— Маленькая дрянь!
Мощная тень нависла надо мной, пришедший в себя мужчина замахнулся огромной ручищей, собираясь ударить.
— Не трогай ее, — тяжело дыша, предупредил красноволосый.
— Ты видел, что эта девка сделала? Да я чуть не помер от страха, как только почувствовал, как силы покидают меня, утекая к этой…
— Сам виноват.
Предупреждающий взгляд и маг вернулся на свое место, продолжая недобро коситься в мою сторону.
— Куда вы меня везете? — с досадой выпалила я, дергая за браслет. Бесполезно, он сидел как влитой, закаленный древним артефактом. — Предупреждаю, я сотрудник Ведомства по борьбе с магическими преступлениями. Вы напали на…
— Мы прекрасно знаем, кто вы мисс Лоури, — мягко проговорил метаморф, оборачивая шейным платком обожжённую ладонь. На его пальце блеснул перстень, похожий на то кольцо, что лежало в моей спальне, только более искусное. Змея, пожирающая свой хвост, а в клыкастой пасти мерцал темными гранями черный бриллиант.
Золотая змея. Самый жестокий и беспощадный преступный клан.
Зачем я им понадобилась?
— Мы даже встречались с вами один раз, только вряд ли вы меня помните. А вот я даже если бы захотел, не смог забыть вас, особенно очаровательную родинку между лопаток в виде сердечка.
— Что? Как вы… — вспыхнула, не веря собственным ушам.
Он видел меня обнажённой? Когда?!
Ужас и стыд и жгучая злость хлынули к щекам обжигающей кровью. Я, вероятно, сейчас покраснела до корней волос, выдавая собственные эмоции.
— Простите, не мог лишить себя удовольствия понаблюдать за вами в гардеробной моей сестры, пока вы переодевались в одно из ее платьев.
Так вот что это значит! Лилиан не обманула де Мортена, она действительно встречалась в тот день с братом, вот только забыла уточнить, что он оставался в доме, когда любовник решил навестить красавицу.
— У нас был серьезный разговор, я уговаривал Лили провернуть для нас одно…хм…скажем так деликатное дельце, но она осталась непреклонна. Родственного воссоединения не получилось, но и сдать меня канцлеру любящая сестренка не могла, хотя, несомненно, хотела этого.
— Де Мортен знает, что вы виделись, — пробормотала я, пытаясь сбить спесь с этого наглеца.
— Да? Забавно, значит, Лили все же рассказала.
Новость о том, что Адриан в курсе, изрядно испортила настроение рыжему.
— Я не знал, что он приедет в тот день, я бы никогда…но его визит оказался неожиданным и для Лилиан. Сестра велела мне поскорее убираться, пока отвлекает канцлера, что я собственно и собирался сделать, пока не услышал шум, а чуть позже не увидел вас, мисс Лоури.
— Сдается мне…простите, не знаю вашего имени, у меня в отличии от вс нет привычки следить за посторонними людьми. Значит в том, что портал изменил направление и отправил меня прямиком в другое место, виноваты вы?
— Косвенно, — не стал отрицать метаморф. — Меня зовут Ксандер, безусловно я бы хотел познакомиться с вами поближе в других, более приятных обстоятельствах, но вероятно у нас еще будет возможность исправить эту оплошность?
— Даже не надейтесь.
— Ваша категоричность печалит меня, но я все же отвечу на вопрос. След чужой магии, в тот день крупицы магического эфира остались на мне, когда я шагнул в портал. Именно эта сила потянула вас за собой, едва вы оказались в лабиринте портальных путей.
— Чужой магии? — шёпотом переспросила я. — Кто ее хозяин? И почему именно я… мы как то связаны?
— О да, и весьма тесно. А кто он…очень скоро вы познакомитесь, и только от вас зависит, насколько приятной будет встреча.
Терзаемая неведеньем, остаток пути я провела в гордом молчании, отчаянно надеясь, что мое исчезновение быстро обнаружат, главное продержаться до того момента, когда прибудет помощь. И желательно, остаться при этом в добром здравии.
Быстрый взгляд из-под опущенных ресниц на двух магов. Оба получили травмы, правда бугай еще и моральную. Больше никаких спонтанных попыток к бегству, физически мне их не одолеть, придется действовать хитростью.
К тому времени, когда карета остановилась на заросшей бурьяном подъездной алее, ночь заступила в свои владения, окрасив багровым закатом крышу серого двухэтажного особняка. Вокруг дома тесно смыкал свои объятия непроглядный лес. Кроны тонких деревьев шелестели листвой, словно шептались с ветром, колыхающим темные листья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Замерла, вглядываясь в глубину темной чащи, прислушиваясь к стрекоту цикад и протяжному вою одинокого волка, зовущего стаю. Я быстро бегаю, но не настолько, чтобы скрыться от зверей, несомненно, водившихся в этой местности.
