Читаем без скачивания Андрогин - Юрий Иванович

Минут десять она вела урок, обучая простейшим приёмам владения, казалось бы, нехитрым оружием. А потом всё-таки не удержалась от ехидного вопроса:

– Ты точно никогда раньше копьём не орудовал?

Шенгауту только и осталось что пожать плечами да ответить:

– Не помню… – Хотя сам для себя отыскал объяснение такой скорости обучения: «Это срабатывает моторная память полученного мною тела. Наверняка ведь Арис не писарем работал в канцелярии. Вон какие мускулы. Руки сами чувствуют, как ударить, куда ткнуть… Но надо будет на досуге потренироваться. Если этот досуг у меня ещё появится…»

Юный представитель рода Шумо в сопровождении нимба своих птиц успел дать полный круг, но ничего подозрительного не нашёл при всём старании. И отряд двинулся дальше. Но теперь уже скорость была намного меньшей, а охотница выдвинулась вперёд метров на тридцать. Иногда останавливалась, внимательно осматривая кроны над головой. При должной фантазии могло показаться, что идёт сканирование окружающего пространства.

«Почему бы и нет? – размышлял Арис в такие моменты. – Раз шестилапые враги замечают любое тёплое существо за толстым древесным стволом, то почему бы и амазонке не иметь таких талантов? Правда, глаза у неё вроде обычные, чисто человеческие, но всё равно надо будет поспрашивать…»

Километра через три вышли к первому «колесу». И пока Дамилла устремилась на осмотр окружающего леса, а Гют вскарабкался на самое удобное для наблюдения дерево, Шенгаут осмотрел со всех сторон местное чудо портала. Впечатлило! И никаких сомнений не осталось: перед глазами нечто, сделанное гениями высокотехнической цивилизации.

Верхушка тщательно отполированного цилиндра насыщенного синего цвета выступала над корнями метра на четыре. Диаметр площадки составлял примерно десять-одиннадцать метров. Ну и сам минерал по внешнему виду скорей относился к полудрагоценным камням. Насколько в них Чернова-фармаколог разбиралась – азурит.

Сразу же были сделаны попытки вспомнить и о свойствах минерала: весьма хрупок, неустойчив к воздействию окружающей среды. Следовательно, должен давным-давно разрушиться. Но зрение не находило ни одной трещинки на поверхности, а пальцы не могли нащупать малейшей шероховатости. Мало того, попытки оцарапать цилиндр наконечником копья или отколоть кусочек ни к чему не привели. Хрупкий на вид азурит оказался прочнее алмаза.

Тем не менее появившаяся идея не давала покоя именно своей простотой:

«При должном усердии, да при наличии ума можно этот портал банально разрушить. Почему тогда лесовики этого до сих пор не сделали?»

Этот вопрос при помощи красноречивых жестов был задан вернувшейся Дамилле. Только вот отвечать охотница не стала. Опять построила подчинённых в прежнем порядке и двинулась резко влево относительно прежнего маршрута. Через несколько километров троица вышла к странному, ничем не зарастающему озерцу. Женский пальчик показал, куда смотреть, а там и объяснения последовали:

– Видишь на метровой глубине обломки такого же цилиндра? Так вот, наши предки лет десять пытались уничтожить «колесо» и раздробили его верхушку метров на шесть. Но враги время от времени и здесь продолжали появляться. После чего было принято решение оставить всё как есть, не тратить даром силы общины и её трудовые ресурсы.

Понятно, что залившая яму вода мешала дальнейшему разрушению портала, но, по мнению Шенгаута, следовало и дальше пробовать:

– Надо было сделать опалубку, установить большие молоты и рушить дальше!

– В одной из общин так попробовали. Добрались до глубины в три метра, и оттуда стал выходить газ, уничтожающий всё живое (кроме деревьев) на десяток километров вокруг. Теперь там Мёртвая Проплешина, и всё равно порой оттуда появляются островитяне, пытаясь нападать на ближайший посёлок.

– И тоже шестилапые?

– Увы, такие же, как мы… Там с другого острова разбойничают.

– И что, везде «колёса» используются только для агрессии? – уточнял парень.

– Нет, конечно. Если судить по доходящим к нам сведениям, то большинство «колёс» используется для торговли. Но в любом случае суммарно используется всего лишь одна двадцатая часть порталов. Остальные бездействуют. А потому основные торговые потоки проводятся через опускаемые в пробои платформы. Да и каждые три из четырёх военных столкновений совершаются с помощью надувных шаров или живых, самораздувающихся бачьянов.

