Слик. И особо интересны те камни, что идут на сверхсветовые двигатели. Такие, например, перед отправкой хранили в одной цитадели на Тэрнээсе.
Опа. Почему такое ощущение, что меня сейчас сильно ошарашат?
– У нас на корабле есть такой камень в двигателе и потому мы не стыкуемся с межзвёздных лайнером. Размером с орех риго, но он может, после молитвы Ровены, помочь за считанные дни долететь до Дулина. А вот такой, размером с пару моих кулаков, может питать стационарные врата, которые позволяют в мгновение ока перемещаться между дальними звёздами целым караванам кораблей без сверхсветового привода.
Так, сейчас он меня добьет. На экране инфора появилось фото кристалла, который очень был похож на украденный мной. Да нет, это тот самый. Даже я знаю, что такие кристаллы нельзя переплавлять, гранить и дробить. Это нарушает их структуру, превращая в кусок дешового и нечистого хрусталя. Поэтому они такие редкие. Камешек явно тот самый. Вальдо, только молчи.
Но инквизитор мои мысли не услышал:
– Такие есть лишь у эльфов. Нам они их продавили за сотни миллионов золотом. А тут его доставил курьер, а в казне не пусто. Смекаешь?
Молча поворачиваюсь и бьюсь головой о стену. Нет сил держать лицо. Меня так нае... Ведь я достал ещё и россыпь мелких камней. И продал их Атору за серебро. За серебро. Если они были той-же разновидности...
– Нас учили, что в преступной среде, где сложно верить соратникам и окружающим, есть одно понятие, определяющее грань доверия. Оно строится на слове и репутации оппонентов.
– Честь среди воров, – шиплю я змеёй, а потом поворачиваюсь и смотрю Вальдо в глаза. Тот лишь нервно сглотнул. Проняло, гаденыш? То ли ещё будет. – Ты кажется хотел узнать, куда мы летим?
– Исходя из материалов дела, мы думали...
– Чокар! – кричу я. – Проложите курс туда, к Приюту Отщепенцев.
Когти оставляют царапины на пластике стен. Я страшно зол.
– Воровская честь, да! Да я тебя на голову кастрирую, гаденыш гильдийский.
Интерлюдия 2
Это место можно было бы назвать… Да по-всякому его можно было назвать. Но одно было точно ‒ это не пустота. Здесь были тьма и свет, все оттенки серого и буйство ярких красок, застывшие образы и бегущие картинки ‒ всё это мог увидеть случайно оказавшийся здесь человек или другой разумный. Воплощенное безумие в виде самых различных образов.
Только случайно сюда, в великое ничто, живые существа не попадают. Если только они не шаманы и подобные им существа. Только они могли ориентироваться в обители тех, кого называли духами, а некоторые светские ученые людей величали энергоинформационными сущностями. И при этом людские ученые мужи с важным видом говорили о своих гипотезах, как о непреложной истине. Да ещё и высокомерно посмеивались, поглядывая свысока на тех, кого они называли мракобесами, но в отличии от них ведали истину.
Здесь можно было быть кем угодно. Гость принял форму светящейся фигуры в плаще с капюшоном. Его внутреннее зрение видело все вокруг как черное пространство со светящимися контурами эфирных образов. Так он вычленял для себя необходимую суть в окружающем его хаосе. Слишком неопытным был этот странник, когда ступил на путь. Даже здесь мужчина учился.
На скале, будто сотканной из света, сидела фигурка Хозяина этого места. Небольшого роста и носящая такой же плащ с капюшоном, как и Гость. В руках дух держал удочку, с крючком на конце лески, который обладал своей волей и гонялся за проплывающими звездочками.
‒ Зачем ты это сделал, Дрок? ‒ спросил Гость Хозяина этих мест.
‒ Что такое это, мальчик? ‒ ответил встречным вопросом дух, рыбачащий средь звезд. ‒ В любой ситуации старайся выражать мысли конкретно и точно. Намерение четкое ‒ сила непреодолимая. Это место понимает тех, кто точно знает, чего хочет. Ты за эти годы ещё так мало понял.
Гость стушевался. Да, это место ему сложно понять. В прошлой жизни он был целителем, а не одним из числа провидцев. Потому сложно страннику с ним, Миром Духов, общаться. Да и возможно ли это?
‒ Говори четко и ясно с самим собой, мальчик, ‒ вдруг сказал тот, кого звали Дрок. Словно читал мысли Гостя. ‒ Ты часть этого места. Поймешь чего хочешь и скажешь честно самому себе, то тебя пойму не только я. Неужели это так сложно ‒ быть честным?
Гость, будь он из плоти и крови, закашлялся бы по старой привычке. Но тела у него больше нет. Задумавшись над словами рыбачащего духа, незнакомец честно про себя сказал, чего бы ему хотелось. В тот же миг перед его лицом из света появилась керамическая кружка с пенным напитком. Замерев на удивление, а потом рассмеявшись, мужчина схватил её и осушил парой глотков. И даже ощущение тела будто вернулось на мгновение.
‒ Силен, а фигней столько маялся, ‒ усмехнулся Дрок, поворачиваясь к Гостю. ‒ Меня научишь? Серьезно спрашиваю.
‒ Легко ведь. Я сделал то, чему ты меня научил сейчас. Но… Держи.
Перед невысокой фигурой появилась еще одна кружка с элем. Дрок схватил ее и быстро осушил.
‒ Ох, уважил.
