вас троих, Королей». Она откидывается назад, опираясь на согнутые локти, оставляя юбку приподнятой, приглашение очевидно.
Я изучаю ее, убежденный, что она во что-то играет, но отбрасываю эту мысль. Я не могу оторвать взгляд от прозрачной ткани, где отчетливо виден каждый изгиб, каждая складочка ее киски. Я полностью захвачен.
Теперь, если моя маленькая Ева хочет, чтобы я ее отвлек, я ей это предоставлю. Все, что она захочет, особенно если это поможет избавиться от чувства вины, поглощающего меня заживо.
Мои ладони скользят по бокам ее ног, удерживая ее взгляд. Она ухмыляется мне. Скользнув под юбку, мои пальцы обхватывают резинку стрингов на бедрах. Я сжимаю тонкую ткань.
Она стонет, изображая удивление и широко раскрытые глаза, и поднимается на ноги.
«Не притворяйся, что не знала, что делаешь, красавица». Я хватаю порванные стринги и полностью срываю их с нее.
Она прижимает бедра друг к другу, но не раньше, чем я поймаю взгляд на ее розовое лоно. Ее сладкий аромат заполняет мои ноздри, и мои руки снова оказываются на ее бедрах.
«Ты этого хочешь?» спрашиваю я, мои пальцы впиваются в ее ноги, мой член напряжен в штанах.
«Зависит от того, что ты предлагаешь», - поддразнивает она, не представляя, во что ввязывается, потому что я уже слишком далеко зашел. Я уже слишком далеко, и обратного пути нет.
Я облизываю губы, раздвигая ее бедра. Сопротивления почти нет, и я опускаю взгляд на ее сладкие губы, которые уже блестят.
Трахни меня, девчонка.
Тяжело сглотнув, я перемещаю руки на ее бедра и притягиваю ее задницу к краю прилавка.
«Я овладею каждым дюймом тебя», - говорю я, и мой взгляд вспыхивает, когда она сама раздвигает ноги, ее великолепные губы раздвигаются, показывая мне все. «Твоя киска чертовски красива».
Ее грудь поднимается и опускается быстрее, дыхание становится неглубоким. Ее щеки краснеют, и я провожу пальцем по середине ее слизистой. Она горячая и такая мокрая. Может, это судьба, что она открыто отдается мне, а не борется со мной. Как будто нам суждено быть.
Она смотрит на меня полувозбужденно, полунервно, судя по тому, как она поджимает нижнюю губу.
«Мне нужно услышать слова, Ева. Скажи мне, чего ты хочешь от меня». Я не буду давить на нее, не сегодня, не после того, через что она прошла. Но если ей это нужно, то я поклонюсь ей.
«Пожалуйста, Кассиус, я хочу чувствовать себя хорошо. Я хочу этого, ты мне нужен».
«О, Ева, ты даже не представляешь, какие чары ты на меня наложила. Я готов ходить по осколкам стекла, если это принесет тебе облегчение от того, что ты пережила. Я позабочусь о тебе».
Еще до того, как я поцеловал ее внутреннюю сторону бедра, я понял, что она моя. После сегодняшнего дня у меня не осталось никаких сомнений в том, что она останется со мной навсегда.
Когда я ввожу в нее палец на дюйм, ее глаза вспыхивают от возбуждения, а ее киска присасывается к моим пальцам, когда я ввожу еще один.
«Ты этого хочешь?»
«Да, о боже, да». Ее веки трепещут, а глаза затуманиваются.
«Ты можешь использовать меня в любое время». Не дожидаясь ее ответа, я прижимаюсь губами к ее киске, мой язык ласкает ее, щелкая по ее клитору.
Она выгибает спину, стонет, вызывая яростное желание прижаться к ней.
Ее вкус - чистое опьянение, и я накрываю ее своим ртом, желая, чтобы она была вся в меня, утопая в ее аромате. Я провожу языком по всей длине ее щели. Она скачет по моему лицу, терзаясь о мой язык.
Видеть, как возбуждается женщина, - абсолютная красота. Слушая ее, наблюдая за ней, я полностью лишаюсь чувств, уничтожаю себя.
Мой член настолько тверд, что это причиняет боль. Я неистово ласкаю ее, добиваясь от нее все более громких стонов. Если Дракон слышит ее, пока находится в своей комнате, оправляясь от отравления, это не моя проблема. И кто, черт возьми, знает, где сейчас Нокс, ведь он вышел из Башни, заявив, что у него есть дела, с которыми он должен разобраться почти сразу после нашего возвращения.
Больше Евы для меня.
Ее стоны нарастают, и я наслаждаюсь каждым облизыванием, каждым покусыванием, дикое удовольствие разгорается во мне. Она покачивает бедрами, терзая их, и я кладу ее ноги себе на плечи, устраивая ее поудобнее.
Только когда я чувствую, как дрожат ее ноги, я понимаю, что она на грани.
«Кассиус», - кричит она, и я хочу большего, хочу слышать мое имя на ее губах каждый гребаный день. Я не сбавляю темп, но проникаю в нее языком, изгибая его, чтобы довести ее до исступления. Теперь она кричит громче, и я прижимаюсь носом к ее клитору, отдавая ей все.
Ее пальцы перебирают мои волосы, и когда я поднимаю голову, ее сексуальный взгляд находит меня. Я подмигиваю ей и вытягиваю язык, с упоением поедая ее.
«Пожалуйста, еще...» Ее слова превращаются в крик, когда она бьется подо мной в конвульсиях. Я лижу ее быстрее, беру ее киску в рот и поглощаю все, что она мне дает.
Она вздрагивает, ее тело содрогается от возбуждения.
Ошеломляюще.
В моей груди что-то грохочет от полного удовлетворения, когда я слышу ее крики. Я держусь за ее бедра, не позволяя ей вырваться, пока она полностью не кончит.
Тяжело дыша, она рушится на стойку, и только тогда я отпускаю ее. Стоя, я смотрю вниз на свою ухмыляющуюся богиню.
«Это было потрясающе», - выдыхает она.
Я смотрю на нее в полном блаженстве, ее раскрасневшиеся щеки, живые глаза и раздвинутые ноги - она воплощение совершенства. Если раньше мне казалось, что я заблудился, то теперь я понял, что полностью потерял голову.
Я притягиваю ее к себе, чувствую ее сиськи, ее ноги обвивают мою талию.
«Похоже, у нас проблема». Она стонет. «Ты все еще в штанах».
«Сегодня дело не во мне, а в тебе». Я запускаю пальцы в ее волосы и целую ее. Я целую ее, погружая язык в ее рот, чтобы у нее не осталось места для сомнений в моих чувствах к ней. Медленно, но глубоко и расчетливо. Ее руки хватают меня за плечи, и я отвечаю на поцелуй с огнем. С такой страстью, какой я никогда не испытывал ни с кем другим.
Я уже знаю, что готов принять пулю ради нее. Умру за нее. Мне все равно, как бы безумно это ни звучало.
