после чего до моих ушей донёсся грохот тяжёлых шагов. Множества шагов.
Я швырнул «взрыв энергии» в сторону дверного проёма и в зелёном свете магии увидел тварей в доспехах. Они по одному быстро заходили в церковь и становились подле стен, окружая меня. Такие твари по имперскому справочнику монстров, наверное, имели бы уровень пятый или шестой.
Так, со всеми противниками мне точно не справиться. Пора переходить к плану «Б», пока жрица готовила «арену» для своей триумфальной победы.
Я принялся мысленно звать Апофиса, справедливо полагая, что тот должен услышать меня. Ведь вокруг кромешная тьма, Пустошь, Хаос — всё это должно усилить зов.
И дракончик явился.
— Ш-ш-ш, — раздалось рядом с ухом знакомое шипение.
— Привет, — торопливо прошептал я. — Твоя матушка знает, что ты перенёсся сюда?
Апофис показал мне мыслеобраз пещеры, где драконица что-то злобно рявкнула, проводив яростным взором исчезнувшего сынка.
— Отлично, — облегчённо выдал я и следом добавил, поудобнее взяв саблю: — Попробуй поджечь тут всё, что можно. Нас ждёт славная битва.
Апофис принялся летать по церкви, плюясь молниями направо и налево. Кое-что занялось пламенем: валяющиеся на полу книги, деревянные остатки скамеек и прочий горючий мусор.
— Ха-ха-ха, тебе это не поможет, глупец! — насмешливо проговорила жрица, глядя на десяток небольших языков пламени, заставивших тьму испуганно отшатнуться. — И кто это пришёл к тебе на помощь? Юный детёныш дракона? Неужели ты хочешь с его помощью одолеть меня? Клянусь Маммоной, ты самый тупой мой противник! Даже жаль, что я потратила на тебя своё время!
— О-о-о, ты недооцениваешь моего союзника. Он ещё выпьет твою душу! — подмигнул я жрице, мельком оглядев зал.
Создания жрицы уже застыли молчаливыми статуями возле всех четырёх стен. Всё было готово для триумфа жрицы! Если бы она могла, то запустила бы онлайн-трансляцию для всех жителей Пустоши. Однако ей пришлось просто ринуться на меня, держа секиру одной рукой. Другой рукой она швырнула в Апофиса «каплю мрака». Тот уклонился от неё, сердито зашипев.
И в этот миг произошло то, что я и предвосхищал, задействуя в своей битве Апофиса. В церкви появилась его крылатая зубастая матушка, чей инстинкт приказывал ей везде и всюду сопровождать сына, дабы с ним ничего не случилось.
— Ох-х! — изумлённо выдохнула жрица, резко остановившись.
— Сдохни, сука! — завопил я и задействовал «телекинез» максимального седьмого уровня.
Конечно, в жрицу хрен попадёшь с её-то скоростью и ловкостью. А вот закидать её валяющимися на полу блоками и даже тварями в доспехах вполне можно попробовать. Пущенные мной облака «телекинеза» подхватывали их и швыряли в жрицу. А та помчалась прочь, отбиваясь от них секирой.
Апофис плюнул в высшую «старением», доставшимся ему от пожирания души потомка Аида, и азартно полетел за жрицей. А его мать была атакована созданиями жрицы. Последняя явно подумала, что драконица на моей стороне.
Крылатая туша взревела и выпустила гигантскую ветвистую молнию, прокатившуюся по полу. Она буквально поджарила сразу десятка два тварей. Они запеклись прямо в доспехах, наполнив удушливой вонью зал.
— Жги их всех! — азартно заорал я на хаоситском языке, чтобы улепётывающая жрица точно поняла смысл моих слов.
Она обожгла меня яростным взором, попутно отбивая всё, что летело в неё моими стараниями.
Я хоть и скрипел зубами от боли, раздирающей солнечное сплетение, однако не переставал использовать «телекинез». Мои атаки не позволяли ей швыряться атрибутами. Она сосредоточилась лишь на защите.
Да ещё и Апофис исправно её атаковал, молнии которого частенько попадали в её «кокон мрака». Правда, тот даже не думал светлеть после попаданий дракончика. Здесь требовалась тяжёлая артиллерия. И её нужно применить как можно быстрее, пока жрица не сбежала. Она оказалась классической сукой, готовой биться, только если сила была на её стороне.
Всего пяток секунд назад она хвастливо говорила, как расправится со мной, а теперь трусливо удирает, поджав хвост.
— Апофис, берегись! — заорал я и телепортировался в сторону жрицы.
Дракончик вильнул в сторону, хотя ему ничего не угрожало. Я просто провоцировал его мать, убившую второй молнией ещё пару десятков тварей в доспехах. А вот теперь драконица переключила своё внимание на жрицу. Поднатужилась и выпустила настоящую реку из молний, стремясь защитить сына, бесстрашно лезущего на рожон.
Ослепительный свет от молний залил церковь. Аж глазам больно стало. Казалось, можно рассмотреть все трещинки в куполе, бледных многоножек и лужи запёкшейся от жара чёрной крови, вытекшей из трупов созданий жрицы.
Ослепительная трескучая река накрыла жрицу, сорвав с неё «кокон мрака». Она заорала от страшной боли, выронив секиру. От доспехов повалил вонючий дым, а с лица стала сползать кожа, обнажая кости, зубы… Глаза превратились в два побелевших буркала, похожих на варёные белки яиц. Но… она выжила.
Поток молний схлынул, а эта стерва стояла на ногах, хоть и покачивалась, исходя дымом. Её голова стала похожа на обгоревшую головешку, белела лишённая плоти челюсть и полностью отсутствовал нос. Но сила Хаоса не дала ей погибнуть. А может, и какой-то атрибут или артефакт.
Жрица снова ринулась к дверному проёму, издавая странное клокотание. Я метнулся ей наперерез, почувствовав азарт охотника. А она вдруг упала, растянувшись на полу рядом с грудой блоков, похоронивших под собой кадета.
— Мерзкий предатель! — кое-как вытолкнула из горла жрица и с хрустом разжала руку, вцепившуюся ей в лодыжку.
Ого! А Ратников-то выжил! Это он схватил жрицу, по пояс выбравшись из-под завала. Почему он так поступил? Гор его знает. То ли он «прозрел», услышав презрительные слова жрицы, обозвавшей его марионеткой, тленом и пылью. То ли в обрубке его души взыграли иные эмоции. В любом случае он пошёл против жрицы, за что и поплатился.
Она схватила приличных размеров осколок блока и опустила его на покорёженный шлем Ратникова. Тот со скрежетом смялся ещё больше, вторя хрусту черепа. Из прорези для глаз плеснула густая чёрная кровь, а сам бывший кадет уже окончательно затих.
М-да, Среча или, может быть, Несреча наградила его небанальной судьбой. Надо будет рассказать о нём Семарглу. Пока же я воспользовался внезапной помощью Ратникова, телепортировался к встающей с пола жрице и одновременно шарахнул ей в грудь «взрывом энергии», рубанув саблей по обезображенному лицу. Магия практически не нанесла прислужнице Маммоны никакого вреда, а вот сабля разрубила её череп надвое. Верхняя часть упала на пол, обнажив остатки мозгов. А нижняя вместе с телом завалилась на кучу блоков, освещённую многочисленными языками пламени, вспыхнувшими в
