Мари пошатнулась, но устояла на ногах и без единого звука позволила Роксэль запихнуть себя в черную карету.
Глава 11. Осколки Пути
Роксэль, гневно сверкая ледяными глазами, велела Мари не сметь открывать рта. Особенно, чтобы извергать вопросы, с ответами на которые стоило повременить. Юной стихийнице – ошарашенной и не на шутку испуганной – ничего не оставалось, как молчать и исподтишка разглядывать спутницу. Любоваться женщиной, перед которой не устоял бессердечный Инэй Дората.
Красота Роксэль была насыщенной, завораживающей и опасной. Представительница независимого совета ни капли не походила на Элию, словно они и не сестры вовсе. В облике старшей Норлок сквозила настоящая Зима – жестокая и властная. Весенняя кровь нашла отражение лишь в черных волосах. Но ледяное Время Года и здесь проявилось - в виде белоснежных прядок. Правильные черты лица дарили Роксэль утонченность, а чуть надутые ярко-алые губы выдавали непростой характер. Хлада со всем изяществом и юной свежестью заведомо проигрывала. Не спасала даже разница в десять с лишним лет! Не случайно Королева злилась. Любая бы на её месте сходила б с ума от ревности.
Хлада! Мари не могла представить молодую Повелительницу Зимы мёртвой. Ясно видела бледное лицо, высокий чистый лоб, серебряные волосы. Боль в глазах, рожденную пренебрежением Инэя - мужчины, выбравшего её в жены из нескольких десятков претенденток. Теперь угрозы и гнев Хлады на празднике Летнего Солнцестояния не казались обидными. Королева запуталась и злилась на всех, кто попадался под руку.
- Куда мы едем? – спросила Мари и чуть отодвинула штору. Солнце взобралось высоко и золотило колосящиеся поля.
- Туда, где найдется место для опальных и беглых стихийников, - Роксэль вырвала штору и плотно её задернула. – На срединную территорию.
Мари от неожиданности подпрыгнула и с трудом удержала поехавшую вниз дорожную сумку, которую чудом не потеряла в сумасшедшей гонке по Орэну. Роксэль подарила высокомерный взгляд и уткнулась в книгу в дорогом кожаном переплете. Юной дочери Зимы пришлось придумывать занятие самостоятельно. Раз выбор невелик (ещё раз выглянуть в окно она не решилась), вытащила из-за спины подушку, взбила её и удобно вытянулась на мягком сиденье. Роксэль не отреагировала, посчитав, что спящая попутчица доставит меньше неудобств.
Мари прикрыла веки, прогоняя печали, но тревожные образы не желали отступать. На смену Королеве Хладе, надевающей маску из белых перьев, и Рофусу, задыхающемуся от морозной атаки, явилась паучиха с хлесткой палочкой в руках. Северина постукивала ею по ладони и кривила губы, готовясь выплеснуть лавину проклятий. Старуха не могла выбрать, какое преступление считать главным: побег, нападение на любимчика Рофуса или кражу Пояса Стихий. Однако точно знала, что каждое должно караться смертной казнью.
Скрипучий голос паучихи сливался с равномерным стуком колес, тонул в нём и терялся вдали, унося следом и другие звуки. Мари почти провалилась в сон. Туда, где не найдется место ни одному из недругов, где ждет неведомый новый мир - гостеприимный и свободный.
Она почти уснула. Перешагнул грань, когда…
- Наконец-то!
Громкий возглас заставил Мари быстро сесть, безжалостно вырвав сознание из мира грёз. Роксэль, хмуря брови, извлекла из сумочки зеркальце в строгой синей оправе. Постучала по нему три раза и осведомилась, обильно сдобрив голос недовольством:
- Ты, вероятно, считаешь, что терпение возглавляет список моих добродетелей?
В ответ зеркальце неодобрительно фыркнуло и возмутилось голосом Элии:
- А ты думаешь, у меня немыслимое количество возможностей остаться в одиночестве?
- Перестань ныть. Рассказывай.
Роксэль бросила хмурый взгляд на Мари, залившуюся краской. Выглядело так, будто она подслушивает. Но не из кареты же выпрыгивать на полном ходу.
- Пока никаких новостей, - выдохнуло зеркало устало. – Дворец вымер. Одни сыщики разгуливают. Местные забились в норы и сидят, поджав хвосты. Зато в сиротском доме переполох. Отпаивали Юту Дейли успокоительными травами. У неё был роман с одним из отравленных стражников.
- Какая жалость, - заметила Роксэль без капли сочувствия.
- Ты нашла Мари? - спросила Элия, поняв, что сестра, не дождавшись полезной информации, готовится прервать разговор.
- Да. Можешь полюбоваться на маленькую пакостницу, она сегодня здорово повеселилась в Орэне, - и старшая Норлок, развернула зеркальце.
Мари восхищенно ахнула. На неё смотрела соседка по приютской комнатушке. Настоящая. Вплоть до последней веснушки.
- Это правда? Ты украла Пояс Стихий? – поинтересовалась она.
- Как ты узнала? – сникла Мари.
Как быстро её преступление стало всеобщим достоянием!
- Иган Эрсла в канцелярии полдня скрипел, - развеселилась Элия. Печали начальника доставляли ей немало удовольствия. – О гневе Северины не волнуйся. Тебе предоставят шанс вернуть пропажу в Зимний Дворец до того, как старуха узнает. Поверь, семейству Дората не до тебя и твоих хулиганских выходок.
- Совершенно верно, - Роксэль повернула зеркало к себе. – Удачного вечера, Элия.
Не дав сестре ответить, она накрыла гладкую поверхность ладонью и убрала магическое имущество в сумку. Взяла в руки книгу и приготовилась вновь погрузиться в чтение. Однако Мари успела забыть недавнее указание. Слишком уж диковинной показалась вещица.
- Зеркальце вроде «Пути Королей»? Но не для путешествий, а разговоров?
- Это и есть «Путь», - Роксэль выглянула в окно. Небесное светило неторопливо спускалось к линии горизонта. – Его осколок. Частичка одного из двадцати восьми зеркал.
- То есть, одного из трёх?! – вытаращила глаза Мари. О трёх зеркалах ходили легенды. И люди, и стихийники с увлечением гадали, в каких точках страны те находятся. А, главное, кто их прячет.
Изначально «Путей Королей» было двадцать восемь. Двадцать пять активно использовались до сих пор. Четыре Зеркала находились во Дворцах, девятнадцать – в тронных залах городовиков, чтобы Повелители Времен Года беспрепятственно посещали их владения. Еще по одному Зеркалу оставили в Академии и на срединной территории. Предки нынешних Королей не хотели отдавать ценную вещь отступникам, однако решили, что выгоды это сулило больше, нежели проблем. Оставалось еще три «Пути», но они так давно исчезли из поля зрения, что теперь никто не мог ответить, в какой момент истории это произошло.
- Сколько осколков существует? Кого они слушаются? Только представителей кланов, допущенных к целым Зеркалам?
- Не много ли ты хочешь знать? - насмешливо протянула Роксэль, но ответила. – Осколков несколько десятков. Точное число неизвестно никому. Вызвать владельца другого зеркала могут лишь избранные. Как мы с Элией – потомки кланов Норда и Лоэ. Присоединиться к разговору способны и все остальные стихийники. Как ты сегодня, - советница вальяжно откинулась на мягкую спинку. - Надеюсь, вопросы иссякли?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
