Прямо здесь и сейчас видишь ли ты Того, кто, находясь вне времени, спонтанно сознаёт всё это? Если да, то скажи мне, Кем или Чем ты являешься, когда погружаешься глубже собственной глубины? Облака уплывают прочь, мысли уплывают прочь, но есть ли в тебе что-то, что остаётся? Видишь ли ты Это? Можешь ли ты назвать его Имя?
– В связи с этим стоит отметить, что рост и развитие обычно происходят путём деления и интеграции. Наиболее распространённый пример – развитие сложного многоклеточного организма из одной яйцеклетки. Сначала в результате деления зиготы образуются две клетки, затем – четыре, затем – шестнадцать, тридцать две, шестьдесят четыре и т. д. На каждом уровне деления из клеток образуется ткань, органы и системы организма. Многие люди считают, что деление и интеграция – два противоположных процесса, но на самом деле они дополняют друг друга. Из жёлудя получается дуб – вот вам чудо отделения и интеграции.
Пауэлл стояла в центре зала, волны света нежно омывали её тело.
– То же самое происходит во время роста и эволюции человеческого мировоззрения. Старое мировоззрение отделяется, а затем интегрируется в новое, более сложное и высокоупорядоченное мировоззрение, которое позже тоже отделяется и интегрируется, и так далее вверх по спирали.
– Итак, формально-рациональное мировоззрение делится на множество плюралистических систем. Восприятие множества контекстов, относительных истин и культурного разнообразия – один из многих даров зелёного. Поскольку признаются важные истины всех культур и всех индивидуумов, самость на этой волне является не только чувствительной, но и в большой степени индивидуалистической, как сказано на слайде № 1.
– На следующей, интегральной, волне все эти отдельные системы собираются вместе и интегрируются в сложные модели с холистическими связями. Внимание уделяется не только различиям, но и сходствам систем. Да, дорогие друзья, это и есть знаменитый скачок к интегральному сознанию второго порядка, на котором самость становится автономной. Некоторые исследователи, включая Дженни Уэйд (Jenny Wade) из ИЦ, предпочитают называть эту самость аутентичной – и это тоже корректно.
– Сейчас я покажу тебе кое-что аутентичное, – говорит Хлоя, срывая с себя одежду и совершая до неприличия откровенные движения.
– Кен, ты можешь придумать предложение со словом «колышущийся»?
– Колышущееся тело Хлои начало…
– Это слишком просто.
– Колышущиеся груди Хлои начали…
– Слишком просто.
– Попытки Кена использовать слово «колышущийся» колыхались самым колышущимся образом, так что…
– Кен, сладкий мальчик, чем ты вообще занимаешься?
– Отличный вопрос, Хлоя, просто отличный.
– Но зачем нам вообще нужно знать об этих уровнях развития самости? – в Лизе Пауэлл начала проявляться её знаменитая резкая озлобленность, сделавшая и без того страстное выступление ещё более горячим и пылким.
– Одна из причин заключается в том, что зная их, мы можем понять, действительно ли самость заинтересована во взаимоуважении, взаимопонимании, мироцентрической заботе и сострадании. Ведь постмодернизм и мультикультурализм в рамках своей «политики признания» тоже требовали одинакового уважения и признания всех культурных сообществ, особенно подвергающихся дискриминации. Так что если наша цель – это мироцентрическое уважение и всеобщее равенство, тогда мы прямо сейчас должны принять решение развиваться, чтобы наша самость могла дорасти до постконвенциональной мироцентрической осознанности, да?
Она посмотрела в зал и крикнула: «Да?!» И зал ответил ей: «Да!»
– Подлинное уважение и взаимопонимание возможно только на постконвенциональных волнах или стадиях универсальной заботы по Гиллиган. Невозможно заставить людей проявлять взаимоуважение. Самое большее, что можно сделать – это издать закон, который регламентирует поведение, но не мысли. Однако сторонники мультикультурализма хотят большего: они хотят, чтобы все группы и индивиды относились друг к другу не просто толерантно, а с взаимоуважением, они требуют внутренних изменений в отношении людей друг к другу, а не просто соблюдения правил поведения, понимаете?
Лиза Пауэлл всё больше заводилась. Она постоянно перемещалась по сцене, всё ещё улыбаясь, но её энергия уже начала фокусироваться в один лазерный луч.
