сказал я, и тут началась паника.
Непонятно, почему до этих людей дошло только со второго раза. Можно списать на слишком располагающую к себе старушку…
Люди начали один за другим выбегать из дома. Причём некоторые спутали направление и в панике побежали в соседний зал, где выхода не было. Больше им ничего не угрожает, так что показывать верную дорогу я не стал. Сами найдут… рано или поздно.
Одежда на старухе порвалась. Её тело стало несуразным и кривым, точно у изуродованного гоблина. Она сгорбилась, выгнула спину. Руки доросли до пола, и кожа приобрела неестественный бледный оттенок.
— Изыди, — повторил я, и печать открыла портал.
Через секунду демон провалился в неё, и я забрал свою магию из пентаграммы.
— Теперь всё, — улыбнулся я, поворачиваясь к Алисе, которая с восхищением смотрела за происходящим.
— Кто это был? — спросила она, смотря на меня восхищёнными глазами.
— В простонародье его называют оборотень. Может принимать любую форму. Чаще всего его изгоняют в человеческом обличье, но перед тем как исчезнуть, он принимает свой естественный вид. И он всегда разный. Говорят, что он складывается из тел всех, кого оборотень сожрал.
Ещё этот демон отличается своей идеальной маскировкой. Поэтому мы сразу не смогли его узнать. И даже Легион не почуял подвоха… хотя не уверен, что он вообще проверял.
— Поэтому она и была похожа на сгорбленную старуху, — рассмеялась Алиса.
— Отчасти… но было в ней ещё что-то от гоблинов.
— Гоблинов? Ты что, правда, в них веришь? — нахмурилась Алиса.
Хотел бы я ответить Алисе, что лично их видел в демонических мирах в качестве пленников и одержимых, но не стал — иначе бы ко мне возникло огромное количество вопросов. И я выкрутился иначе.
— Раз существуют миры демонов, значит, в противовес им имеется множество миров с разумными существами. Логично предположить, что там и живут какие-нибудь гоблины. Ведь сколько этих миров? Миллионы? Миллиарды? В каком-нибудь мире гоблины уж точно найдутся, — усмехнулся я.
— Ну… с одной стороны, логично. Но с другой стороны, можно предположить таким же образом, что там есть эльфы и феи.
— Не спорю, может, и есть, — пожал я плечами.
Хотя фей я не встречал.
Перед уходом позвонил в местное отделение ордена, сообщил своё имя, ранг и о том, что произошло.
Нас попросили дождаться дежурных, и через одиннадцать минут сюда прибыло два экзорциста. Один из них был в ранге магистра, другой — ученик.
Алиса с энтузиазмом рассказала им о произошедшем, они всё записали, а затем задали мне один-единственный вопрос:
— Но как вы поняли, что это именно экскурсовод? Ведь здесь и раньше бывали экзорцисты, от неё не исходило никакого запаха, никаких признаков.
Говорил тот, кто был в ранге магистра. Уже совсем седой старик.
— Логика. Мы задали несколько наводящих вопросов, о которых вам уже рассказала моя спутница, а затем я решил проверить. Если бы я оказался не прав, печать бы не сработала, — улыбнулся я.
— Похвально, похвально, — кивнул магистр. — А вы же Александр Демьянов?
— Да, — кивнул я.
— Тот самый Александр Демьянов? — раскрыл рот ученик.
До этого момента он вёл себя сдержанно. Демон его вообще не удивил в отличие от человека, который смог от него избавиться.
— Братья, а что вас так удивляет? — поинтересовался я.
— Во всём ордене ходят слухи, что ваш дар уникальный. Если честно, я в это не верил… — начал магистр, но моя спутница нагло его перебила.
— Но теперь у меня сомнений не осталось? — как бы невзначай поинтересовалась Алиса.
— Не осталось, — согласился магистр. — Возможно, что дар сам направляет вас туда, где находятся демоны. Раз вы смогли раскрыть столь сложный случай. Это был четыреста тридцать второй уровень, как-никак.
— И мне хватило сил только на изгнание, — слегка улыбнулся я.
Так намекнул, что и у моих возможностей есть пределы. Хотя таких сильных демонов обычно поручают высшим магам и архонтам.
— Спасибо вам за содействие. Но вы понимаете, что я должен буду отправить отчёт о произошедшем в орден и упомянуть там вас?
— Конечно, — возражений у меня не было, пусть отправляют, и моя репутация в ордене растёт.
Больше нас ни о чём спрашивать не стали, и мы со спокойной душой вышли из дома Брусницыных.
— Как подумаю, что мне также предстоит ходить по домам и опрашивать людей, сразу жутко становится. Брр, — призналась Алиса, пока мы ждали такси.
Был уже вечер, и приложение показывало, что машина будет ехать до нас целых пятнадцать минут. Всё-таки в Питере тоже бывают пробки. Но я ожидал, что ситуация на дорогах будет всё-таки получше, чем в столице.
— Почему? Тебе же нравится всё мистическое, — поддержал я разговор.
— Да, но мне не нравится рутина. Именно поэтому… — Алиса начала и запнулась.
— Именно поэтому твой отец сделал хорошее пожертвование в орден, чтобы освободить тебя от обязательных дежурств. Не говоря уже о службе.
— Да, всё так…
Работа в ордене не была обязательной для экзорцистов. Хотя она и считалась престижной.
Обязательно нужно было там состоять и выходить на дежурство, за которое экзорцисты тоже получали оплату. Но для богатых аристократов эти деньги ничего не значили и никак не мотивировали.
— Я освобождена ещё на три года. Отец сказал, что потом эту проблему будет решать либо мой муж, либо мне всё-таки придётся ходить на дежурство, — печальным тоном поделилась Алиса.
— А почему ты не хочешь? Это всего раз или два в неделю.
— Я походила целых два месяца после окончания университета. Первый месяц было интересно. Потом это всё стало тошно… Низшие демоны. Вопросы про одержимость. Всё одно и то же… Чтобы получить доступ к каким-то интересным заданиям, нужен ранг повыше. Как у тебя.
— Поверь, магистрам и архимагам тоже периодически надоедает их работа.
Об этом я был уверен, поскольку подобную лекцию мне читал Тимур Алексеевич.
— Тогда тем более не хочу туда. Буду заниматься частной практикой.
Иногда аристократы пользовались такими услугами, чтобы напрямую не обращаться в орден. Ведь если сын графа кажется одержимым, не каждому хочется, чтобы об этом узнали в ордене.
Хотя мы и позиционируем свои выезды, как анонимные, братья ордена носят специальную форму.
А за домами богатых аристократов постоянно следят журналисты. И даже
