Всеволода.
«А вдруг он не хотел на самом деле открытия синдрома беспокойных ног… Через меня он нашел формулы и теперь спрячет их еще дальше, чем в сундук на острове. Он старался не для пациентов с сбн. Ведь почему-то остальные тоже не хотят этого открытия…».
Сенья даже не могла произнести его имя в своих мыслях.
Несколько серферов рядом громко засмеялись. Как бы она уже хотела вот так вот веселиться. Сенья сегодня заснула только в 10 утра. Проспала она несколько часов, ведь сбн возвращался снова и снова.
«Он с Игорем был изначально в сговоре. В чем суть их плана? Эх, им очень сильно помог Т.К.».
Сенья оглянулась назад. Там, где-то среди пальм, спрятана таинственная лаборатория Т.К. Сенья решила вернуться в библиотеку. Она кое-как спустилась и оказалась в подземной лаборатории. Сенья захотела полностью погрузиться в атмосферу жизни Т.К. Здесь она и нашла свое умиротворение. Практически каждый день до возвращения в Петербург она посещала библиотеку. Так, в полной тишине, она и восстановила свое душевное состояние.
22
Конец августа. В пригороде Петербурга лил бесконечный дождь. Скоро наступит время длинных шарфов. Этот август даже для Петербурга был слишком уж дождливым. Но вот Сенья была искренне рада дождю. Она сидела на кровати, укутавшись в плед. Сенья поддерживала общение с Сашей. Но не с Марго. У них явно были разные интересы. Сенья, как обычно листала нейроновости. И тут ее внимание привлекло знакомое лицо, которое смотрело на нее с фотографии.
«Ученый Игорь Алексеев, который несколько лет назад перестал заниматься наукой, восполнил пробел открытием новой формулы улучшения кровообращения головного мозга. Его открытие поможет при разных заболеваниях».
– Я так и думала! Ни слова про синдром беспокойных ног. Значит, в тех бумагах не было ничего полезного.
Сенья отложила телефон. Она хотела насладиться шумом дождя. Капли били по окну с невероятной скоростью. Но сердце Сеньи билось сильнее. Не от того, что Игорь присвоил себе формулу Т.К. Он случайно сделал другое открытие. Сердце билось от того, что на тумбочке у ее кровати лежала страница под номером 122.
«Добрый день. Сразу перейду к делу. Я несколько лет изучал пациентов с синдромом беспокойных ног. Так я решил называть состояние невозможности спать. Снотворное никак не меняет ситуацию. И неважно, когда его принимать. Днем или ночью. Даже заснув со снотворным, человек чувствует сбн. Головной мозг сопротивляется препарату. А вот сил встать с кровати нет. В этом и ловушка любого снотворного для пациента с сбн. Да, я искал формулу сбн, а нашел много чего другого. Например, формулу изменения циркадности. Для сбн оказалось мало слюны ящерицы и снотворного листа Равновесия. Пациенты поменяли циркадность, да. Они не чувствовали желания спать ночью. Но они хотели спать днем, а сбн все равно никуда не уходил. Новая циркадность позволит решить вопрос смены часовых поясов и в вопросах работы с ночным графиком. Ведь последствий после дневного сна теперь не будет. Но мое лекарство быстро потеряло свои свойства. И я не знаю, почему… Я несколько лет проработал над этой формулой и в итоге зашел в тупик в вопросе синдрома беспокойных ног».
Сенья смотрела в окно на капли дождя. То, что Т.К. зашел в тупик, Сенья знала еще у последней бухты. На карте не было больших полушарий, а значит Т.К. не смог сделать открытие синдрома беспокойных ног. Сенья в тот день приключений не переживала, что Игорь и Всеволод забрали какие-то формулы, ведь она знала, что никакой формулы от сбн нет.
Сенья тяжело вздохнула. Она снова и снова перечитывала письмо от ученого Т.К. Он писал на русском языке.
«Для того, чтобы освобождать свой мозг от мыслей, я углублялся в творчество. Я рисовал. Постоянно рисовал. Даже устроился на дополнительную работу рядом с библиотекой. На побережье я начал расписывать самые разные доски для серфинга. В психиатрической больнице со временем меня самого стали считать безумным. И я понял, что не зря оставлял знаки. Ведь, откуда мне знать, что со мной будет дальше? А уж тем более с моими пациентами. Я не знал, где спрятать карту острова с подсказками. В итоге оставил ее за досками на складе. Ведь мне нужно было срочно уезжать. Я надеялся на судьбу… Если Вы читаете это письмо, то значит, Вы нашли и карту. Я хотел сделать открытие сбн, а сделал открытие новой циркадности. Это я тоже показал в рисунке на доске. (И другие мои идеи тоже имеют смысл). Ящерица близка к змеям, а значит, несет в себе символ медицины. Хоть это и не цифра с книги биографий… Я просто использовал символы Ленорман. Ее история жизни меня тоже беспокоит… Потом с картины ящерица исчезает. И появляется на мосту…
Я уже находился в России. Устроился снова работать в библиотеку теперь уже Петербурга. Все, что было невозможно объяснить, относили в те времена к мистике. Но ее все равно избегали. Сбн точно не был мистикой. Я и привез с собой книгу биографий. Год издания книги сразу подсказал мне суть загадки. Ленорман. Тем более один из моих знакомых работал в типографии. Так на Мадейре я и создал загадку в книге. Но не успел спрятать карту… Меня уже преследовали люди из психиатрической больницы. Поэтому я и не рассказал никому о своих открытиях. Мне бы никто не поверил, и никому не было до этого дела. На все нужны деньги. Тем более формулы еще нужно дорабатывать, чтобы они действительно работали. Мои другие идеи имели эффект, но с побочными. И опять таки состояние быстро становилось прежним. Я проверял многое на себе…».
Наши ученые совершили ошибки. Но они изначально были правы в том, что все дело было в типографии…
«Я не знаю, в какое время Вы читаете это письмо. Но точно знаю другое. Что, соединив две огромные силы природы, как мужской и женский интеллект, можно сделать открытие синдрома беспокойных ног. Я один не справился. Иногда мне вообще кажется, что сбн это не болезнь…».
Остров Мадейра. Те самые дни на побережье серферов после нахождения сундука.
Сенья сидела на песке и смотрела на океан. Тут она оглянулась назад. Там где-то среди пальм спрятана таинственная лаборатория Т.К. Сенья решила вернуться в библиотеку. Она кое-как спустилась и оказалась в лаборатории. Сенья захотела полностью погрузиться в атмосферу жизни Т.К. Здесь она и нашла свое умиротворение.
Сенья сидела на каком-то старом стуле за столом среди ящериц. Она
