– Джон, клянусь тебе, я ничего, ничего не знаю! – Кира в отчаянии заломила руки.
– Я, конечно, тебе верю, но согласись, все это выглядит очень странно. Надеюсь, у тебя будет время хорошенько обдумать свое положение, – сказал Джон.
– Хорошо, я подумаю, – отрешенно согласилась Кира.
– Ну вот и хорошо, а теперь я познакомлю тебя со старостой этой деревни и главным бокором этих мест.
– Бокором? – переспросила Кира.
– Так называют шаманов Вуду, – пояснил Джон.
По направлению к ним уже ковылял одетый в шкуру леопарда невысокий чернокожий толстяк. На его огромной голове было надето некое подобие короны с рогами буйвола. Волосы, заплетенные в косички-дреды, торчали из-под короны во все стороны, как иголки у дикобраза. Толстый живот свисал над широким кожаным ремнем, опоясывающим его талию. Ремень был снабжен множеством карманчиков и отделений, из которых торчали самые разнообразные предметы: курительная трубка, рукоятка ножа, зачем-то дорогая авторучка, и мертвая голова петуха с поникшим гребнем. При виде Джона его круглое морщинистое лицо сплющилось в улыбке, так, что глаза превратились в щелочки.
– Привет, Большой Джон, – произнес он низким, хриплым голосом.
– Рад тебя видеть, великий Бокор, – почтительно произнес Джон.
– Это моя хорошая знакомая, – продолжил он, обнимая Киру, – я бы хотел, чтобы она пожила какое-то время у тебя.
Колючий взгляд Бокора пронзил Киру словно рентген.
– Конечно, – снова расплылся в улыбке шаман, – конечно, Большой Джон. Я сейчас же покажу ей бунгало, где она будет жить.
Ведомые гостеприимным шаманом, Кира и Джон направились к хижине, которая стояла на отшибе, недалеко от леса. Хижина, как и все другие строения в деревне, стояла на высоких деревянных сваях. «Великий Бокор» неожиданно ловко для своей комплекции поднялся по ступенькам ведущим наверх и открыл скрипучую дверь. Внутреннее убранство помещения отличалось скромностью граничащей с аскетизмом. Из мебели имелся топчан с постеленным на нем туристическим спальным мешком, кривоногий стол, небрежно сколоченный из толстых веток деревьев и досок разбитого ящика, такая же табуретка и старый сундук.
Картину дополняли имевшиеся кое-где щели в стенах, через которые хорошо слышалось пение ночных птиц в джунглях. Единственным украшение были развешанные на стенах зловещие ритуальные маски. Кире вспомнился ее пятизвездочный номер в гостинице, и она невольно улыбнулась.
– Отель минус пять звезд, – подумалось ей. Джон заметил ее ироническую усмешку и как всегда мрачно пошутил:
– По моему очень мило, много свежего воздуха, по крайней мере, здесь не так душно, как в гробу.
– Итак, будьте моим гостем, – Бокор обозначил улыбку и широко развел руки, изображая гостеприимного хозяина, – Устраивайтесь на ночлег, а утром я назначу вам в помощники кого-либо из моих людей.
С этими словами они с Джоном вышли, прикрыв за собой дверь. Направляясь к центру деревни, они оживленно о чем-то разговаривали. Вечер был тихий, безветренный и до ушей Киры долетали обрывки их фраз:
– Очень важная персона…..не спускать глаз …товар…… сколько килограммов?….отличного качества….спрос растет…конкуренты…
Затем они удалились, Кира осмотрела свою комнату, подошла к ритуальной маске с недоброй гримасой и опущенными вниз уголками рта, потрогала ее. От маски исходил сильный запах едкого, сладковатого дыма. Кире вдруг показалось, что из-под маски на нее смотрят чьи-то глаза. Она замерла в испуге, холодок пробежал по спине. Постояв неподвижно с минуту, она успокоила себя, показалось. И больше старалась не смотреть на маски. Кира забралась в спальный мешок, устроившись поудобнее, насколько это было возможно, и начала думать о хорошем, чтобы быстрее заснуть. Хорошего в ее нынешнем положении было не много, но отогнав все страхи и сомнения Кира представила, как будто она в турпоходе и довольно быстро заснула.
На следующий день солнце как обычно встало из-за моря. Первые, еще слабые, косые лучи светили почти параллельно земле, робко пробиваясь через густую листву плотных зарослей дикого тропического леса. Эти золотые лучи зримо прорезали густой утренний туман, повисший над землей после влажной тропической ночи. Смолкли зловещие крики ночных птиц, летучие мыши, позевывая, повисли вниз головой и, обернувшись крыльями, как одеялом, готовились к дневному сну. Первые, ранние мошки и насекомые закружились над зелеными листьями деревьев, проснулись крошечные яркие птички колибри, подсвеченные нежными лучами солнца они, как стрекозы, зависали на одном месте, с огромной скоростью махая маленькими крыльями. Весело и звонко, салютуя новому дню, зазвучали на разные голоса первые трели дневных певчих птиц. Эти звуки долетали до ушей спящей Киры, слегка тревожа ее сон, и когда к ним добавился скрип двери и какой-то шорох, она начала просыпаться. Кира открыла глаза и вздрогнула – над ней склонился, пристально разглядывая ее, темнокожий юноша с узким лицом и густой, пышной шапкой волос.
– Белая богиня, – прошептал он, восторженно и с благоговением глядя на нее.
– Ты кто? – спросила Кира. Ничего не ответив, юноша неожиданно выбежал из комнаты, оставив раскачиваться на петлях скрипучую дверь хижины.
Повалявшись еще несколько минут, Кира потянулась и встала. В хижине не было зеркала, причесавшись кое-как, она выглянула за дверь. И тут же увидела Бокора, который заулыбался и направился к ней. Старый шаман был сама любезность, поинтересовался, как ей спалось, как она себя чувствует, не нужно ли что-нибудь.
– Вообще-то хотелось бы умыться и позавтракать, – хмуро ответила Кира.
– Разумеется, конечно, – улыбчивый шаман, развел руки в уже знакомом Кире жесте гостеприимства, – Для меня большая честь принимать такую важную персону как вы. Поэтому я приставил к вам помощником одного из своих сыновей. Он славный парень, надеюсь, он вам понравиться и вы станете друзьями. Сейчас я его позову.
– Бобби, Бобби, ты где, иди сюда! – закричал шаман, сложив ладони рупором. И тут же из-за кустов застенчиво вышел юноша, которого Кира утром видела в своей хижине. Он робко приблизился к шаману со словами:
– Вы звали меня, великий Бокор.
– Да, Бобби, сын мой. Познакомься, это та самая очень важная леди, о которой я тебе говорил. Ты будешь помогать ей во всем, следить, чтобы ей было хорошо, охранять ее. Она наша гостья и ни один волосок не должен упасть с ее головы. Ты поступаешь в ее полное распоряжение. А сейчас, она хочет, чтобы ты отвел ее на ручей умыться и накормил завтраком.
Едва Бобби и Кира сделали несколько шагов, как из кустов вслед за Бобби выскочила довольно крупная коричневая собака и весело побежала за ними. Догнав их, собака обнюхала Киру, лизнула ее ногу и внимательно посмотрела в глаза. Киру удивил ее взгляд, внимательный и почти человеческий, словно говорящий:
