четвёртого отдела.
— Второй всадник тьмы, — он столь же вежливо кивнул в ответ, — сегодня лично? Вроде, даже профиль не твой.
— Иногда хочется тряхнуть стариной. И почему же не мой? Я обожаю воинствующих лжеправедников.
— Тогда, позаботься, пожалуйста, о моей клиентке. Жнец смерти вверяет эту душу в юрисдикцию Пекла.
— Всадник тьмы принимает эту душу в юрисдикцию Пекла и обязуется доставить её в место пребывания между жизнями.
Ритуальный обмен словами — печатями, который обозначает, что его работа сделана, а обо всём, что будет дальше, позаботятся другие.
— Это как это — Пекла?! — не своим голосом взревела душа. — Да я всю жизнь богу молилась, поклоны земные отбивала, по святым местам ездила!
— Пфф, — всадник смахнул с рукава несуществующую пылинку. — Небеса и Пекло существуют гораздо дольше, чем любая из философий. И нам, в общем-то, наплевать, насколько скрупулёзно вы, смертные, исполняете положенные ими ритуалы. Чтобы попасть на Небеса всего-то нужно ценить жизнь и не быть скотиной. С сотворения мира одно и то же, но никогда не надоедает.
— Да я!... Да я!..
— Вы, дамочка, — начал безжалостно перечислять всадник, — не принесли в этот мир ничего, кроме ненависти. Испортили жизнь своей дочери, ограничивали себя и её во всём, брызжа слюной, когда кто-то позволял себе радоваться без повода. Ни люди, ни звери не дождались от вас ни одного доброго слова, из вас лезла только брань и осуждение. На Небесах такие злюки не нужны. Так что постарайтесь хоть после смерти разок порадоваться, пока мы с ветерком катимся в ад под хорошую музыку.
Он щелкнул пальцами, и душа оказалась на переднем сиденье кабриолета. Но даже там она принялась яростно выдирать намертво застрявший ремень безопасности.
— Бывай, жнец.
Всадник сел за руль, завёл мотор, из мощных динамиков вырвались громовые басы «Дороги в ад», под которую кабриолет улетел за горизонт.
Не первая и не последняя такая клиентка, но эта мысль после отъезда всадника посетила жнеца впервые: весь аппарат, занятый поддержкой круговорота душ, в идеале стремится научить людей радоваться жизни. Но сотрудникам ничего такого никогда не говорят. Вообще ничего не говорят по этому поводу. Что если и нет никакой разницы?
Вместе с этой мыслью захотелось переместиться не в офис за новым именем, а в городской парк — туда, где работает телефон. Где люди гуляют, смеются, пьют кофе на лавочках, грея руки об стаканы...
Что может быть проще: разблокировать трубку и написать?
Хочешь сходить куда-нибудь вечером?
Короткое по времени, но чертовски длинное ожидание. Прочитала? Или ещё не увидела? И наконец:
Конечно, хочу.
Глава 14. ⟰ Колесо судьбы
Вернувшись в контору, жнец застал тот редкий момент, когда там не было никого — все на вызовах. Он не спеша налил себе кофе: раз он сегодня твёрдо решил дать поработать другим, то торопиться совершенно некуда.
Рядом с кофеваркой его и застала секретарь — примерно на половине чашки.
— Ой, шеф, как хорошо, что вы здесь! Срочный вызов возьмёте? Только что отдельно прислали. Я уж не знала, что и делать: то ли самой идти, а вы знаете, у меня опыта полевой работы мало, то ли объяснительную за задержку писать. Косяк отдела планирования, естественно, но всё равно бумаги...
— Конечно, — он с некоторым сожалением отставил чашку и призвал серп. — Где подписать?
Место, куда указывала разнарядка, оказалось светлой переговорной с панорамными окнами. И голос, который кроме него никто не слышал, уверенно рассуждал о сверхвысоких прибылях.
— И таким образом, мы сможем оптимизировать наши временные затраты и закончить проект раньше расчётного срока. Сергей, вы со мной согласны? Сергей?
Душа деловой леди наконец стала понимать, что что-то не так.
— А вы кто такой? Как вас только охрана пропустила?
— Боюсь, в данном случае охрана не смогла бы предотвратить моё появление.
— В данном? Что вы име...
Жнец молча указал ей на бездыханное тело, вокруг которого суетились коллеги. Кто-то звонил медикам, кто-то пытался оказать запоздалую первую помощь.
После короткой шоковой паузы, душа уселась на край стола, как, видимо, любила делать при жизни, и обхватила голову руками.
— Нет... этого не могло случиться... этого не должно было случиться... Мы только что выиграли тендер... Слушайте! — внезапно её осенила идея. — Вы можете дать мне немного времени? Что вы хотите, деньги? Нет... может быть, мою душу?
— Вы путаете меня с кем-то из сотрудников Пекла.
— Но должно же быть что-то... я потратила месяцы на этот проект, почему он должен завершиться без меня? Неужели в вас нет ни капли сочувствия?
— Я сочувствую каждому, кто вынужден уйти, чего-то не успев. В остальном корпоративная этика предписывает быть беспристрастным.
Она нервно рассмеялась.
— Странно слышать от смерти про корпоративную этику.
Ещё раз взглянув на своё тело, душа печально проронила:
— Так вот что значит сгореть на работе. Когда ты на связи круглые сутки, без выходных, без праздников, ночью дописываешь документы, а в краткие часы отдыха позволяешь себе разве что посмотреть сериал. Вы, наверное, даже не знаете, что это такое...
— Сталкивался в своей практике некоторое количество раз, — уклончиво ответил жнец.
— Ясно. Как будто я ожидала другого ответа. Значит... нет ни единой возможности с вами договориться?
— Я бы мог пойти вам навстречу, если бы ваше тело находилось в работоспособном состоянии. Но на данный момент оно не подлежит восстановлению с помощью доступных человечеству методов. Поэтому нет.
Она медленно закинула ногу на ногу, кончиками пальцев натянула светящуюся нить, что связывала душу с телом.
— А знаете, это так странно, что вы не пытаетесь увести меня силой. Обычно, когда думают о смерти, представляют себе это именно так.
— Ни вам, ни мне совершенно некуда спешить. И нам обоим будет комфортнее, если вы пойдёте со мной
