назад не помышлял о женитьбе. Но раз выпал такой жребий - я с честью пронесу его по жизни. И никогда не оскорблю вас изменами или какими-то упреками. В моей семье это не принято. Понятно, что пока и речи нет о каких-либо чувствах между нами, и поэтому не буду настаивать на выполнении супружеского долга…
Тут он побагровел, а я, по правилам всяческого этикета, как трепетная и невинная дева, чисто херувим, должна уже давно валяться на полу в курином обмороке. Но, как и любой уважающий себя кактус, я только растопырила колючки и внимательно выслушивала речугу, уговаривая себя не заснуть. Основные тезисы я усвоила, против ничего не имела, возразить по существу мне было нечего. Ладно, что там дальше в программе?
- Но, со временем, я надеюсь, мы узнаем лучше друг друга и у нас появится шанс на счастливую семейную жизнь. И вы не беспокойтесь, о вашем младшем брате я буду заботиться так же, как о своем собственном брате. Вот, собственно, и все, что я хотел вам сказать. Нам сейчас надо хорошо отдохнуть, а завтра мы начнём уже новую жизнь и будем строить ее по своим желаниям и потребностям, не подстраиваясь ни под чье мнение. Спокойной ночи, Дженни! Спокойной ночи, леди Йохана!
Он вышел, осталась в гостиной я да свекровь Катерины. Неожиданно она открыла глаза и тихо сказала:
- Вам повезло, Дженни, выпал шанс прожить жизнь с хорошим парнем. Из него можно вырастить такого мужа, который вам нужен. Только не перегните палку и никогда, даже в минуту крайней обиды, не унижайте достоинство мужчины, не оскорбите его подозрением. Катерине удалось создать такую семью с моим сыном, и я рада за них. Вы с ней чем-то похожи, поэтому, думаю, и у вас все получится. А сейчас и правда поздно, так пора отдыхать.
Неважно, девятнадцать тебе или пятьдесят, в этом мире или каком другом - предсвадебный мандраж все равно гарантирован. Кусок в горло поутру не лез. Предвидя это, Катерина прислала горничную с завтраком. Но я смогла лишь выпить половину чашки чая. При одном взгляде на тарелку с кашей у меня начиналась нервическая тошнота. Я уж и уговаривала себя и посмеивалась над собой: "Женя, ну что ты как гимназистка, которая первый раз целуется с кадетом!". Ничего не помогало. Хотя с другой стороны это Евгения Ивановна знает толк в хорошем сексе, а Дженни в свои девятнадцать, да в условиях пуританского воспитания, наверняка и девственница, и не целовалась ни разу ни с кем. Вот и мандражирует теперь Дженни. Хотя и Евгения Ивановна тоже немного - ведь замуж и она выходит первый раз! Пришла Агата, принесла обещанное белье. Трикотажа нет пока что здесь, конечно, но весьма неплохой шелк и кружево имелись. Село отлично. Теперь платье и прическа.
Ее мне соорудила все та же Агата из сложно переплетённых кос, перевитых нитями жемчуга и сложенных короной на голове. Нда… вечером без помощи я эту вавилонскую башню не разберу, в лучшем случае - переведу ее в пизанскую башню. Слава Богу, здесь не надевали фату, ее вполне успешно заменял кусок голубого тюля, приколотого к моей причёске при помощи высокого гребня с камушками. И вряд ли это кристаллы Сваровски. Только успела Агата расправить сзади эту тюльку, как в комнату, коротко постучавшись, вошла леди Йохана. В руках она держала приличных размеров коробку. Поставила ее на туалетный столик и принялась примерять на меня драгоценности. В результате остановились на длинных, каскадом из белых и голубых камней, серьгах, колье с такими же голубыми ограненными камнями на цепочках, прикрепляющиеся к основному ободу и паре колец. Браслеты и диадему я решительно отвергла, сказав, что блеском драгоценностей тогда смогу затмить самую себя. Все, теперь верхнюю одежду, обувь и я уже двигаюсь на выход.
Глава 18
Ехали двумя каретами, в одной мы, все дамы, в другой - дети, их гувернантка и служанка Катерины, на случай того, что надо будет что-нибудь поправить в туалетах дам. Мужчины ехали верхом, держась рядом с каретами. Да и Агнарр назначил охрану. До него тоже донесли сведения о нашей славной "битве" с разбойниками. Вот он и насторожился. В карете, чтобы отвлечь нервничающую меня, баба Филя миролюбиво спросила:
- Какой красивый у тебя платок! Дорогой, поди?
Я нервно хихикнула:
- Да, их у нас называют "московские платки". Вещь дорогая, повезло, что он был со мной в пансионе, поэтому и не был продан и пропит отцом. Хотя неизвестно почему их называют "московскими", Чарльз рассказал, что его невестка Айлин держит пуховых коз, их вычесывают и вяжут такие платки у нее в мастерской. А дед Маркас удачно ими приторговывает в столице. Не сам, разумеется, председателю Палаты лордов такое не к лицу, через посредника, но руководит всем сбытом именно он. Чарли говорил, что все время дед недоволен, что мало, не хватает даже на удовлетворение предварительного заказа. И вообще, лорд Маркас своего нигде не упустит. Он в доле в ковровой мастерской кузины Айлин, Полины Гленарван, и участвует в лесопилке самой Айлин, которую та начала с помощью своей родни, лордов Гор. В общем, очень шустрый дед.
Бабка недовольно поджала губы и что-то пробормотала. Мне показалось, что она бурчит нечто вроде: "Мы ещё посмотрим, кто там самый шустрый! А уж нашу девочку вовсе не дам облапошить!".
Катерина задумчиво протянула:
- Ну да, ангорские козы… у меня есть таких с десяток и козел у них свой. Бабулин Козел все пытается попасть к ним в загон, но не удается пока, по счастью. Да, для таких платков нужна очень тонкая и ровная нить, у нас не умеют.
-Ой, я тут могу помочь, в нашей провинции такую делают!
И, наклонившись как бы невзначай к Катерине, тихо прошептала:
- У моей бабы Липы была такая самопряха, которая и даёт ровную нить. Я знаю устройство, нарисую и расскажу.
А для всех громко сказала:
- Вот скоро надо вычёсывать коз, напрядете такой нити и пусть твои мастерицы вяжут, покажешь только. А сбывать можно через того же деда, все равно они везут через ваши постоялые дворы, и поместье рядом. Или, если хочешь, можно и в столице Аурелии, но это уже надо искать выходы на влиятельных лиц. И того, кто будет заниматься рекламой, сбором заказов и выдачей их.
Вот за такой болтовней мы и провели незаметно время в дороге до Бортмунда. Я даже перестала нервничать.
