Шведка в аравийском гареме
Завидный жених. — Великое счастье — Обитательницы гарема. — Король занят. — Аравийская свадьба
Я провел несколько недель в Джидде в гостеприимной семье Фриса и за это время услышал немало историй о европейских девушках, которые влюблялись в смуглых черноглазых шейхов Саудовской Аравии, выходили замуж и уезжали с ними на их далекую родину в уверенности, что они для мужей тоже «великое счастье». Им казалось: под синим небом Востока, в тени колышущихся пальм и под журчание фонтанов они до конца жизни будут наслаждаться взаимной любовью и роскошью. Но все это сплошная чепуха и дешевая романтика, которой пичкают легковерных читательниц еженедельные бульварные газеты. Скандинавы, живущие в Джидде, всегда подтвердят вам этот весьма прискорбный факт. До сих пор в одном из многочисленных гаремов Саудовской Аравии живет одна молодая шведка. Ее история трагична, но в ней заключена хотя и горестная, но очень поучительная мораль, и потому ее нельзя не рассказать.
Несколько лет назад она встретила молодого смуглого красавца, который был сыном одного богатого шейха из внутренних областей Саудовской Аравии. Он приехал в Европу для завершения образования и среди прочих стран посетил Швецию. В одном известном ресторане Стокгольма он встретил очаровательную златокудрую девушку. Они немножко танцевали, немножко флиртовали. Она искренне влюбилась в него, и, когда он спросил, согласна ли она стать его женой, девушка решила, что это во всех отношениях завидный жених, и сказала «да».
Все предостережения, которые ей пришлось выслушивать перед свадьбой, отскакивали от нее как от стенки горох, настолько она была опьянена радостью. Впереди ее ожидало великое счастье…
У молодой девушки было немало претендентов на ее руку, и среди них один шведский летчик. Он сам бывал на Ближнем Востоке и теперь пытался удержать ее от неразумного брака.
— Оставь его, — говорил летчик, — или ты всю жизнь будешь в этом раскаиваться. Пройдет немного времени, и он возьмет себе еще нескольких жен, если только у него уже нет одной, а то и двух. И вне зависимости от того, одобряет он ношение чадры или не одобряет, тебе всегда придется закрывать лицо в те редкие дни, когда тебя будут выпускать из гарема. И добро бы ты еще выходила замуж за одного из аравийских коммерсантов, которые живут в городах! Так нет же, тебе понадобился сын шейха, а шейхи живут в пустыне, и тебе придется следовать законам и обычаям пустыни. Ему всегда будет мало одной жены, что же касается той единственной функции, которую призваны выполнять арабские женщины, то в этом отношении ты никогда не сможешь выдержать их конкуренции, хотя бы ты десять лет изучала секс. Пойми, что у них женщину с детства учат, как услаждать мужчину. Больше она ничего не умеет делать, и от нее больше ничего не требуют.
Но все уговоры были напрасны. Ведь это говорил человек, который сам был в нее влюблен, и юная шведка не придавала значения его словам, полагая, что он просто защищает свои собственные интересы.
В 1953 году, когда она вместе с мужем уехала в Саудовскую Аравию, ей было двадцать лет. Сейчас она мать шестилетнего сына и самая несчастная женщина на свете.
Через несколько лет она приехала в Бейрут вместе с мужем и его двумя женами, на которых он за это время женился, и неожиданно встретила в отеле своего бывшего жениха, предостерегавшего ее когда-то от неразумного брака. На ней была чадра, но летчик узнал ее, и бедняжка, рыдая, рассказала ему свою историю. К сожалению, он оказался прав.
— Мне очень плохо, и я просто не знаю, что делать. Со мной обращаются как с животным, а скоро будет еще хуже. Я в последний раз в Бейруте. Мы уезжаем в пустыню, муж сказал, что возьмет себе еще двух жен. Но кроме меня у него уже есть две, значит, ему придется развестись со мной. Коран ведь разрешает мусульманам иметь одновременно не больше четырех жен. И тогда я стану служанкой и рабыней остальных его жен.
— Почему же ты не идешь к шведскому консулу? Ведь он может помочь тебе вернуться в Швецию. И я тоже охотно помогу тебе.
— Я не могу уехать отсюда. Не могу бросить здесь сына.
Эту молодую женщину уже никто не спасет. Единственная ее надежда — сын. То обстоятельство, что у нее есть сын, может несколько облегчить и скрасить ее жизнь. Уже через семь-восемь лет мальчик начнет пользоваться не только влиянием в доме, но и властью. Он старший из сыновей шейха, а первенец в аравийской семье находится на совершенно особом положении. Никто так не любит своих сыновей, как отцы в Саудовской Аравии, и никто так не почитает своих матерей, как дети в Саудовской Аравии. Поэтому можно надеяться, что, когда мальчик вырастет, он сделает существование своей матери более сносным. Она никогда не вырвется на свободу, но сын наверняка принесет ей больше радости, чем муж.
Трагическая судьба этой несчастной женщины не является чем-то из ряда вон выходящим. Однако за последние годы положение замужней женщины в Саудовской Аравии несколько изменилось к лучшему. Образованные мужчины в крупных портовых городах и уж во всяком случае государственные служащие имеют только одну жену.
* * *
Можно смело утверждать, что король Сауд отнюдь не является воплощением всяческих добродетелей и рыцарем без страха и упрека, с которого его высокопоставленным подданным можно было бы брать пример.
Как известно, Коран разрешает правоверному иметь только четырех жен, зато он может завести себе столько любовниц, сколько позволяют его возможности. А возможности у короля Сауда поистине безграничны: говорят, он становится отцом через каждые четырнадцать дней и у него есть два секретаря, которые ведут счет его бракам, разводам и детям.
Развестись здесь пара пустяков. Если мусульманин хочет расстаться со своей женой, он выходит из дому, устремляет взор на небеса и трижды возглашает, что не считает больше себя связанным браком с такой-то женщиной (имярек). После этого он имеет право выгнать свою бывшую жену со двора или оставить ее в качестве служанки или наложницы.
Как утверждают, король Сауд почти ежедневно женится на новой девушке, а на другое утро разводится с нею, чтобы набраться сил к следующей ночи.
Заведена строжайшая бухгалтерия на всех тех женщин, которые удостоились благосклонности короля, и, когда у его бывших жен родятся дети, придворные считают на пальцах, не состояли ли они в родстве с королем Саудом.
Однажды король Сауд изволил посетить Джидду. И хотя он пробыл здесь не больше четырех часов, он женился на шестнадцатилетней девушке, а перед отъездом развелся с нею. С тех пор он несколько раз приезжал в город, и каждый раз он женился на той же самой девушке, а потом разводился с нею. Таким образом, в какой-нибудь злостной неверности его обвинить никак нельзя! А если девушка забеременеет, то, возможно, она удостоится чести переехать в Эр-Рияд, в королевскую резиденцию, и будет жить в одном из домов при королевском гареме.
