ослышалась? Но Элис уже встала с дивана, и начала собираться. Момент откровения так и не наступил. — Я бы не назвал его чудовищем, — легко сжал мою ладонь Генри. Мы стали часто бывать в гостях у друга Рами. Не на балах, вечеринках, а на семейных уютных посиделках. Иногда компания увеличивалась благодаря Клео, Патрику и Сэму, но в основном к Генри захаживали мы с Рами. Иногда к нам присоединялась и Элис. — Он просто запутался. Заигрался в Бога, — объяснял мне свою точку зрения Генри, терпеливо, будто я была маленьким ребёнком. Рами мрачно хмыкнул, и отошёл к окну. Генри покачал головой:-Но сейчас, — он внимательно посмотрел на меня, — мои мысли не совпадают с мнением Рами. — С моим тоже, — горячо ответила я, — Ник запер тебя на сотни лет тут, и ты не злишься? — недоумевала я. — Злюсь? Пожалуй, я злился, — задумчиво почесал подбородок Генри, — теперь — определенно нет. — Это какой-то невероятный уровень всепрощения и дзен-буддизма, — округлила глаза я. — Это принятие, — кивнул Генри, — тем более, я знаю, что в итоге всё решится в лучшую сторону. — Откуда такая уверенность? — Шарлотта сказала, — Генри влюбленно посмотрел на свою избранницу. Женщина как раз вошла в комнату, поставила перед нами блюдо с закусками, и села на мягкий подлокотник дивана, приобняв рыжеволосого парня за плечи. Я улыбнулась, глядя на них. Понятное дело, что Генри остыл. У него было с кем коротать вечера, он был счастлив, даже будучи заключённым в четырёх стенах. Нашёл способ влюбить в себя весь подводный мир не выходя из дома. Он был добрым, весёлым, и таким человечным, что мой мозг не мог понять: за что. За что именно этому человеку все испытания. Я посмотрела на Рами: он что-то обдумывал, глядя на меня. Обычно, когда он ловил мой взгляд, то сразу улыбался, но не в этот раз. Да, мои ночные ужасы перестали меня беспокоить. Но я пока даже не подозревала, что худший кошмар ждёт меня впереди.
Глава 36
— У нас всё хорошо? — спросила я Рами, словив его на кухне. Он удивлённо повернул голову, и немного нахмурился. — Конечно, а в чём дело? — В том, что раньше у меня даже мысли не было задавать такой вопрос, — грустно хмыкнула я, — Что с тобой, Рами? Уже третью неделю я не могла достучаться до него. С момента встречи с Ником наша размеренная жизнь пошла кувырком, и я никак не могла взять в толк, как вернуть всё обратно. Что-то волновало Рами, но он убеждал меня в обратном…словами. На деле он только отдалялся. Мы перестали гулять по вечерам. Рами находил всё больше предлогов погрузиться в дела Офиса в нерабочее время (тут не беспочвенно). Я чувствовала это: как по кирпичикам между нами строится стена. Руками моего любимого человека. Я снова вышла на работу в Офис. Дел на этаже прибавилось: как и говорила Элис, были допущены ошибки в подборе подопечных. Нам пришло письмо от Комитета, а такого не было давно, как сказал Клео. В письме говорилось о волне сокращений. Казалось бы, в этом мире никому не грозил холод или голод, но слово «сокращение» вызывало ужас, ведь для всех людей, трудящихся тут, работа была призванием. Никто не хотел покидать место. Даже я, которая работала совсем недавно, не хотела уходить отсюда. — Есть… сложности, — Рами медленно повернулся ко мне, сложив руки за спину. — Опять секреты? — наклонила голову я. — Нам надо поговорить, — осторожно произнёс парень. Внутри меня всё похолодело. Сердце, кажется, пропустило удар, и земля начала уходить из-под ног. Ненавижу эту фразу. Прибавить сюда этот взгляд, который не обещал ничего хорошего…Я поставила руку на стену для опоры. — Прекрасно, давай поговорим, — ответила я. Все наши движения были медленными, тягучими, будто мы завязли в сахарной вате. Рами скрестил руки на груди, и посмотрел в пол, видимо, настраиваясь. Пауза становилась невыносимой. — Нам надо пожить раздельно, — наконец сказал он. — Нам… что? — прошептала я, ошарашенная его словами. Рами молчал, не отрываясь глядя на меня. Он будто хотел сказать что-то, но сам себе запрещал. — Это несмешная шутка, Рами, — покачала я головой, — Очень несмешная. — Я не шучу, Кассиопея, — за столько времени он впервые назвал меня полным именем. Я опустила глаза. Слёзы предательски наворачивались на глаза, но я не хотела казаться слабой. Только не сейчас. Я развернулась, и зашагала всвоюкомнату, сильно прикусывая губу, чтобы не разрыдаться по пути. Рами остался стоять на месте.
Наверху я дала волю чувствам. Давно эта подушка не видела моих слёз. Эта подушка вообще давно не видела меня, ведь мы жили в комнате Рами. Я не верила в то, что это происходит. Этого просто не может быть. Как такое вообще могло произойти? Мне определённо нужны были ответы. Я оторвалась от кровати, и наспех вытерла ладонью щёки. Сперва я подумала, что глаза всё еще не могут прийти в себя из-за того, что я сжимала их до боли последние десять минут. Но, поморгав, я поняла, что дело не в этом: в комнате будто выключили свет. Я не видела собственных рук. Дотянулась до прикроватного столика и еле нащупала светильник. Щелчок — и мрачную комнату озарил яркий луч. Я испуганно подошла к окну. — Пожалуйста, только не это, — взмолилась я. Низкие грозовые тучи закрыли небо. Они были такими чёрными, что на их фоне мелькающие молнии казались особенно устрашающими. Я побаивалась гроз на земле. Но сейчас, складывая все обстоятельства, я была просто в ужасе. И это точно, точно были не мои чувства. Из нас двоих я ещё не осознала, что это происходит взаправду. — Рами? — позвала я, выходя из комнаты, утыкаясь в кромешную тьму коридора. Неужели он ушёл? — Я тут, — механически произнёс парень из своей комнаты. Нашей комнаты. — Я могу войти? — зачем-то спросила я, замедлив шаг у входа. — Конечно, — ответил Рами. Он даже не повернулся. Собирал в небольшую сумку мелочи, которые ему бы пригодились. — Там гроза, — я закусила губу до крови, слёзы снова пытались пробиться наружу. — Я в курсе, — Рами был само равнодушие. — За что ты так со мной? — я пристально следила за его спиной, щипая себя за руки, делая всё, что бы хоть немного оставаться адекватной. С холодной головой. Да какое там… — Ты можешь жить тут столько, сколько надо. Если захочешь переехать, я найду для тебя новое место, — Рами решительно кивнул, и закинул ноутбук в рюкзак. Я провожала его взглядом, с трудом веря в происходящее. Рами, он же… он что,
