После этих слов она встала и легкой походкой подошла ко мне. Придирчиво оглядела со всех сторон, поправила какие-то складочки, расправила крылышки и попросила повернуться.
- Хороша? – тут же уточнила у Ягра.
- Великолепна! - растянул губы в улыбке работодатель. – Анна, ты затмишь всех красотой на балу у твоего дяди!
А Изабелла отошла на несколько шагов, давая мне возможность посмотреться наконец в зеркало, уперла руки в бока и неожиданно произнесла удивительную фразу:
- Анечка, если вы когда-нибудь будете сомневаться в любви Антона или кто-то попытается вам это внушить, не верьте! Потратить такую сумму он может лишь на любимую женщину.
А как же поиски истинной пары? Мое сердечко радостно подскочило и забилось быстрее. Истинной пока нет на горизонте. А я здесь. И сейчас он смотрит именно на меня глазами полными страсти и огня.
Глава 24
Глава 24
Сейчас, сидя перед большим зеркалом в своей комнате, я предавалась воспоминаниям. Над моей головой колдовал местный стилист, а мне ничего иного не оставалось. Да и вспомнить было что.
Платье в магазине упаковали в специальный чехол, а затем ловко согнули в несколько раз, что-то прошептали и превратили сверток в кулек, размером с небольшую дамскую сумочку.
- Не сомнется? – испуганно уточнила я у хозяйки салона. Как гладить всю эту красоту я представляла с трудом.
- Что вы, конечно, нет! – рассмеялась Изабелла. – Наша Анна Константиновна, государыня-матушка, приветствует такие изобретения, облегчающие жизнь женщинам, и платит хорошие премиальные их авторам.
Да, нашим бы россиянкам такие сумочки! По балам наши женщины не часто ездят. Но точно бы нашли этому способу достойное применение.
В детстве, когда папа был жив, он часто поговаривал, глядя на яркую соседку в дорогой шубе:
- Во по Римме сразу видно, кто в доме хозяин. Машины нет, но шуба есть!
Тогда я не понимала смысл этих слов. А сейчас с большим опозданием дошло. Хозяйкой этой России была женщина. А также здесь была магия. И для женщин оказалось очень много приятных мелочей, которые в других местах и не встретишь.
Потом мы погрузились в магобиль и отправились домой. И я наглым образом всю дорогу косилась на Ягра, переваривая замечание пожилой женщины о зависимости между деньгами и любовью. Наконец, Антон не выдержал, бросил на меня лукавый взгляд, поморщился и сказал:
- Что ты так на меня смотришь? Да, я скупердяй, которых еще земля не видывала. Зато всегда при деньгах и могу позволить нарядить свою женщину в такой наряд, который сразит всех наповал.
Последние слова он договаривал уже не глядя на меня, сосредоточившись на дороге или делая вид.
- Все-таки вашу женщину? – я тут же прицепилась к словам.
- Да, Анна, пока мою. Я же не скрываю, что люблю тебя. И только моя любовь заставляет меня сдержаться и не опрокинуть тебя в пучину страсти, а затем выплюнуть на берег с разбитым сердцем, - костяшки пальцев, сжимающих руль, побелели от напряжения. А мое сердце сжалось от жалости к себе, к нему, к нам обоим.
Я ему ничего не ответила, но про себя твердо решила, докопаться до сути оговорки: «еще есть один параметр», про который он думать не хочет. Имеется у меня одна очень серьезная тайна, про которую не знает ни один человек в этом мире! Только если дядя меня признает, ему придется все рассказать. Я же должна буду объяснить, куда исчез его младший брат, что найти его так и не получилось, сколько не старались. Вдруг эта тайна и сможет стать решающим фактором?
Не должны местные боги так издеваться над людьми, даруя настолько сильное чувство, которое не может иметь логического продолжения! В магическом мире все связано между собой и очень целесообразно.
