на который ещё вчера выписал информацию из своей книги «бытовой магии». Вообще-то, эта книга была и у Поттера, но он вряд ли смог бы сложить воедино разрозненную информацию из нескольких глав. А та форма заклинания, которая была в книге в открытом виде, могла очистить только одежду.
С такой мотивацией, как месть, самообучение Поттера проходило ударными темпами. Несмотря на использование рога единорога вместо палочки, уже к вечеру он смог очистить свой кроссовок от скопившейся в нём грязи. А потом он ещё полчаса блевал в туалете от зрелища и запаха того, во что превратилась его обувь. Но зато, когда кроссовок отмыли, левый был как новый, разительно отличаясь от поношенного правого.
Вчера, пытаясь переписать заклинание для Гарри, я на практике выяснил, почему волшебники не используют магловские тетради для ведения записей. Дело было в том, что даже если просто записать текст заклинания рунами без их активации, это уже привлекает внимание Системы, и та пытается уничтожить всё магическое.
Это своего рода противоречие возникает из-за того, что любое проявление магии требует затрат энергии. Для Вселенной же затраты энергии на сохранение материи в неподвижном состоянии являются менее выгодными, чем затраты той же энергии на разрушение этой материи. В результате, любой текст на тему настоящей магии, записанный на обычной бумаге, стремится самоуничтожиться. Чтобы этого не произошло, бумагу или пергамент обычно укрепляют специальными чарами. Тогда получается, что Вселенная тратит энергию на сдерживание самой себя. В результате этот конфликт доходит до такого уровня, что информация о нём доходит до Системы, и та включает лист бумаги в «список» волшебных вещей, которые разрушать не надо.
В общем, книги по магии действительно являются магическими книгами. Более того, чем более сильная магия в них описывается, тем сильнее действует стихийно зарождающаяся магия самих книг. Некоторые из древних и тёмных гримуаров из-за этого становятся чуть ли не живыми. А некоторые книги начинают воздействовать на сознание читающего их человека, сводя с ума. В общем, магия — это не игрушки. «Бесхозные» магические артефакты со временем могут переродиться в такую жуть, что справиться с ними не смогут даже волшебники. Хорошо хоть, что такие твари довольно быстро проваливаются в измерение Хаоса, где они уже являются не злобными хищниками, а беззащитными хомячками.
Возвращаясь к вопросу появления пергамента с заклинанием. После того, как я исписал половину страницы в обычной тетради, та взяла и сгнила у меня на глазах всего за пару секунд. Это был изрядный сюрприз. Пришлось мне распаковывать школьный запас пергамента, а потом ещё и ехать в Косой Переулок за добавкой. Я наивно считал, что смогу обойтись обычными магловскими тетрадками, так что пергаментов взял по минимуму.
Заодно я зашёл в лавку артефактора и купил себе нормальную чернильную ручку с золотым пером. Она не сильно отличалась по конструкции от тех ручек, что делали маглы ещё сотню лет назад. Но зато она была сделана из магических материалов, плюс дополнительно зачарована на проведение магии. Это позволяло вкладывать магическую энергию в текст сразу при написании, что снижало шансы на самопроизвольное «зарождение» магии в тетради.
Вечером я постелил Поттеру матрас на полу и дал комплект белья, которое тот собственноручно очистил от грязи и пыли с помощью новоизученного заклинания. Конечно, он не знал заклинания Эванеско, уничтожающего грязь, но я уже наловчился использовать простенькие бытовые заклинания без палочки. Достаточно было представить себе, что ты взмахнул волшебной палочкой, чтобы Система сработала. Впрочем, простеньким это заклинание могло показаться не всем. Его изучали на уроках трансфигурации на пятом курсе.
Гарри весь вечер дулся на меня за демонстрацию на нём действия Интус Коргитаторес, но утром от его хандры не осталось и следа. Он был в предвкушении от поездки в Хогвартс на магическом поезде. Утром мы позавтракали, я попрощался с родителями, и те выпустили нас на вольные хлеба.
От нашего дома до железнодорожной станции идти было всего метров триста. А там мы собирались сесть на электричку, следующую прямо до вокзала Кинг-Кросс. Таких поездов в расписании было всего три штуки в сутки, так как большая часть электричек шла до другого вокзала. Из-за этого мы отправились на учёбу довольно рано. Не было ещё и восьми, когда мы уселись на лавку в вагоне электрички. Народ ходил туда-сюда, не обращая внимания на двух малолетних школьников с чемоданами. А кто обращал внимание, тем я запускал персональный сглаз с внезапным приступом поноса. За время нашей поездки пяток бомжей и прочих уголовных элементов внезапно сорвались с места и скрылись в направлении туалета. А двое из них ещё и вступили в конфликт друг с другом из-за места на толчке.
Мистер Лапка сначала сидел на чемодане Поттера, поглядывая по сторонам, а потом пошёл по рукам сердобольных пассажирок, захотевших «погладить котика». Поттер от такого «предательства» не знал, что делать. С одной стороны, он ревновал, а с другой, чувствовал, насколько коту нравится быть в центре внимания.
Добравшись до вокзала, мы пошли к выходу в город. Чисто технически, тут было два вокзала, стоящих рядом. И нам нужно было перебраться из одного в другой. Выйдя на улицу, мы прошли по привокзальной площади и вошли в нужное здание. Народ вокруг слонялся толпами, и друг друга можно было потерять без особых проблем.
— Гарри, ты билет-то не забыл? — Спросил я, когда мы уже вошли в здание вокзала Кинг-Кросс.
— Нет. Билет в сумке. Сейчас достану.
Украдкой оглянувшись по сторонам, Гарри сунул руку в магическую сумку. Сначала только кисть, потом по локоть, потом по плечо. Он бы и целиком в неё залез, но я схватил его за шиворот и потащил в сторону подальше от глаз маглов.
— Вот! — Наконец сумел он найти требуемое и продемонстрировал мне мятый конверт с билетом.
— И что там написано? — Коварно ухмыльнулся я.
— Вокзал Кинг-Кросс, платформа девять и три четверти, одиннадцать утра.
— Время у нас есть. Ещё и девяти нету. — Посмотрел я на часы на стене вокзала. — А вот где искать нужную платформу…?
— Ну, она должна быть где-то между платформами девять и десять.
— Веди! Сусанин ты наш.
Мы прошли по вокзалу и добрались до входа на нужную платформу. С одной стороны была надпись «Платформа 9», а
