обещания советских властей, Павлов и несколько его товарищей остались тайги, поскольку не верили в их выполнение. Между 19 и 22 августа около трёхсот вилюйских партизан сложили оружие в обмен на амнистию.
24. НЕЛЬКАНСКАЯ КАТАСТРОФА
В самом конце июня штаб Коробейникова, учебная команда, лазарет и полевое интендантство покинули Чурапчу и отступили в направлении Татты и Амги. К.К. Байкалов и его штаб были уверен, что главные силы ЯНА будет отступать либо на север вслед за ВЯОНУ, либо к Охотску на соединение с Бочкарёвым. Для противодействия противнику он сформировал в Усть-Алдане оперативный резерв в составе бронированного парохода «Парохода», пары барж и двух рот верховой пехоты с пулемётами.
1 июля из Усть-Алдана вышла речная экспедиция в составе вооружённых пароходов «Диктатор» и «Работник» с баржей и дивизионом Мизина на борту. Ею руководил начальник Ленской военной флотилии Ляшкевич лично. Перед ним стояла задача занять Петропавловское, установить контроль над переправами и отбить «Киренск», «Соболь» и баржи. Бронированные пароходы красных быстро поднялись вверх по течению реки, перехватили переправы в устье Аима, заняли Усть-Миль и 9-го достигли Петропавловского, замыкая оперативное окружение противника. Главная проблема заключалась в протяженности «Алданской» дуги и большом количестве переправ через неё.
После того, как батальон Ракитянского высадился ниже Намцев и занял Дюпсу, штаб ЯНА начал мобилизацию лошадей и подвод для эвакуации Чурапчи. Отступая на восток, повстанцы применяли тактику выжженной земли. Они угоняли и резали скот, уничтожали фураж и сжигали строения. Покидая свою временную «столицу», повстанцы сожгли в ней больницу, школу и библиотеку и уничтожили около 500 пудов продуктов, которые не могли вывезти из-за нехватки транспорта. Особую жестокость в отношении активистов и пособников советской власти проявляли дугановцы. Вечером 1 июля в тюрьму, где содержались 17 заключённых, прибыли четверо дугановцев. Он вывели всех арестантов в лес, где заранее была вырыта общая могила. Всех пленников убили ударами деревянной «колотушки» – изобретения семёновских казаков.
Другим преступлением дугановцев стало убийство на реке Нотора убийство двух женщин, захваченных в плен при разгроме штаба Каландаришвили. Причиной казни Е. Гошадзе было знание ею советских военных шифров. Вторая жертва Б. Карпель приходилась сестрой командира Якутской ЧОН. Третья пленница Хочумьянц выжила и вышла замуж за капитана Н.В. Занфирова, а затем перебралась в Харбин. Следует отметить, что подобная участь в гражданскую войну на Северо- Востоке России была нередкой для многих женщин. Бессудные и жестокие расправы, устроенная пришлыми «нууча», многократно преувеличенная «кэпсе», в конечном счёте, сильно подорвала репутацию русских белогвардейцев.
5 июля в 15 часов дня Чурапча была занята колонной Ракитянского. 7 июля он отправил в Усть-Алдан, где находился К.К. Байкалов с оперативным резервом. Коробейников с отрядом численностью от 320 до 350 человек находился в 70 верстах на юго-восток от Чурапчи. Ракитянский также сообщал, что его отряд испытывает трудности с лошадьми, и не способен преследовать противника. Единственным, кто реально мог перехватить отступавшую к Усть-Милю колонну белоповстанцев оставался Курашов, в распоряжении которого было около 200 сабель. К этому времени, он, преследуя отряд подполковника Овечкина, занял Амгу. Другая красная колонна выступила наперерез повстанцам со стороны Бестяха. Она продвигалась очень медленно, вследствие недостатка лошадей, угоняемых Николаевым, и прибыла в Амгу несколькими днями позже. По этой причине подполковник Овечкин с 120 бойцами, вооружёнными винчестерами, выскользнул из окружения и направился к Усть-Милю.
10 июля кавалерия Курашова нагнала отряд Коробейникова на реке Дулгалах в 300 км от Якутска. Красные охватили позиции с фланга, где столкнулись с дугановским отрядом. После двухчасового боя, белогвардейцы отошли в, бросив полевой госпиталь и часть обоза. Из трофеев красным достались только 30 лошадей и 40 быков. Опасаясь, что основные силы ЯНА уйдут за Алдан, К.К. Байкалов со своим оперативным резервом. 11 июля покинул Усть-Алдан, чтобы занять Охотский Перевоз. Однако, командующий войсками Якутской республики и его штаб ошибались, поскольку Коробейников предпочёл отступать в Петропавловское. Он ещё не знал, что 9 июля речная экспедиция заняла Петропавловское и близлежащие села Усть-Майское и Троицкое. Когда до Коробейникова дошла весть, что устье Майи занято красными, он повернул свой отряд на восток и с основными силами переправился через Алдан.
На левом берегу реки остались несколько якутских партизанских отрядов. Их последующий опыт показал, что активность даже небольших групп повстанцев делает коммуникации красных войск уязвимыми, заставляя отвлекать для их охраны значительные силы. Самым боеспособным повстанческим отрядом командовал амгинский школьный учитель М.К. Артемьев. Действуя на пространстве между Алданом и Амгой, Артемьев пополнил свой отряд отставшими от основных сил бойцами. В его оперативное подчинение вошли небольшие отряды Михайлова, С. Тихонова и Е. Сысолятина, насчитывавшие от 20 до 30 человек. К ним присоединился Н.И. Алексеев, вернувшийся с остатками своей роты из Олёкминского уезда. Прорываясь в центральную Якутию, его отряд на речке Эрга напал на партию золотоискателей с прииска Лебединый, посланную Управлением золотыми приисками Отдела снабжения Северной экспедиции V Красной армии.
Красная экспедиция в Петропавловском обнаружила баржи «Лена» и «Селенга» и большое количество пленных. Среди них были красноармейцы и советские работники, а также техники и рабочие Аяно-Нельканской экспедиции, отказавшиеся перейти на сторону восстания. Находясь в плену, они занимались пилкой дров и постройкой жилья. За труд им выдавали хлебный паёк в размере от1 ¼ до 1 ½ фунта, но денег им не платили. К.М. Станулис, один из рабочих, активно помогал красным найти укрытые повстанцами ценности. Он также рассказал Мизину и Лашкевичу о состоянии дел в Нелькане и операциях майской флотилии. По его словам, в начале июля пароходы и баржа «Аканак» были уведены в Нелькан и оставлены под охраной отряда из местных тунгусов. Посовещавшись, руководители экспедиции направили в сторону Нелькана разведку в составе семи сотрудников ГПУ.
Известие о подходе отряда подполковника Овечкина к Усть-Милю вызвало горячие споры Лашкевича и Мизина, который вознамерился послать на перехват белых пароход «Работник» с десантом на борту. Лашкевич считал посылку корабля рискованной, поскольку до этого времени пароходы по Алдану не ходили выше Петропавловского. Они сворачивали на Майю и направлялись в Нелькан. Однако, Мизин настоял на выделении лучшего вооружённого парохода для операции. В 60 верстах от Петропавловского «Работник» на полном ходу налетел на подводный камень и получил пробоину. Капитан направил пароход к берегу, в то время как механик во избежание взрыва стравил пар. Машина стала, пароход потерял ход и быстро затонул по самую трубу. Экипаж и бойцы высадились на берег и ожидали эвакуации до середины августа. Крушение вооружённого парохода являлась крупной неудачей:
