– Но не мог бы ты сначала показать мне тот рисунок нашей новой общей знакомой. Я про тот лист, который ты спрятал в карман.
– Уверен? – спрашиваю я с максимально печальными интонациями в голосе. Рожа у меня при этом не менее грустная. – Ну, раз так просишь, то держи. Только своей подруге не показывай. За убийство элгарской принцессы, а вернее княжны, её клан нас из-под земли достанет.
Сказав это, я протягиваю Вальдо листок из своего кармана. Благо, что эта обдолбанная нарисовала не один рисунок, а лежали они близко. Думаю, прокатит. Если верный листок нащупал.
Вальдо, нахмурившись, берёт рисунок из моих рук, изучает его и меняется в лице. Нервно сглотнув и оглянувшись, парень рвёт бумагу в клочья и кидает в утилизатор.
– У этой ушастой явно есть талант, романтический склад ума и очень извращённые фантазии, – замечаю между делом. – Но написано красиво и эстетично. И понимаю, почему ты решил от этого избавиться. Не бойся, я могила и за мужскую солидарность. Однако с какой страстью ты там своей напарницей овладе...
– Заткнись, – прошипел Вальдо. И чего он такой красный? Будто не грозный следователь Инквизиции в чине дьякона, а школяр, который впервые увидел порнуху. Пусть и со своим участием. – И спасибо.
Где-то похоже что-то очень большое сдохло. Иначе сложно объяснить, почему один из Псов Господних благодарит мерзкого ксеноса и ассасина. Но понятно, что увидь его напарница картинку с жёсткой и очень глубокой доминацией в её сторону, то точно попыталась бы убить нас обоих.
Вальдо вызвал Ровену по кому, а я затолкал второй рисунок поглубже. Очень уж страшно мне было видеть то, что на нём нарисовано.
– Она спит. Мелкий поганец обдолбал её по самые брови. Плюс твои релаксанты, которые были растворены в вине.
Вальдо с намёком покашлял и скосил в мою сторону глаза.
– Ребят, вам не надоело в игры играть? – хмыкаю я, доставая из поясной сумки подаренную мне перчатку со странным кристалом и пузырёк с обсидиановой смолой. – Вы знаете, что я ассасин из Гильдии Ассасинов.
– Внештатный, – добавила девчонка с сарказмом. Вредина значит. Ты будешь моей любимицей? Ведь ты явно не знаешь, что бывает с теми, кого я "люблю".
– А вы действуете без пары-тройки мандатов на расследование от своей организации. На свой страх и риск. Агнесс рассказала, – хмыкаю и одеваю перчатку. Пузырёк со смолой зажат между пальцами. – Так что я вам нужен, а вы вроде бы нужны мне.
– Ради лекарства, конечно? – протянула эта ехидна светловолосая. – Если что, оно надёжно спрятано.
– Я бы разочаровался будь это не так, – честно говорю в ответ. Есть у меня такая черта – уважаю профессионалов. – Но мне вероятнее очень скоро понадобится Вальдо и его дар чтеца. Проклятый талант, позволяющий считывать эмоции разумных, а также видеть и ощущать картины прошлого: страдания, пытки, смерти. Применяя его, ты и сам страдаешь от боли жертв. Но видишь лица их убийц. Это ты меня выследил? Впечатляет. Если поможешь, я даже куплю тебе дури, Грегуар.
– Да, именно так, как я тебе и рассказал. Но удивлён, что ранее не рассказала сестра Агнесс, – утвердительно произнёс парень. И, как мне кажется, онхотел назвать Агнесс не святой сестрой. Так-то следак, как дьякон, явно старше её в иерархии Церкви.
– Без подробностей. И попросила вас не убивать, – киваю в ответ. – Кстати, как я понял, её организация в вашей Церкви не одобряет методы подготовки ваших маньяков-инструкторов. По её мнению, лидеры Инквизиции конченные фанатики.
Так, пузырёк открыт и у меня получилось создать из смолы тонкую нить. Ручки то помнят детские шалости. Первые и единственные мои опыты с кси. Пора немного спустить ребят с небес на землю.
– Инквизиция не тренирует хлюпиков, – шипит рассерженная девчонка, входя в кают-компанию и делая шаг ко мне. В этот момент я и действую.
Чёрная нить со светящимся синим ореолом протянулась из моей руки, обвилась вокруг трубы на стене напротив. Мысленное усилие, волна покалывания в руке, а обсидианоавая смола втягивается с дикой скоростью обратно в пузырёк. При этом делаю прыжок и моя тушка летит меж инквизиторов. Те, естественно, не успевают среагировать. Только повернулись друг к другу.
Цепляюсь за трубу на стене, а черная смола в пузырьке. Оборачиваюсь и делаю взмах рукой с зажатым пузырьком. Это скорее рефлекс, так как обсидиановая жидкость летит повинуясь моей кси, а не силе мышц. Светящаяся нить разделяется на две петли, которые обвивают шеи этой парочки святош. Всё происходит быстро, но они понимают, что не стоит дергаться. Одно движение – головы летят с плеч. Обсидиановая струна может стать очень острой мгновенно.
– Урок на будущее, говнюки. Я не люблю, когда со мной играют и пробуют нагнуть.
– Впервые вижу, что кто-то из них может такое делать. А ты, Ровена? – абсолютно спокойно говорит Вальдо, рассматривая светящуюся нить. Отдаю ему должное – яйца у парня есть.
– Это всё, что тебя беспокоит? – говорит Ровена.
– Да. У нас была с собой одна ампула эликсира. Ты истратила его на гнома. Если Слик нас убьёт, то он не найдёт здесь ничего. Перчатка у него одна, она не вечная, так что ей одной он не удовлетворится. Плюс он верно заметил, что у нас общая цель – элгарские пираты, которые ставят опыты над адептами кси. Слик, она всё понимает. Будь добр, отпусти нас и мы наконец-то поговорим.
Значит на корабле лекарства нет или вы хотите меня ч этом убедить. Предпологал такое. Мысленное усилие, которое снова, спустя столько лет, стало привычным, после волна энергии проходит по руке, светящаяся нить втягивается в пузырёк. У меня точно появилась новая и заранее горячо любимая игрушка. Люблю сносить бошки, но приходится долго возиться с тесаком. А тут... Моя ты резучая прелесть
Ровена, хоть и смерила меня крайне недобрым взглядом, промолчала. Я, без выкрутасов с обсидиановой нитью, просто прыгнул к ним обратно парой прыжков. Вальдо уже сидел за столом.
Парень и начал рассказ:
– Примерно десять лет назад начали пропадать мастера кси среди людей и других рас. Может и больше лет прошло. Это не сразу заметили. Просто пропавшие стали возвращаться. И то, что с ними сделали, заметили все заинтересованные лица.
Много я интересного узнал из этого разговора. Все бедолаги были не только