– Лично я убеждена, что общество, все члены которого относятся друг к другу с уважением – это та благородная цель, к которой мы должны стремиться. Но для этого, – она повысила голос, – позвольте мне повторить сказанное! – мы должны каким-то образом помочь как можно большему числу людей развиться до постконвенциональных уровней. Как мы уже видели, для того чтобы достичь постконвенционального мироцентрического уважения, необходимо пройти как минимум пять или шесть последовательных уровней развития. Поэтому если постмодернистам хочется создать культуру, основанную на взаимоуважении, что само по себе кажется мне хорошей идеей, тогда нам необходимо выяснить, как вырасти и эволюционировать до этих более высоких уровней сознания, поскольку без них взаимоуважения нам не видать никогда.
Она замолчала и оглядела зал, как будто говоря: «Только попробуйте пикнуть».
– Но сейчас ситуация такова: пока зелёный пытается достичь взаимоуважения, например, с красным, красный продолжает вытирать о зелёный мем ноги. И зелёный не может понять, в чем же, блин, проблема?! «О-о, давай обсудим это ещё раз», – говорит зелёный, – а красный срать на него хотел с высокой колокольни.
Несколько людей в зале рассмеялось и зааплодировало, послышался недовольный кашель и бормотание.
– Красный согласится с зелёным только в том случае, если сам эволюционирует до синего, потом до оранжевого, а потом до зелёного. Но зелёный просто хочет, чтобы все были друзьями, обсуждали любые проблемы и делились чувствами, не имея не малейшего представления о том, что для этого необходимо.
Пауэлл озарила зал улыбкой.
– Я хочу сказать одну простую вещь: психологическое развитие и культурная эволюция от эгоцентризма и этноцентризма к мироцентризму – единственный способ избежать угнетения и маргинализации. Но зелёный мем, с его изначально плоским убеждением, что все точки зрения одинаково хороши, отрицая уровни, иерархию и эволюцию, отрицает решение самой ненавистной своей проблемы – проблемы угнетения. Так что истово защищающий флатландию зелёный мем неумышленно способствует распространению того самого угнетения, которое ему так хотелось преодолеть. Наряду с откровенно расистским синим мемом, зелёный является основным источником угнетения в нашей культуре.
Несколько человек в зале, услышав такие дерзкие обвинения, от удивления открыли рты, остальные выдали шквал аплодисментов, сквозь который были слышны отдельные грубые и недовольные выкрики. Пауэлл глубоко вдохнула и быстро закончила своё выступление.
– Как называется фиксация на зелёном меме? Бумерит. Значит, бумерит – это один из основных источников угнетения в нашей культуре. И если вы, люди, в этом сомневаетесь, не уходите далеко – эту сложную и очень напряжённую тему мы обсудим на наших следующих сессиях.
Лиза Пауэлл улыбнулась, повернулась и твёрдой походкой спустилась со сцены.
Хлоя нежно скользит своей грудью от моих лопаток к пояснице, её губы сложены так, будто она беззвучно произносит «О». Зачем мне все эти разговоры о бумерите? Я не бумер.
– Затем, – раздаётся звук из сложенного буквой «О» рта, – ты ведь хочешь стать интегральным, да?
– Да.
– Тогда тебе нужно пойти дальше Поколения Я.
Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на Хлою, и не могу поверить своим глазам, когда вижу на её месте Хэзелтон.
На сцене снова Морин.
– Чтобы продолжить разговор о бумерите, начатый доктором Пауэлл, мы должны знать вот что: бумеры были первым поколением в истории, которое массово эволюционировало до зелёного мема с его плюрализмом, релятивизмом, постмодернизмом и чувствительностью к другим культурам. И это всё очень хорошо и замечательно. Кроме того, время от времени постконвенциональные бумеры-постмодернисты яростно набрасывались на традиционные истины синего и оранжевого как на политическом (в борьбе за гражданские права и защиту окружающей среды), так и на теоретическом поле (в трудах, посвящённых деконструкции устаревших теорий). И это тоже хорошо и замечательно.
– Но по определённым причинам, к которым мы ещё вернёмся, бумеры застряли на зелёном, и это привело к двум очень неприятным последствиям. Во-первых, огромное количество людей не смогло добраться до второго порядка и подлинно интегральных смыслов. В результате произошёл бунт плюрализма, опьянённого желанием видеть только различия. А так как плюрализм с его установкой «Я занимаюсь своим делом, а вы занимайтесь своим» является магнитом для нарциссизма, он стал поддерживать существование бумерита – высокого плюрализма, смешанного с низким нарциссизмом. Иными словами, зелёный мем принял патологическую форму.