Про странное животное бачьян опять не получилось ничего выяснить. Охотница скомандовала «В путь!», и троица в прежнем порядке отправилась обратно к посёлку. В пределах видимости поляны встретили идущего навстречу наблюдателя с парой молодых помощников лет пятнадцати-шестнадцати каждый. Воин не только оказался вооружён максимальным количеством оружия, но и экипирован кучей вспомогательного снаряжения: сетями, мотками верёвок и загнутым рогом для подачи специального сигнала. Причём большинство груза несли помощники.

Судя по разговору с амазонкой, наблюдатель как раз отправлялся на место своего дежурства и опрашивал, всё ли там в порядке. За оставшиеся парочку часов он собирался организовать для себя запасные пути отхода и несколько ловушек для толп потенциального противника. К моменту «Х» помощники обязаны были вернуться на поляну, тем самым подтверждая, что дозорный остался на посту, готов ко всему и с ним полный порядок.

Переговоры закончились, каждый отправился своей дорогой, и разведчики вскоре оказались на поляне. Вокруг было тихо и практически безлюдно, потому что женщины и дети уже покинули посёлок, в большинстве своём находясь в центре болота Жёлтых Огней. А без детворы любое поселение кажется вымершим и заброшенным.

Выбрав вообще пустынное место между сараями, вдова приказала рассаживаться по скамейкам и отдыхать. Но тут забеспокоился Гют, заподозрив, что его таким образом вознамерились оставить в глубоких тылах:

– Долго мы здесь будем рассиживаться?

– Сколько надо, столько и будем! – строго заявила командир, но потом сжалилась и пояснила: – Пока я не определю направление, с которого сюда придёт наибольшая опасность. Поэтому сидите молча и постарайтесь меня ничем не отвлекать.

После этих слов она вольготно улеглась на одну из лавок, закрыла глаза, расслабилась и вроде как задремала. Сопровождавшие её птицы тут же расселись на краешке крыши сарая, словно собрались охранять свою подругу. Арис скривился в саркастической улыбке и хотел хмыкнуть насмешливо, но проследил за взглядом своего малолетнего опекуна и прикусил язык. На застывшую в трансе женщину Гют смотрел восторженно-уважительно, словно на икону, и почему так происходит, оставалось только догадываться.

А вот спрашивать нельзя, нарушался запрет молчания. Поэтому Шенгауту ничего не оставалось, как опереться спиной на стенку сарая, прикрыть глаза, расслабиться и ждать. И думать:

«Как по мне, то я бы здесь и до самого вечера просидел, не сломался бы…»

Глава 16

Жармин – она же Дарья Чернова в прошлом, пришла в себя в тот момент, когда её тело использовалось в жёстком интимном ракурсе. Сразу четыре мужские руки её тискали, гладили, вульгарно ощупывали. Сразу двое губ её целовали, ласкали и облизывали. Ну и пока только один уд проник в женское лоно и весьма интенсивно проводил коитус.

Первой мыслью женщины было завизжать страшно, громко и продолжительно. При этом приложив все свои силы для прекращения изнасилования, потому что иначе назвать это действо язык не поворачивался. Вряд ли получится, шепнул здравый рассудок, но и делать вид, что ничего не происходит, Чернова не собиралась.

Только вот пока прекратила стонать и пока набрала в грудь воздуха для крика, сознание обожглось новыми мыслями и новыми ощущениями. Тело оказалось возбужденным до максимума, а чувственное удовольствие грозилось вот-вот перейти в оргазм:

«Похоже, что мною пользуются никак не меньше часа! – такие мысли подсказывал опыт женщины «за пятьдесят». – И страшней всего, что моё тело как-то чувственно отреагировало. А как такое может быть без участия сознания?.. Нереально?.. Ещё как нереально!.. Но нельзя забывать, что ещё совсем недавно это тело принадлежало не мне. И я могу только догадываться, как им распоряжалась бывшая – и надеюсь, что окончательно умершая! – хозяйка. Вполне возможно, что у неё вошло в привычку отвечать на мужские ласки, будучи сонной… Возможно, она целенаправленно отключала сознание от реальности, стараясь избежать психологического стресса. Такое у некоторых бывает… Но что мы получаем в итоге?..»

Итог получался для Дарьи весьма неутешительный. Пока она вяло шевелилась в попытках прийти в себя, новоявленные мужья приняли это за ложную скромность своей избранницы. Раздели её, вроде как помыли даже (пахнет мылом и ароматическими маслами), да и приступили к исполнению супружеского долга.