По повторному осмотру безжизненная квартира Нагато была такой же холодной, как я её и запомнил. Никакой разницы с этой же квартирой «три года спустя», куда мы заглядывали в прошедшем мае.
Что внушало надежду, так это то, что здешняя Нагато все ещё была той Нагато, которую я знал. Она все ещё была бесстрастной и лишённой эмоций, она бы не запаниковала, случись что — в высшей степени надёжная пришелица.
Я разулся и прошёл по узкому коридору в гостиную. Там нас дожидалась Нагато. Она стояла в полном одиночестве, безмолвно глядя на меня и Асахину-сан. Даже если её и удивил наш визит, по её виду я бы этого не сказал. Может быть, она уже привыкала к визитам меня из будущего — впрочем, сам я вовсе не хотел возвращаться в этот день снова и снова.
— Представляться не будем, наверное.
Нагато не садилась, так что и мы с Асахиной-сан остались стоять.
— Это взрослая версия Асахины-сан. Вы, по-моему, уже встречались, — только я это сказал, как вспомнил, что дело было лишь три года спустя, — Прошу прощения, встретитесь. В любом случае, это тоже Асахина-сан, так что не забивай попусту голову.
Нагато посмотрела на старшую Асахину-сан глазами экзаменатора на государственном экзамене по математике. Затем она окинула взглядом гостиную, и опять остановила его на эротичной фигурке позади меня, сказав:
— Понятно.
Она легко кивнула, волосы её едва ли шевельнулись.
Следуя за взглядом Нагато, я заметил то место — специальную комнату, примыкающую к гостиной, и отделённую от неё бумажной дверью.
— Можно её открыть?
Нагато покачала головой, глядя на комнату, на которую я указывал, и ответила:
— Никак нет. Вся структурная композиция той комнаты заморожена во времени.
Я и огорчился, и вздохнул с облегчением одновременно, услышав это.
Мягкое дыхание коснулось моей шеи — это старшая Асахина-сан облегчённо вздохнула. Похоже, она думала о том же, о чём и я. Если бы она увидела саму себя, уютно почивающую вместе со мной на одном матраце, в одной комнате, что бы она подумала? С удовольствием задал бы ей этот вопрос, но сейчас куда важнее было выяснить, что происходит.
— Нагато, послушай, извини, пожалуйста, за все эти внезапные появления. Пожалуйста, не могла бы ты выслушать нас и на этот раз?
Что ей уже рассказал этот другой «я» из соседней комнаты? Историю «Бригады SOS» вплоть до Танабаты, да? Тогда я просто продолжу с этого момента и расскажу ей обо всём, что произошло за следующие полгода, с этой тоскливой весны, когда мне приходилось бороться с Харухиной скукой до бесконечных моих вздохов во время съёмок её фильма. Конечно, ты тоже была с нами, Нагато. Ты всегда приходила на помощь. А потом мир внезапно переменился, когда я проснулся позавчера утром. Я попытался выяснить, почему у всех вдруг пропали воспоминания о случившемся, и попал сюда при помощи программы экстренного выхода, которую оставила Нагато.
Ударься я в детали, рассказ бы занял немало времени, так что я опять пересказал всё вкратце, как рассказывал Харухи. Я пропустил все мелочи и упоминал только о важном для понимания истории. Девочке передо мной этого было более чем достаточно.
— …Вот так всё и было. Так что, благодаря тебе, я опять оказался здесь.
Как доказательство более существенное, чем простые слова, я достал измятую закладку из кармана пиджака. Я передал её Нагато, как будто передавая призраку магический талисман.
— …
Нагато взяла закладку кончиками пальцев. Она оставила без внимания цветочный узор на ней, и изучила текст, напечатанный на форзаце, как археолог, только что раскопавший LCD-телевизор в залежах мелового периода. Казалось, она могла разглядывать эти слова до бесконечности, так что я прервал её исследования:
— Что мне теперь делать?
— Я… Я хотела бы устранить эту аномалию времени, — голос старшей Асахины-сан звучал так взволнованно, как будто она готовилась признаться в любви человеку своей мечты. Даже все эти годы спустя Асахина-сан всё так же нервничала в обществе Нагато.
— Нагато-сан… Не могла бы ты, пожалуйста, помочь нам? Ты единственная, кто может восстановить изменённую плоскость времени. Пожалуйста, я очень тебя прошу…
Старшая Асахина-сан сложила ладошки вместе, и закрыла глаза, как будто поклоняясь какому-то божеству. О, великая богиня Нагато, я тоже молю тебя оказать нам пощаду. Пожалуйста, верни меня в клубную комнату, где я смогу видеться с Асахиной-сан и вкушать приготовленный ею чай, играть в настольные игры с Коидзуми, наблюдать, как ты сидишь, словно статуя, и читаешь, а Харухи всегда будет вламываться с шумом. Только об этом и молю.
— …
Нагато подняла взгляд от закладки, и посмотрела прямо в небо. Могу понять, почему Асахина-сан так нервничала, ведь ей ни за что не победить, если она окажется с Нагато по разные стороны баррикад. Ну, то есть, кто вообще может сражаться с Нагато наравне? Только Харухи, наверное?
Благодаря прекрасной акустике этой элитной квартиры здесь совершенно не было эха. Было так тихо, что казалось, будто время застыло. Нагато и я переглянулись, и я увидел, как она кивнула на пару миллиметров.
— Попробую проверить, — произнесла Нагато. Только я собирался спросить, что она хочет попробовать проверить, как она закрыла глаза.
— …
Вскоре она вновь открыла их, и уставилась на меня своим обсидианово-чёрныым взглядом.
— Не удаётся выполнить синхронизацию, — быстро проговорила она, и посмотрела на меня. Выражение её лица слегка изменилось, и на этот раз мне не почудилось. Такое выражение было на её лице с весны до лета, перемены заметил даже Коидзуми. С тех самых пор, как мы пришли к Нагато, выражение её лица понемногу менялось — хотя это была ещё не та Нагато, которой она стала к зиме.
Её бледные розовые губки опять шевельнулись:
— Я не могу получить доступ к своему темпоральному клону того периода времени, поскольку она установила защитный барьер, выборочно блокирующий мои попытки доступа.
Хоть я и не понял, что это значило, мне оно не понравилось. Получается, ты ничего не можешь сделать?
Нагато не обратила внимания на мои страхи и продолжала:
— Однако я представляю себе ситуацию в целом. Провести восстановление возможно.
Нагато мягко погладила слова на закладке. Затем она принялась объяснять голосом, набирающим слова, как снежный ком.
— Человек, исправивший время, эффективно использовал способность Судзумии Харухи создавать данные и частично изменил данные этого мира.
Её привычный невозмутимый голос звучал так же безмятежно, как музыкальная коробка, которая была у меня в детстве; он приносил умиротворение в моё сердце.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
