потому из припасов только необходимое.
— На север? — понимающе кивнул он. И, не дожидаясь ответа, с улыбкой добавил. — Зная вас, ожидал приказа в любую минуту. При необходимости выступим завтра с утра.
— Увы, не получится, впрочем, послезавтра тоже. Есть у меня два неотложных дела, они потребуют именно это время, и его придется наверстать в пути.
— Есть! Разрешите исполнять?
— Погодите. Еще раз все перепроверьте, составьте список того, что необходимо заменить, докупить и так далее. Вечером он должен лежать у меня на столе вместе со сметой. И не вздумайте экономить! Бюджет Клаундстона выдержит, а нам действительно придется поторопиться. Курт! — окликнул я Стаккера уже в дверях. — Заберите моего Рассвета, и дайте ему нагрузок. Только не переусердствуйте.
Рассвет — конь на редкость выносливый, но в последнее время он застоялся. Темп передвижения задавать буду лично, и не хотелось оказаться слабым звеном.
— Мы постараемся, сарр Клименсе!
Голос у него был веселым. Казалось бы, чего ему радоваться? Дорога пролегает по опасным местам и будет трудной: жара, пыль, днями в седле, несколько коротких часов отдыха там, где застанет ночь, а в конце пути с легкостью могут убить. Ко всему опоздай мы, и наши потуги станут смешны.
Предстояло еще встретиться с Тоннингером. Чтобы успеть к моему отъезду, ему придется изрядно пошевелиться, следовательно, найти его предстояло как можно скорей. Потому, недолго думая, я отправился на ипподром. Разговор со Стаккером о Рассвете напомнил, что страстью Тоннингера являются лошадиные бега, а в прочитанной мною газете, рядом со статьей о незавидном положении Ландаргии в текущей войне, расположились котировки на сегодняшние скачки.
Тоннингер, несмотря на свое серьезное увлечение, в ставках был крайне осторожен.
— Да и не в них дело, — однажды поделился он. — Наблюдать за бегом лошадей, вот что доставляет мне великое удовольствие. Существуют различные мнения, но на мой скромный взгляд, именно они — самые красивые животные из всех, созданных Пятиликим. В них Создатель объединил все — грациозность кошек, горделивость лебедей и мускулистость атлетов. А взгляд, вы только посмотрите на их взгляд! Недаром же у некоторых народов они считаются священными животными'. Причем ездить верхом Тоннингер не жаловал, взгромождаясь в седло лишь в случае острой необходимости.
На ипподроме мы и встретились.
— Что-то серьезное? — завидев меня, потерял свой блаженный вид он.
— С какой стороны взглянуть. Как ваши успехи сегодня?
Аастарх моментально оживился.
— Представляете, сарр Клименсе, я три раза подряд ставил на Базилика, плюнул на него, а сегодня он пришел первым! — лицо у него выглядело по-детски обиженным.
— Садитесь ко мне в пролетку, пусть ваша едет следом. Я отвезу вас домой, по дороге и поговорим.
— Умеете вы заинтриговать! — сказал Тоннингер, едва оказался в ней. — Слушаю вас внимательно.
— Можете передать им, что я согласен, но при одном условии.
— И какое же оно? — Аастарх сразу понял, что речь идет о вызове в ночь праздника Вседозволения.
— Чем бы встреча не закончилась, они обязаны ответить на ряд вопросов. Обязаны. То есть, на любой из них должен быть получен ответ.
— Что совсем не означает — они будут честными.
— Согласен. Но вся прелесть ситуации заключается в том, что задавать их будете вы.
— Я? — не сказать, чтобы Тоннингер опешил от неожиданности.
— Хотя бы по той причине, что к тому меня времени в Клаундстоне уже не будет. В одном случае я личном передам Пятиликому вашу благодарность за созданных им лошадей…
— А в другом? Так, позвольте догадаться. Вы рассчитываете успеть к началу?
Всегда было приятно осознавать, что окружен неглупыми людьми. Особенное удовольствие приносило то, что в их число входит и моя жена.
— Ну а что мне еще остается? Никогда себе не прощу, если не попытаюсь. Жаль только, что мысль не пришла раньше.
— Она и не могла прийти, поскольку была надежда, что дело до этого не дойдет.
— Но дошло. Вся надежда на то, что мы сражение выиграем. Иначе крах. Ладно, теперь о текущем. Если они согласятся, вы должны подготовить вопросы так, чтобы получить всю интересующую нас информацию, даже если, отвечая, вам каждый раз будут лгать.Ладно, не всю, но достаточную для того, чтобы сделать нужные выводы. Мне это не по силам, и вся надежда на вас. Особенно учитывая, что у вас единственный день. И выйти на них, и договориться, и подготовить вопросы. Что мы теряем? Ровным счетом ничего. При удачном исходе мы основательно поможем местной контрразведке избавиться от шпионской сети. А не получится, утешим себя тем, что попытка не пытка. Возьметесь?
— Было бы любопытно попробовать, — задумчиво протянул Тоннингер. — Интересно узнать ваши мотивы, сарр Клименсе. Все-таки риск смертельный: искусство владения ганкасами оттачивалось здесь веками.
— Не хочу, чтобы надо мной висел неоплаченный долг: мне сделали вызов, и я на него не ответил. Пусть он и не такой большой, как прибыть на север вовремя. А заодно, глядишь, в Клаундстоне не взлетит на воздух второй по счету пороховой склад. Или не сгорит очередной склад с провиантом для гарнизона.
Следующий день пролетел стремительно, как может только ночь: коснулся человек головой подушки, закрыл глаза и все, пора вставать. Исчезнув из дома едва взошло солнце, мы с Аннетой успели за него так много, что я не мог понять: как нам все удалось? Что только мы не успели сделать, и где только не побывать. Совершить долгую прогулку по городу, по пути заглядывая во все места, которые хотя бы немного показались нам привлекательными. Покормить голубей на главной городской площади и чаек на набережной. Посетить ярмарку сладостей. Обменяться подарками в лавке, торгующей безделушками. Послушать проповедь в Доме Истины. Отлично пообедать в портовой таверне, славящейся экзотическими блюдами. Поаплодировать бесстрашным канатоходцам, прибывшим в Клаундстон вместе с гастролирующим в нем цирком-шапито. Навестить танцевальный дом, где у меня не получилось отсидеться среди зрителей. И даже поглазеть на кулачные бои. Недолго, потому что зрелище Аннете не понравилось. Затем нас ждал театр, и мы едва успели заглянуть домой, чтобы переодеться. В довершении ко всему пришлось согласиться на приглашение в дом сар Энеже — бывшего наместника Клаундстона. Вернулись мы далеко за полночь, чтобы обнаружить в гостиной Аастарха и Александра, которые терпеливо нас дожидались. По лицу Тоннингера никогда ни о чем не догадаешься, другое дело сар Штроукк.
— Вероятно, вы желаете отправиться