— Шагай! — грубый толчок в спину.
Пришлось подчиниться.
Внутри особняк разительно отличался от неказистого внешнего вида. Здесь царила роскошь, помпезность и кич. Позолоченная лепнина соседствовала с современными светильниками из цветного стекла, дорогая мебель из разных гарнитуров никак не сочеталась со светлым ворсом огромного ковра и резко контрастировала с ядовито- зелеными парчовыми портьерами. Фрэнсис упал бы в обморок от такой жуткой безвкусицы.
— Чего встала, иди вперед! — рявкнули мне прямо в ухо.
Мурашки омерзения скользнули по коже. Едва сдержалась, дабы не влепить хорошую пощечину, а еще лучше огреть чем-нибудь тяжеленьким. Взгляд непроизвольно метнулся к бронзовому канделябру в виде юной девы, укрытой лишь тонкой туникой, демонстрирующей округлые прелести.
— Я же просил быть с моей гостьей как можно деликатнее.
Моментально забыв о возможном оружии, я уставилась на обладателя незнакомого голоса. Низкий тембр с властными нотками заставил мага притихнуть. Незнакомец сидел в кресле с высокой спинкой, украшенной искусной резьбой в виде змеи, и постукивал ногтями по подлокотнику из полированного дерева.
— Простите Мастер, но девчонка сущая дикарка, с ней построже надо.
Стук резко прекратился.
— Берк, дерзость- первый враг истинной преданности, ты ведь знаешь, что бывает с теми, кто хоть раз посмел нарушить мой приказ?
И хотя вопрос прозвучал тихо, вкрадчиво, Берк неожиданно побледнел и даже успел сделать шаг назад, но тут же рухнул на колени. Мощное мускулистое тело выгнулось и разметалось по паркету словно изломанная кукла, мышцы толстой шеи напряглись, сжимая трахею. Мужчина захрипел, царапая горло, пытаясь сделать спасительный вздох.
Никто не заслуживает подобной мучительной смерти, даже мерзавцы. Всевышний сам решает, кто достоин жить, а кто покинуть этот мир.
— Прекратите немедленно! — закричала я в отчаянье, не в силах наблюдать за пыткой.
Все стихло, Берк жадно хватая ртом воздух пополз на корячках к дверям, а Ксандер, бесстрастно наблюдавший за экзекуцией, поклонился и вышел следом.
— Эмильрин, прошу прощения. Мои ребята бывают неотёсанными грубиянами, — на губах незнакомца заиграла обворожительная улыбка. — Располагайся, будь как дома. Может чай?
Лживая, нарочитая учтивость раздражала не меньше, чем хамство его прихвостней.
— Полагаю, мы не на светской беседе.
Страха не было, хотя жестокий спектакль и предназначался, дабы напугать и усмирить жертву. Не дождется.
— Ты так похожа на свою мать.
— Вы знали мою маму? — сипло переспросила я, стараясь унять трепет волнения.
— Фианна моя единоутробная сестра. Она родилась во втором браке нашей матери, хотя…будем называть вещи своими именами, таких женщин как она не берут замуж, просто очередной длительный партнер оставил ей подарок в виде беременности. Знаешь, у моей матери был дар, но она всегда называла его проклятием — привлекать мужчин. Череда любовников проходила перед нашими с Фианной глазами. Матушка весело проводила время в компании ухажеров, часто забывая о собственных маленьких детях, порой несколько дней не появлялась дома, пока однажды не исчезла навсегда.
— Я никогда не слышала…мама никогда не рассказывала о своей семье, — прошептала я.
— Лаогэр, такое мне имя дали при рождении, но я предпочитаю называть себя Мастер. Фианна вычеркнула меня не только из своей, но и из вашей жизни. А ведь я заботился о ней, когда нас забрали в приют. Сборище озлобленных щенков в дырявой коробке, именуемой сиротским домом, все они готовы были растерзать новичков, но я отчаянно бился, раз за разом отстаивая право на лучшую кровать и лишний кусок хлеба. Однажды в приюте появлялись ищейки, темные неприметные одежды, цепкий взгляд. Они искали детей, наделенных магией, и забирали с собой. Фианну ждала подобная участь, ее дар расцветал по мере взросления, она грезила учебой, но я знал — ей вечно придется служить императорской семье в качестве боевого мяса. Ледяная магия, ценная на поле боя, но в повседневной жизни почти непригодна.
