Охотник рванулся вперед. Забросив винтовку на спину, он стремглав бежал к добыче. На ходу вынул нож, уже представляя себе, как будет разделывать дичь, чтобы принести в Лагерь забрызганный желтой кровью трофей. Четвертый за эту вылазку.
Справа вдруг послышался шорох. Астарот резко остановился и развернулся всем телом. Гигантскими скачками к нему неслась пустынная муренга, черные лапы разбрасывали песок, из пасти торчали желтые клыки.
— Дьявол! – выругался Астарот, отшвырнул нож и перехватил винтовку. И вспомнил, что оружие не заряжено. Он так спешил поскорее изрезать подстреленную им мерзкую тварь на куски, что просто не посчитал нужным перезарядить винтовку.
Наверное, именно так и погибало большинство охотников, которых он находил в пустыне. Их выслеживали муренги, дожидались, когда они выстрелят в падальщика или какую-нибудь другую тварь, разрядят грозное, плюющее свинцом оружие и только потом нападали на них. Выбрать лучший момент просто невозможно! Сообразительные, гады!
Все это пронеслось в голове Астарота в считанные доли секунды.
Тварь взвилась в воздух, выставив вперед когтистые лапы. Собиралась подмять его под себя и разорвать горло. Охотник подставил под удар винтовку. Муренга врезалась в человека. Челюсти клацнули возле самого лица, обдав охотника брызгами зловонной слюны. Он не удержался на ногах и отлетел назад, почувствовал, что локти утонули в песке, и тут же откатился в сторону. Зверь приземлился на все четыре лапы, туда, где он только что лежал, и рванулся за ним.
Астарот выхватил нож, вскочил на ноги и оказался лицом к лицу с разъяренным хищником. Они прыгнули друг на друга одновременно. Муренга никак не ожидала от человека такой смелости, но тот, кто прошел подготовку в Лагере охотников мог посоперничать в быстроте реакции не только с муренгой, но даже со взрослым варкалапом. Острые когти полоснули Астарота по груди, разрывая куртку и рубашку, лезвие ножа вошло в левый глаз муренги. Охотник почувствовал, как она рванулась назад, извиваясь крепким, щетинистым телом. Потом хищник закружился на месте и рухнул на бок, конвульсивно содрогаясь. Астарот собирался добить тварь, но в голове у него внезапно помутилось. Он перевел взгляд вниз. Рубашка пропиталась кровью до самого ремня. Охотник присел на землю, зажимая рану. Сквозь пальцы текла кровь. Его охватила сильная слабость. Он почувствовал, что даже сидеть не может. И прилег на серый песок, глядя в облачное небо. Головокружение все усиливалось. Казалось, выжженный взрывом и яростным солнцем мир вращается вокруг него.
«Если так выглядит смерть, – подумал Астарот, – то это не так страшно, как о ней рассказывают… Интересно, кто найдет меня первым. Только бы не Тони с его проклятым злорадством».
Охотник представил, как парень с массивным подбородком склоняется над ним, губы его трогает усмешка и он поворачивается к своим подпевалам:
— А я говорил ему, нечего шляться по пустыне в одиночку… Придурок. Гы.
Астароту показалось, что он видит над собой расплывающееся лицо, только сейчас оно почему-то было черным. Потом Тони подхватил его подмышки и потащил куда-то…
— Тони, – охотник-одиночка приоткрыл пересохшие губы, силясь выдавить еще хотя бы слово, – оставь меня, ублюдок чертов!..
Но Тони упрямо тащил его через пустыню, передвигаясь на четырех странных, суставчатых конечностях, у него были желтые глаза и редкие белые зубы, длинный пупырчатый язык от натуги свисал до самого подбородка…
Астарот почувствовал, что в горло ему льется прохладная влага. Стал жадно глотать воду, закашлялся, жидкость потекла по подбородку, намочила воротник.
Охотник приоткрыл глаза и увидел над собой отвратительную сморщенную морду, плотные складки кожи висели по правую и левую сторону от носа. Глаза у странного существа были желтыми, как у седого грифа.
Увидев, что Астарот смотрит на него, зверь вскрикнул и отбежал подальше. Передвигалась эта тварь на четырех лапах. С трудом приподняв голову, охотник увидел, что мутант отвернулся, прикрыв глаза ладонью. Торчащий маленькими бугорками на тощей спине позвоночник заканчивался маленьким, крысиным хвостиком, болтающимся между черных ягодиц. Отвратительное создание, которое он в другой ситуации пристрелил бы не задумываясь, повернулось и принялось настороженно его разглядывать.
Астарот пошарил кругом, в надежде обнаружить винтовку, но ее нигде не было. Все его вещи пропали. К тому же, усилие, которое он затратил на то, чтобы пошевелить рукой, доставило ему ужасную боль…
Он лежал и думал о том, как глупо выглядит его смерть, и какой пустой была его жизнь. Почему-то ему показалось это очень смешным. И Астарот улыбнулся. За долгие годы лицо его отвыкло от улыбки, и теперь он чувствовал себя так, будто старается растянуть лицевые мышцы в совершенно неестественную гримасу. Тони и его друзья вряд ли поняли бы, над чем он смеется.
Сильный ветер швырял ему в лицо черный песок, а он даже не мог стряхнуть его, ощущая, как песчинки забиваются в нос и рот. Глаза отчаянно слезились, дышать было тяжело. А Астарот все улыбался.
Мутант сидел где-то неподалеку, сквозь свист все усиливающегося ветра до охотника доносилось его шумное дыхание.
«Наверное, он тоже падальщик, – подумал Астарот, – дождется, пока я умру и слегка испорчусь, как он любит, а потом приступит к трапезе… Впрочем, вряд ли ему что-нибудь светит. Судя по тому, как дует ветер, будет песчаная буря, а это значит, что скоро здесь будут кружиться темные вихри, и тело мое засыплет».
Охотник улыбнулся еще шире, из горла его вырвался смешок.
«Сиди, сиди, – думал Астарот, – может тогда нас занесет песком вместе, и ты уже никого не сможешь сожрать, мерзкая гадина».
Мутант словно уловил его мысли, он подполз ближе, и улыбка сползла с лица охотника.
«Неужели не будет ждать?».
Астарот уже намеревался собрать все силы, какие у него были, и вступить с врагом в последний краткий бой, когда мутант неожиданно вцепился ему в предплечье. Задохнувшись от омерзения и ярости, охотник приподнял голову и понял, что мутант делает ему какие-то знаки. В конце концов, Астарот понял. Мутант предлагал ему забраться к нему на плечи. Смерч, между тем, все приближался. Ветер становился невыносимым, он рвал волосы, швырял в лицо горсти песка, скрадывал дыхание. Астарот попытался приподняться. В затылок будто свинца налили. Ощутив, как отозвалась болью разорванная грудь, он сжал зубы, но не издал ни звука — ему не хотелось, чтобы тварь услышала его стон. Астарот позволил схватить себя за руки и взвалить на плечи. Какая разница — умирать здесь и сейчас или в его вонючей норе. Так он, по крайней мере, проживет несколько лишних минут. Мутант потащил охотника, двигаясь резкими скачками. Охотник не мог больше сдерживаться и закричал от боли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