Вместе с окончанием моих размышлений закончили и укладку волос. Я еще в далеком детстве мечтала, что обязательно пойду на бал с прической как у Авроры из кинофильма «Горбун». Это когда волосы все убраны наверх, а один локон туго завит и небрежно лежит на плече. Озвучила свою мечту стилисту. Он нисколько не удивился и сделал именно то, о чем я просила.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В итоге получилась прическа, делавшая объем моей шевелюры раза в два больше, чем есть на самом деле. Бонусом увеличилась длина шеи, расправились плечи и, как ни странно, во взгляде появилась некоторая надменность. Точно княжна!
Этот же стилист наложил мне макияж, пообещав, что с ним ничего не случиться в течение двенадцати часов. Даже если «мадам вдруг решит искупаться в фонтане».
Магия, конечно, хорошо. Однако нужно будет уточнить у Антона Павловича, где этот товарищ работает и с кем, раз предполагает столь экстравагантные развлечения у женщин.
В ответ на вопрос Ягр долго и заливисто хохотал, запрокинув назад голову.
- Ань, умеешь же ты выводы делать! – вытер слезы, выступившие из глаз. – Марсель обычный свободный художник. Он работает мастером по вызову и обслуживает светских дам. Просто иногда, когда я еще работал в полиции, мы просили наложить его макияж на сотрудниц для выполнения задания. А там, как ты понимаешь, ситуации бывают неоднозначные. Так одна сыщица должна была дожидаться своего выхода из фонтана. А он до конца жизни теперь будет вспоминать этот случай.
А затем я надела платье. И честное слово, сама задохнулась от красоты, которая предстала передо мной в зеркале. Фигура напоминала пресловутые песочные часы. Крылышки на рукавах трепетали, придавая образу некоторую таинственность и беззащитность. Все же бабочки существа хрупкие. И все вкупе с прической и макияжем делало мой образ восхитительным.
По заблестевшим глазам Антона, я поняла, что и он не остался равнодушным. Хотя сам мужчина тоже был великолепен. Я первый раз видела его в черном фраке и белой рубашке с алой атласной бабочкой вместо галстука. И никто бы не стал сомневаться, видя нас рядом, что мы пара.
Еще нужно добавить, что мне была выдана бриллиантовая парюра из закромов князей Ягрежемских. А на руке Антона появился бриллиантовый перстень.
Я, честно говоря, не люблю перстни на мужчинах. В моем мозгу золотая печатка прочно ассоциируется с цыганами, которые иногда заезжали в город по своим делам, а затем также внезапно исчезали. Только сейчас я поняла, что ни разу не видела настоящих мужских перстней.
Антон подставил мне локоть, и мы вышли во двор, где нас уже дожидался магобиль … с водителем. Приглядевшись, я поняла, что его роль исполняет кучер, возивший нас в экипаже. Я вопросительно посмотрела на работодателя. Он правильно истолковал мой взгляд, усмехнулся и все же соизволил объяснить:
- Я как уважающий себя аристократ просто обязан испить вина из хозяйских погребов. Но садиться за руль машины в нетрезвом состоянии, наверное, не стоит.
- А если не пить? – нет, я не была против кучера за рулем. Но уточнить все же было нужно.
- Анна, слишком многие вопросы мужчины могут решить за бокалом вина. И я не могу отказаться от этой возможности.
Он устроился рядом со мной на заднем сидении, кивнул водителю, и мы плавно заскользили по улицам города.
Ехали недолго, зато по той части города, в которой я не была. И что удивительное, в нашем мире аналога этому району не было. Российские аристократы 21 века селись в другой стороне.
Вскоре магобиль затормозил у изящного здания с гранитными колоннами и высокими стрельчатыми окнами. От улицы дом отделял кованый забор с узорчатыми воротами.
Я всегда была неравнодушна к чугунным кружевам. И в доме моего дяди расцветала на чугунных прутьях просто отрада для сердца.
Ягр вышел первый, подал мне руку и мы, шагая в такт друг другу, двинулись по красной ковровой дорожке к высокому крыльцу. Наш магобиль сразу отъехал, а на его месте уже затормозил другой, высаживая своих пассажиров, как прямо хорошо отлаженная карусель.
Поднявшись по ступеням, мы оказались в просторном холле. На противоположной от входа стены была распахнута бело-золотая дверь. И рядом с ней стоял высокий мужчина с темными длинными волосами, в которых уже серебрилась седина.
