снова прижалась и подняла руки. Повернула ко мне голову, следила за реакцией. Танцевала, изгибалась, соблазняла. Она пытала меня…
Аккуратно коснулся её ладоней и медленно двинулся вниз вдоль вытянутых рук, вдоль рёбер, оставляя после себя мурашки. Обхватил её талию, водил губами по виску, наклоняясь к щеке.
Её ладони легли на мою шею. Оля сильнее поворачивала голову, выгибая свою шею.
Искала мои губы и, найдя, подарила сладкий чувственный поцелуй. Инстинктивно я начал двигаться в такт, хоть совершенно не хотел.
Смело стиснул талию, с трудом сдерживая себя, чтобы не начать гладить её бедра у всех на глазах.
Я всегда чувствовал, что в Ольге много огня, но только недавно признал: она зажигала меня так, что ещё чуть-чуть и сгорю без остатка. Впервые со мной такое. Впервые я полностью терял разум, находясь с женщиной. Впервые я зверел, глядя, как на неё смотрят другие.
Ревновал, хоть и не был знаком с этим чувством. Раньше было как-то всё равно. Не держался за других девушек, да и сам не держал.
С ней — иначе. С ней ВСЁ иначе. Эмоции, что испытывал, радовали и пугали одновременно. С ней я узнавал себя нового.
Развернул к себе лицом, притянул и снова впился в губы жадным поцелуем. Гладил её спину, запустил пальцы в обожаемые тёмные волосы, Ольга со всей страстью отвечала на поцелуй.
Манипулировала мною, околдовывала. Заставила примчаться в клуб, хоть я не горел желанием.
Заставила ревновать её, любоваться, желать всей душой, всем телом.
Пора признать: от этой женщины сносит крышу. Я попал в её сети. Вот только выбираться из них мне совсем не хотелось.
После потрясающего секса мы без сил рухнули на подушки. Пытались отдышаться, угомонить бешеное сердцебиение. Разрядка была фантастической, но мне этого мало.
Положил руку на её бедро, впился в него пальцами, властно притягивая к себе. Ольга прыснула.
— Не царапайся, — промурлыкала.
Я удовлетворённо выдохнул и заулыбался во все тридцать два:
— Я не царапаюсь, Ольх. Я кот, который… — подмял её под себя и игриво прикусил кожу на плече, -
который исключительно кусается.
— Андрей! — засмеялась Оля. — Прекрати! Следы от зубов останутся!
— Ну и пусть, — взглянул на свою разомлевшую красавицу. — Пусть все мужики, которые решат позариться на тебя, знают, что у Ольги Ярцевой есть тот, кто её…
— Кто её — что? — вскинув бровь, с претензией спросила она.
— Есть тот, кто её… — начал покрывать поцелуями каждый сантиметр её кожи. — Кусает.
И в доказательство своих слов снова впился зубами в её нежную кожу.
— Гордин! — завизжала Ольга и снова звонко рассмеялась.
А потом застонала… Громко, сексуально, я обожал слушать её стоны, обожал смотреть, как прикрывает глаза и в удовольствии выгибается. Обожал сводить с ума и сам от этого растворялся в экстазе.
— Гордин!
— выдохнула она возбуждённо, и у меня опять снесло крышу.
28
Андрей
— С-с-с! Зараза! — выругался я, обжёгшись о сковородку.
Приложил палец к губам, думая, ничего ли я не забыл.
— Травы! Точно.
Я готовил завтрак: омлет с овощами и итальянскими травами. Обычно я так не заморачивался, но сегодня вот захотелось. На соседней комфорке варил кофе, то и дело поглядывал на часы. Уже одиннадцать, и Ольга проснётся с минуты на минуту.
— Андрей! — крикнула она из спальни.
Ну вот. Проснулась.
— Я возьму одну из твоих футболок?
— Ольк, квартира в твоём распоряжении! Бери, что хочешь.
Услышал звук открывающейся дверцы шкафа, выключил плиту и бросился за тарелками и приборами.
— Футболку я не нашла, но раз ты разрешил, надела одну из твоих рубашек… Боже, Гордин! -
восторженно произнесла Оля. — Чем так вкусно пахнет?
Я обернулся и улыбнулся. Ольга вошла на кухню, привалилась плечом к холодильнику.
Красивая, разомлевшая ото сна, улыбчивая. Только что одна из моих самых ярких фантазий воплотилась в жизнь. Ярцева… В моей рубашке… О, боги, я залип…
Ольга начала принюхиваться сильнее, даже сглотнула, это меня умилило. Подцепил вилкой кусочек омлета, подошёл и поднёс к её губам.
— Пробуй.
Оля с интересом взглянула на меня, откусила чуть-чуть и, прожевав, округлила глаза изастонала от удовольствия.
— М-м-м! Это просто объеденье!
— Это всё итальянские травы, они любое блюдо сделают объеденьем. Даже банальный омлет с овощами.
Вернулся к плите, разлили кофе по кружкам и разложил свою стряпню на тарелки. Оля уже села за стол и, радуясь, приняла из моих рук свою порцию.
— Бери орешки, — пододвинул к ней пиалу с миндалём и грецким орехом. — Полезныежиры для сбалансированного завтрака.
— Сразу видно, что занимаешься спортом. Придерживаешься правильного питания, — похвалила
Ярцева.
— Да нет, не придерживаюсь, — хохотнул, присаживаясь. — Это я сейчас перед тобой выпендриваюсь.
Мы рассмеялись, Оля сидела чуть поодаль, и меня это совершенно не устраивало.
Протянул руку, ухватился за сиденье стула и придвинул к себе.
— Так-то лучше.
Ольга уплетала омлет за обе щёки, не стеснялась, чувствовала себя комфортно. Это влияло на меня максимально позитивно, я не скрывал своей довольной улыбки.
— Очень вкусно, — закончилась она с завтраком и отодвинула тарелку. — Теперь, с твоего разрешения, схожу в душ и поеду домой.
— В душ — иди, — закинув орешек в рот, сказал я. — А домой — нет.
— Как нет? — тут же сделалась строгой.
— Оля, сегодня суббота, чего тебе дома делать?
Она захлопала глазами, то ли не ожидая от меня такого вопроса, то ли прикидывая в уме ответ.
— Давай вместе проведём выходные? Погуляем, сходим в какой-нибудь ресторанчик, в кино.
Она молчала, не сводила с меня глаз. Я доел, чуть отодвинулся и, не спрашивая разрешения, закинул её длинные ноги себе на колени. Начал массировать, поглаживать, наслаждаясь шёлком кожи. Смотрел в упор, выжидал.
— Но… — замялась она. — У меня никакой нормальной одежды нет. Только платье.
— Нет проблем. Заедем к тебе, ты возьмёшь всё, что нужно, и поедем гулять.
Ольга напрягла одну ногу, сгибая в колене, я ласково провёл рукой по бедру, расслабляя её, убеждая. И это, надо сказать, сработало.
— Ты меня поражаешь, — закусив губу, кокетливо пропела она. — Неужели Андрей Гордин решил выбраться из постели?
— Решил, — сказал я более чем серьёзно. — Я тысячу лет не был в Парке Горького.
Махнём? Тем более смотри какая погода шикарная. Теплынь, Олька! Надо этим пользоваться.
Незаметно пробежался пальцами по её ступне, пощекотал, отчего Оля засмеялась, попыталась вырваться, но не тут-то было. Я сгрёб её в охапку, закинул на плечо, не забыв игриво хлопнуть ладонью по попке, и понёс в ванную комнату.
Если честно, я был уверен, как только мы доберёмся до Ольгиного дома, она обязательно
