– Вон и мокрицы бегают, – показал Федор. – Да их вообще полно там! Лепота!
Трилобиты! И гигантские мокрицы. Пашка с удивлением таращился на более чем метровых членистоногих, похожих на помесь черепахи и рака, с небольшими клешнями и плоскими хвостами. Некоторые из них бесцельно ползали взад-вперед, а другие нежились в выкопанных в песке ямах. Среди монстров сновали существа чуть поменьше, более вытянутые и гладкие, состоящие из колец и узких пластин. Они были светло-желтых либо бежевых оттенков и выглядели совершенно непривлекательно. Мокрицы!..
– Обожаю их запеченными с картошкой и сметаной, – сказал Сармат, демонстративно гладя живот. – С укропчиком… В тыщу раз вкуснее омаров! Между прочим, жрать охота. Я ведь не ужинал. А тут еще только полдень!
– Обойдешься, – беззлобно хмыкнул капитан. – Будет привал – будет тебе и сметана.
– Уж я надеюсь, – усмехнулся Сармат. – Да что-то не верится.
Они дошли до рощи и свернули в долину, следуя еле приметной звериной тропой.
– Осталось совсем немного, – обнадежил Далед. – Подтянись!
Постепенно местность снова стала бедной, только-только появившаяся у реки жирная земля уступила место грязному песку и россыпям острых камней, а деревья – плотным, высоким кустам. Далед принялся сверяться по какой-то бумажке, на которой был распечатан план местности – капитан объяснил Пашке, что его любезно предоставила Машина через информационный стенд. Но пока это была единственная ее помощь.
– Вон там, – вскоре показал Далед. – Смотрите!
Среди колючих кустов, растущих здесь уже практически стеной, торчала невысокая мачта с треугольным металлическим флажком неопределенного цвета. Мерко остановился неподалеку от нее и вопросительно оглянулся – что, мол, делать.
– Сержант, проверьте обстановку! – скомандовал Далед. – Живо!
Сармат беспрекословно устремился вперед, осторожно раздвинул кусты и исчез за их ветвями. Прошла томительная минута. Наконец он вынырнул обратно и немного понуро побрел назад.
– Ну что? – нетерпеливо крикнул ему майор. – Что там?
– А ничего! – махнул рукой Сармат. – Там все уже давным-давно разграблено! Не будет никакой сметаны.
Некоторое время все стояли молча. Превозмогая начавшуюся головную боль, Пашка гадал – дело просто плохо или совсем хреново.
– Ну, – сказал Федор, отирая со лба крупный пот, – тогда идем к будке контролера, может, там что осталось. Оттуда уже разбредемся по маршрутам. Все равно туда шкандыбать.
– Согласен, – кивнул Далед и сделал знак Мерко, подзывая его к остальным. Тот затрусил обратно.
– Может, еще посмотреть, повнимательнее? – спросила Лиза. Совсем сникшая, выглядела она неважно. – Может, Сармат не заметил чего?
– Чего это я не заметил? – возмутился подошедший сержант. – Пустой контейнер, крепления разбиты вдрызг, горстка песка – и это все. Не веришь, иди сама смотри.
Лиза что-то буркнула, но с места не сдвинулась.
– Столько времени прошло, – задумчиво пожевал губами капитан. – Кто-то уже все вынес. Может быть, еще во времена вашего сражения.
– Это вряд ли, – возразил Далед. – Некогда тогда было грабить, все произошло буквально за считаные часы. Здесь ведь не держали оборону неделями.
– Вы уверены, майор? – хмыкнул Сармат.
Далед проигнорировал его.
– А как быстро провели консервацию? – спросил Федор. – Может, с той стороны еще некоторое время кто-нибудь сюда шастал?
– Очень быстро провели. Очень. Боялись рецидива. Вывезли раненых, кого смогли – из убитых, не всех – вы же видели… Тогда особо не церемонились… И запечатали.
– Вот видите! – заметил Сармат. – Кто-то все-таки остался, а потом и воспользовался всеми этими схронами. Не будет нам никаких запасов.
– Это уже не важно, сержант! – возмутился Далед. – Не важно, понимаете? И я бы вас попросил соблюдать субординацию, мы не на прогулке! Идемте уже… Тут километра три от силы.
Представлять таинственную будку контролера можно было сколько угодно, Пашка уже старался ничему не удивляться, но когда он ее увидел, то все-таки удивился.
– Это и есть та самая контролерская? – спросил он Федора.
– Судя по карте, да, – кивнул капитан.
