно поцеловала его и шепнула на ухо:
— Я расскажу тебе одну яркую, но немного печальную историю любви двух божеств. Ты уже слышал о ней, это точно, но забыл. Возможно, ты сможешь вспомнить о ней, когда я начну…
— Хорошо, — кивнул Лавиан, завороженный таинственностью, сквозившей в голосе Джины. — Я весь во внимании!
Она улыбнулась и начала:
— Жила-была одна богиня мира, и звали ее Эйрена. Она была одиночкой по жизни и не любила шумных компаний. Но однажды на приеме у бога войны Рикшана она встретила прекрасного юношу — полубога по имени Люций. Они полюбили друг друга с первого взгляда, и…
— Прямо, как мы… — прервал
