Унковский улыбнулся:
— Вы, Дмитрий Александрович, не агитируйте меня за паровой флот. Меня, честно говоря, очень беспокоит техническое состояние машины.
— Не волнуйтесь, Иван Семенович, — успокоил его старший механик. — Когда придем в Портсмут, вызовем представителей машиностроительного завода, изготавливавшего эту машину, и основательно подлечим ее по моим замечаниям. Я их тщательно фиксирую.
— Дай-то бог! Вся надежда только на вас, Дмитрий Александрович.
— Все будет в порядке, Иван Семенович. Ваш «дед» свое дело знает! — ободряюще улыбнулся тот. — А теперь разрешите убыть в «преисподнюю» к своим «духам».
— Ни пуха ни пера! — суеверно напутствовал его командир.
— К черту! — ответствовал ему не менее суеверный старший механик.
* * *
Смолкли трели боцманских дудок, затих дробный перестук башмаков подвахтенной смены. Мичман Чуркин принял очередную вахту у мичмана Долгорукова.
— Ну что, Петр Михайлович? Желаю вам успешной вахты без каких-либо происшествий. А я, пожалуй, пойду сосну после «собаки»[54].
— Святое дело, Илья Николаевич! «Собака» — она и в Африке «собака». Приятного сна, дружище!
Находясь на капитанском мостике, друзья обращались друг к другу сугубо официально, допуская лишь некоторые вольности, свойственные юности. Ведь они были здесь не одни. У штурвала застыл рулевой и, посматривая на картушку компáса, изредка поворачивал его из стороны в сторону, удерживая фрегат на заданном курсе. Сигнальщик непрерывно осматривал пространство вокруг судна, чтобы вовремя предупредить вахтенного офицера об опасности… Только вахтенный вестовой скучал в одиночестве, готовый, однако, немедленно выполнить любой приказ вахтенного начальника.
Здесь, в тропиках, дул ровный пассат[55], и фрегат, чуть накренясь на правый борт, шел под парусами, экономя драгоценный уголь. Ведь следующую бункеровку можно будет провести только в Капштадте, на самой южной оконечности Африки.
Петруша еще раз по-хозяйски глянул на белеющие в полумраке паруса, упруго наполненные ветром. Теперь только он отвечал за безопасное плавание фрегата.
— Сигнальщик, не прозевай приближение шквала!
— Есть не прозевать приближения шквала, ваше благородие! — бодро ответил тот.
Ох, уж эти шквалы… У горизонта неожиданно появляется черная вытянутая туча, которая стремительно приближается к судну. Затем следует резкий порыв ветра ураганной силы с изменением направления. И если, не дай бог, прозевать его приближение, то прощайте, изорванные в клочья паруса, а то и сами мачты.
Петруша нервно передернул плечами. Как ни странно, появлением шквалов изобилуют как раз эти благословенные тропические области. Потому-то он и решил лишний раз взбодрить сигнальщика. Так, на всякий случай…
* * *
Бескрайний океан подернут предрассветной дымкой. Здесь, в тропиках, в отличие от средних широт рассвет наступает как-то сразу, так же, как, впрочем, и ночная темнота — без привычных сумерек. Вот из океана показался светящийся край солнца. Он стал быстро расти, превращаясь в большой, но неяркий пока еще диск, на который можно смотреть, не боясь быть ослепленным. Великолепное зрелище рождения нового дня…
На мостик против обыкновения быстро поднимался командир в сопровождении старшего офицера. Было видно, что он чем-то обеспокоен.
— Господин капитан 1-го ранга… — начал, сделав шаг навстречу командиру, докладывать Петруша, приложив правую руку к головному убору.
Тот только махнул рукой:
— Извините, Петр Михайлович, не до этого, — и он повернулся к старшему офицеру. — Когда была обнаружена течь в ахтерпике[56], Григорий Данилович?
— С час тому назад, Иван Семенович.
— Причина?
— Мы с боцманом установили, что забортная вода поступает из-за обшивки в районе шахты для гребного винта. Причина же течи нами не установлена.
— Предложения есть?
— Нужен осмотр подводной части кормы. Сейчас мы находимся примерно между Канарскими островами и островами Зеленого Мыса. Учитывая, что течь пока незначительная, предлагаю сделать осмотр именно на островах Зеленого Мыса. А пока посменно откачивать поступающую воду ручной помпой.
Командир задумался.
— Не уверен, что на островах нам смогут чем-либо помочь. Ведь дока там нет, это точно. Но другого решения этой проблемы я тоже не вижу. А посему остановимся на вашем предложении. Распорядитесь, Григорий Данилович, насчет откачки забортной воды.
— Будет исполнено, Иван Семенович!
* * *
Как и предполагал Унковский, на островах Зеленого Мыса не нашлось никаких средств для устранения течи, так что по мере продвижения на юг она все усиливалась, принимая угрожающие размеры. Установка второй ручной помпы не решала проблемы, а до Капштадта, где находился сухой док, было еще ох как далеко. Поэтому командир фрегата, выслушав мнения старшего офицера и старшего механика, принял решение произвести ремонт подводной части кормы своими силами в открытом океане.
— Займемся ремонтными работами сразу же после встречи Нового года и праздника Нептуна по случаю пересечения экватора. Негоже омрачать эти праздничные для команды дни, — пояснил он. — Их у матросов не так уж много вдали от Родины. Да, признаться, и у господ офицеров тоже.
Для встречи нового, 1858 года, в кают-компании и в кубрике нарядили елки. Их заранее приобрели еще в Англии, где в течение длительного времени, по выражению старшего механика, «доводили до ума» паровую машину. Елки установили в трюме, где было прохладнее, в кадки с песком, который регулярно поливали…
В кают-компании ровно в полночь по хронометру, за которым бдительно следил штурман, осушили бокалы с шампанским, в то время как нижним чинам выдали по стакану грога и кружке пива.
Петруша, чокнувшись бокалами с Илюшей, сидевшим рядом с ним, пригубил шампанского и улыбнулся, вспомнив об уроке, который преподнес ему дед по поводу употребления спиртных напитков еще во время его обучения в Морском корпусе.
* * *
После возвращения из плавания по Финскому заливу на учебном судне гардемарины выпускного класса получили увольнительные записки на воскресный день. Перед тем как идти по домам, бравые «морские волки», прошедшие первое морское крещение, решили отметить это столь важное в их жизни событие.
Купив вина и кое-какую закуску, они небольшой компанией собрались в доме у одного из них, родители которого в то время отдыхали за границей. Посыпались здравицы в честь русского флота и его основателя Петра Великого. Однако молодые люди, еще не привыкшие к употреблению горячительных напитков, явно не рассчитали своих возможностей…