Будкой это назвать было сложно. Потому что перед ними оказалось небольшое здание «Макдональдса»: пыльное, с покосившейся вывеской, облупленными стенами и почти светонепроницаемыми от грязи окнами. Сбоку прикорнул маленький ржавый грузовичок с разорванными шинами и прогнившим тентом, а из-за угла выглядывал краешек трансформаторной будки – оттуда к крыше забегаловки тянулся толстый силовой кабель. На крыше здания торчал длинный шест громоотвода. Но это была цивилизация!
– «Макдональдс», – прочитал Пашка. – Вот это да!
– Да уж, – кивнул Федор. – Не пятизвездочный отель, но все же…
– У нас пишут «Макдоналдс», – сказал Сармат и смачно сплюнул. – Без мягкого знака.
– Точно, есть такое дело, без мягкого, – задумчиво ответил капитан, внимательно оглядывая здание. – Но меня всегда коробило это иностранное произношение: Макдонал-л-лдс. Да и не только меня. Жуть как коряво, прости господи!
– Точно, язык сломаешь! – поддакнула Лиза.
– А у нас как здесь – «Макдональдс», – сказал Пашка, почувствовав себя среди остальных каким-то иноземцем. «У нас»… Ишь ты!
– В разных мирах по-разному, – ответил Федор. – Например, есть Вселенные, где в России эту вывеску пишут исключительно по-английски, а в других вообще нет никаких «Макдональдсов», не суть важно.
– Но как тут это вообще может быть? – снова удивился Пашка. – Ведь двести лет назад ничего такого не существовало!
– Получается, что сотворен к нашему приходу. Обычное дело! Зуб даю, еще утром тут одни кусты торчали. Но все равно здесь что-то не то… Что-то дурит наша Вселенская Машина, ох дурит!
– Восстановим? – Далед кивнул на грузовичок.
– Вряд ли, – махнул рукой капитан. – Но посмотрим, конечно. Позже.
Они шумно ввалились внутрь, распахнув заваленные песком двери, и принялись озираться. Везде царили бардак и запустение. С одной стороны, кучи не имеющего к пункту питания барахла, а с другой, не было похоже, чтобы это заведение покидали в спешке – все стулья и столы стояли ровными рядами, ни разбросанных тарелок или остатков пищи, плесени или какой-нибудь паутины. Впрочем, если «Макдональдс» искусственный, все это объяснимо.
– Да нет тут никого, – сказал Сармат. – Пусто, как у меня в желудке. Зато дышать можно.
Воздух, как ни странно, тут действительно был чист и свеж, будто работал кондиционер.
– Проверь-ка точнее, – приказал Федор, кивая на кухню.
Сармат подобрал с пола кусок трубы и пошел меж столов, Мерко последовал за ним с увесистым куском арматуры, а Дуар встал на страже у чуть приоткрытой двери. Федор вытащил четыре алюминиевых стула.
– Садитесь, в ногах правды нет, – пригласил он. – Вон там тряпье, оботрите сначала.
Пашка кое-как оттер грязные разводы на сиденье и устало плюхнулся на него. Какое счастье…
– Если всему этому только несколько часов, то откуда эта пыль? – спросил он.
– Оттуда же, откуда и все остальное, – ответил капитан, присаживаясь рядом. – Да не ищи ты здесь особый смысл! Как говорится, пути Машины неисповедимы. Главное, чтобы она нам тут хавку с водой оставила. Точнее, одному тебе – это же пункт контролера, так сказать, твое рабочее место.
– А вам? Для вас еду она не должна готовить? Почему?
– А нам… – Капитан развел руками. – Эта инопланетная железяка указала только один схрон, и тот пустой. Ну, не повезло, бывает. Возможно, здесь есть некий тайный замысел, но мы этого не знаем. Да ты не парься, выберемся, с голоду не сдохнем. По крайней мере, в самом начале.
Федор подмигнул внимательно слушающей их Лизе. Та в ответ горько усмехнулась.
– А кто они такие, контролеры? – спросил Пашка. – Что мне нужно будет делать?
– Да ничего сложного. Они не являются участниками состязания – лишь контролируют прохождение этапов. Как именно – зависит от типа турнира и различных его параметров, не могу пока сказать, как будет на этот раз. Может, это сопровождение группы по пути ее следования и тупое нажимание кнопок на терминале конкретного этапа. А может, удаленный контроль по мониторам, например, отсюда. Короче, проставление оценок и баллов, легкотня. Но без некоторого действия со стороны контролера пройти состязание невозможно. В общем, завтра узнаем.
